Министерство несбывшихся желаний - Анна Лукашевич

Дверь тихонько отворилась, и в комнату вошла среднего роста приятная эльдийка в воздушном платье, открывавшем соблазнительные плечи. Изящно сложенная, легкая, с большими голубыми глазами, она была хороша собой и казалась гораздо моложе своих лет. Лишь белокурые длинные волосы, зализанные и собранные в низкий вычурный пучок и заткнутые под пластмассовую гребенку, добавляли солидности ее образу. Строгий профиль, свежее лицо подчеркивали ее спокойствие, и только кроткий взгляд выражал какую-то душевную тревогу и сомнения.

Слегка наклонившись, она присела на кровать и осторожно положила руку на плечо Марка, затем привлекла к себе его голову и нежно поцеловала.

– Сын мой…

Марк вскочил. Глаза его заблестели. Бледное лицо исказила злобная ухмылка.

– Пришла добивать меня? Тоже считаешь меня пустым местом! – закричал он.

– Это не так. Ни я, ни отец не желаем тебе зла… Он очень переживает за тебя, – спокойно сказала эльдийка.

– Как же! Переживает! Не смеши меня! – воскликнул Марк, убирая ее руки.

– Мальчик мой, я понимаю, ты расстроен…

– Расстроен? Мама! Скажи! Почему родные и близкие люди порой так жестоки?

Эльдийка сдвинула брови к переносице, изобразив сожаление.

– Сынок, отец ведет себя так потому, что хочет защитить тебя, а ты делаешь ему назло.

– Он думает только о себе!

– Я надеюсь, когда-нибудь ты осознаешь, что это не так…

– Мам, ты любишь отца? – вдруг спросил Марк.

– Конечно, люблю!

– А на что ты готова ради этой любви?

Эльдийка растерялась.

– К чему эти вопросы?

– Ответь, пожалуйста…

– Я не знаю, что и сказать, сынок…

– Ну, если бы он попал в беду, ты бы оставила его?

– Нет! Конечно нет!

Марк внимательно посмотрел в ее глаза, будто пытаясь найти в них подтверждение ее слов.

– А как бы ты себя ощущала, если бы не предприняла ничего, зная, что ему грозит опасность?

Эльдийка опешила и часто-часто заморгала.

– Прескверно, сын мой…

– То есть, если я отправлюсь на помощь своей любимой, это будет правильно?

Она замялась, осознав, к чему шла эта речь.

– Что же ты молчишь, мама?

Эльдийка вздохнула и опустила глаза, в уме перебирая ответы, которые могли оградить Марка от безрассудных, по ее мнению, поступков.

– Твой отец и я прожили вместе много столетий… Наши отношения проверены временем!

Марк нахмурился.

– Подожди, подожди! При чем тут время? Думаешь, мои чувства менее сильные? Думаешь, я должен оставить девушку в беде?

– Кто она? Мы ничего не знаем о ней.

– Это повод сидеть сложа руки?

– Марк… Давай все обсудим. Поговорим с отцом! Я уверена, он поможет.

– Нет!

– Не будь так категоричен! И прошу, не предпринимай серьезных решений в одиночку!

Марк неодобрительно скривил губы, поддавшись эмоциям.

– Почему самостоятельность детей вызывает такую тревогу у родителей? По-моему, это уж слишком…

– Родители просто боятся за детей! Потому что это – самое дорогое, что есть в жизни!

Марк отвернулся к окну, не желая больше продолжать разговор.

– Обещай, что ты все обсудишь с отцом! – взмолилась эльдийка.

Юноша ничего не ответил и снова улегся на кровать, повернувшись лицом к стене и закрыв голову подушкой. В любом другом случае он возмутился бы против такой опеки, но сейчас его волновали совсем иные проблемы.

Темнота, спустившаяся на город, постепенно отступала, высвобождая из сумрака очертания зданий. На горизонте появилась огненная полоса восходящего солнца. Снег, шедший всю ночь и запорошивший дороги и крыши, все еще валил крупными хлопьями, ограничивая видимость. На площади, словно оставленные навсегда, в полной тишине, стояли шатры торговцев.

Осторожно прикрыв дверь, Улигор вышел из мотеля. Тряхнул головой, отбросив челку со лба, и, с трудом пробираясь по заснеженной дороге, отправился в сторону холмов, где, словно яркие шляпки грибов на поляне, гнездились домики с разноцветными крышами. От их беспорядочной россыпи рябило в глазах. Поднявшись по тропе, ведущей к вершине, ловец остановился. Там внизу, обнесенные забором, располагались густые зеленые насаждения парковой зоны владений мистера Кардуса. Кустарники, трава и деревья в этой части города оставались зелеными в любое время года, а под искрящимся снегом можно было обнаружить даже клумбы с пышными цветами. В центре парка стоял увитый зеленью особняк, справа от которого виднелся прудик, лишь слегка тронутый льдом. Рядом – разнообразные постройки, хаотично разбросанные по всему периметру: гостевой домик, отдельно стоящая веранда, хозяйственные помещения и дом для прислуги.

Улигор спустился по узкой деревянной лестнице и оказался прямо у высоких кованых ворот. Он нажал кнопку вызова и застыл в ожидании. Спустя некоторое время ему открыли. Ловец шагнул вперед, и его тут же обступили три громилы в черных мантиях.

– С чем пожаловал? – осведомился тот, что повыше.

– Работу ищу, – спокойно и уверенно ответил Улигор.

Один из громил скинул капюшон и оценивающе осмотрел незваного гостя с ног до головы.

– Стало быть, работу… – задумчиво произнес седовласый мужчина. – А где до этого работал?

– В Министерстве! Агентом!

Черные мантии рассмеялись.

– А чего ушел? – строго спросил один из них, не обращая на них внимания.

Ловец издал тяжелый вздох и с грустью сказал:

– Несчастный случай с подопечным…

Седовласый похлопал Улигора по плечу.

– Сочувствую, брат! – воскликнул он. – Какую должность хочешь?

– В стражу! – не раздумывая, заявил ловец.

Черные мантии снова рассмеялись. Седовласый нахмурился и кивнул на пояс Улигора. Тот расстегнул куртку и показал на кожаный ремень, весь увешанный пустыми сверкающими склянками. Черные мантии напряглись и сделали шаг назад. Самый высокий приподнял бровь, мысленно подсчитывая количество пузырьков. Закончив подсчет, нервно сглотнул и уставился на Улигора.

– С таким багажом впору тебе нас на работу принимать! – воскликнул седой.

Ловец улыбнулся и пожал плечами.

– Это прошлое…

– Лихое прошлое! – добавил стражник.

– Какое есть. Так вы меня берете?

Седовласый повернулся к черным мантиям, жестом приказал им удалиться и, оставшись наедине с Улигором, сказал: