Изгой. Кровь и пламя - Дем Михайлов

Остальные люди мрачно загудели, скрипнул металл щита, показался вынутый из поясных ножен длинный нож.

Вот и определились наши отношения. Можно быть смертельными, лютыми врагами и при этом уважать друг друга. Но нельзя уважать того, кто в тебе видит пищу. Того, кто жрет твоих детей.

– Вку-с-сно, – повторил старый шурд, нарочито дернув кадыком. Храбрость у него есть.

– Возможно, – улыбнулся я. – А ты смел, шурд. Я убил десятки таких, как ты. Разорил несколько ваших поселений. Лично прикончил столько шурдских детишек, что среди них вполне могла оказаться твоя любимая внучка. Да и пару твоих сыновей или дочерей, возможно, пали от моей руки. Что ж… достаточно хвалиться нашими подвигами, людоед. Как ты там вякнул? Великий бог-повелитель? Ишь ты… так ты у нас посланец божий? Ну надо же… так с чем явился?

– Весть, – в лютом бешенстве выдавил шурд, понявший, что в моих словах нет ни капли уважение, зато плещется море издевки. – Весть… но не для тебя, Корис-с-с Ван Ис-сер! Не для тебя! Для твоих людей! И гномов! Про них великий Тарпе ведает! Отведите меня в с-свое поселение! Соберите вс-сех! И я поведаю весть бога Тариса!

– Перебьешься как-нибудь, – отмахнулся я. – Отвести. Собрать. Выслушать… многого хочешь! Либо ты пересказываешь послание здесь и сейчас, шурд, либо прыгаешь вниз со скалы, а потом бодро бежишь на переломанных ногах обратно в ваш паршивый лагерь. Выбирай.

– Эта весть не для тебя! – куда громче повторил посланец Тариса Некроманта. – Для вс-сех других!

– Так говори, – поощрил я. – Оглянись. Вокруг тебя десяток людей. И гном в наличии.

– В наличии! – подтвердил держащийся рядом с набычившимся здоровяком гном Тикса.

– Я своим людям и гномам рты не затыкаю. Они говорят, что хотят и кому хотят. Так что давай, начинай вещать, детоубийца. Твои слова обязательно разнесутся по всему поселению.

– Хорошо! – шурд смирился, ибо понял, что поселения и собравшейся внимать его слова толпы ему не видать. – Великий повелитель-бог Тарпе говорит!

Ого… опять прекратил присвистывать и шепелявить…

– Эти земли принадлежат ему, – продолжал вещать сидящий на камне старый шурд. – Принадлежат по праву. Все земли. От моря до моря. Как и эта гранитная скала. Но он не держит зла на тех, кто дерзновенно осмелился занять чужие земли. Бог Тарпе милостив. И он разрешает всем живущим здесь людям и гномам свободно уйти с этих земель, прихватив с собой все имущество и оружие. Разрешает уйти к Большой Стене на востоке. Воины Тариса не станут препятствовать им. Но! Это возможно лишь в том случае, если ваш предводитель Корне Ван Исер сдастся на милость Тариса Великого сам, либо же его пленят и выдадут другие люди. Как только мерзкий презренный Корне окажется пред очами повелителя Тариса – вы все можете безбоязненно уходить! Великий повелитель-бог Тарпе Ван Санти дает свое нерушимое слово, что если ему выдадут мерзкого презренного никчемного Кориса, то ни один волос не упадет с ваших голов, и вы спокойно уйдете прочь! И тем самым сохраните свои жизни и жизни ваших детей!

– Какое щедрое предложение, – усмехнулся я, нависая над тщедушным темным гоблином. – Есть над чем задуматься, честно говоря…

– Господин! Да вы что! – рыкнул Рикар и, не удержавшись, ткнул носком сапога шурда под ребра. – Вот склирс поганый! Что предложить удумал!

– Не он, – качнул я головой. – Тарис предложил. И не он первый. Испытанная практика. Отдайте нам вашего предводителя и живите себе спокойно! Завлекательный клич множества полководцев. Правда, в моем случае тут замешано немного личных обид… Шурд!

Гоблин вскинул голову, украшенную редкими пучками длинных седых волос.

– Слова Тариса были услышаны, – абсолютно серьезно произнес я. – Все люди и гномы в поселении уже сегодня узнают о щедрейшем предложении твоего господина. И обдумают его. Ты все сказал? Всю весть передал?

– Нет… не вс-сю, проклятый Корне Ван Исер! Ты должен сам прийти в наш лагерь! Сам должен прийти и сдаться! Или же, если трусливая жажда жизни заполнит Кориса, и он поставит свое существование выше существования других людишек, его следует пленить, связать и доставить в лагерь Тариса. Те, кто принесет бьющегося, перепуганного и визжащего Кориса к великому Тарису будет щедро вознаграждён и отпущен с миром!

– Перепуганного и визжащего? – со смешком повторил я. – Рикар, ну-ка плени меня и свяжи. Интересно, как сильно и громко буду я визжать?

Громовой хохот завершил мои слова, да и сам я не сдержался от смеха.

Испуганно визжать? За время, проведенное в Диких Землях, я пережил такое…

– Если хотите жить и дальше – выполните волю Тариса! – заверещал разъяренный насмешками старый шурд. – Иначе будете уничтожены! Раздавлены! И пожраны нами! И я буду одним из тех, кто первым обглодает ваши кости!

– А зубы остались-то? Чтобы кости глодать? – лениво поинтересовался Рикар. – Ты все сказал? А то вон, господину уже скучно становится.

– Я посланец Тариса!

– Если вернешься назад, – тихо произнес я, глядя на шурда сверху-вниз. – Передай Тарису, что придет время, и я собственными руками вырву ему глотку. И буду смотреть, как он истекает кровью до тех пор, пока эта восставшая из могилы тварь окончательно не сдохнет и не отправится в ад. Ты услышал мои слова?

– Да… слова Кориса были ус-слышаны… и запомнены, – взглянул темный гоблин мне в глаза. – Были запомнены. Вот и тебе несколько слов величайшего из величайших, Тариса Предводителя…

– Ох, – поморщился я. – Сколько же у него титулов и прозвищ… как тут запомнить? Ну? Говори…

– Послание первое. Бойся!

– Интересное послание, – кивнул я. – Дальше.

– Второе, – наклонившись над рукоятью кинжала, произнеси имя Тариса, и если на то будет желание Величайшего, тебе будет дарован ответ.

– Интересно, – признал я. – Всё?

– Всё.

– Точно всё? Больше Тарис ничего не велел передать?

– Нет. Но уже сказанного дос-статочно! Бойтес-сь, людишки! Ес-сли великий Тарис возжелает, от вас-с не ос-станется даже…

– Спускайте его! – буркнул я. – Надоело слушать этого мямлю. Птичка-нежить погибла, до Тариса придется тебе топать пешочком. Передавай Тарису от нас горячий привет и искренние пожелания сдохнуть ему в мучениях.

– Чтоб его скрючило!

– Чтоб его живьем черви сожрали!

Да уж, мои люди не отстали от меня, пожелав Тарису много «доброго».

Обвязанный веревкой, старый шурд перевалился через край и канул вниз, медленно спускаясь ко дну ущелья.

– Выдайте Корис-са или умрете! – донесся его гнусавый голосок.

– Мы столько ему передали посланий для Тариса, – с сожалением вздохнул я. – И он обязательно бы передал каждое наше слово Тарису. Жаль только, что веревка лопнула… вот прямо сейчас лопнула…