Больше, чем враги - Тори Халимендис

– И не надейся, – зло выплюнула я, понимая, что время игр закончено.

– Станешь, станешь, – обманчиво спокойным голосом повторил Андерс. – Ты сделаешь все, что я захочу. Все, что я тебе прикажу. А фантазия у меня очень богатая. Но сейчас у меня уже нет сил ждать.

И он рванул меня к себе. Я отчаянно сопротивлялась, но его это только распаляло. Волосы мои растрепались, и начальник намотал их себе на руку, заставляя запрокинуть голову. Из глаз моих выступили слезы боли, а Андерс провел по моей шее языком снизу вверх, затем лизнул уголок губ. Меня передернуло от отвращения.

– Сама разденешься или тебе помочь?

Вместо ответа я ударила его коленом. Метила в пах, но Андерс отклонился, и я попала в бедро. Начальник грязно выругался, грубо схватил меня за плечи и развернул спиной к себе. Затем заломил мне руки и заставил наклониться, больно ткнув лицом в стол. Я забилась, понимая, что сейчас произойдет. Но Андерс крепко удерживал меня одной рукой, другой уже задирая подол моей робы.

Я отчаянно брыкалась. Поскольку мои запястья крепко держала ладонь Андерса, отбиваться руками не получалось, но вот ноги были свободны. Правда, в том положении, в котором я оказалась, драться ими получалось весьма плохо, но пару раз по голени начальника я все-таки умудрилась попасть. Андерс ущипнул меня за бедро – сильно, со злостью.

– Не захотела по-хорошему – будет по-плохому.

Он задрал-таки подол, потянул вниз белье и с силой шлепнул меня по обнажившимся ягодицам. Я извивалась, пытаясь высвободиться, но Андерс только посмеивался, коленом раздвигая мне ноги.

– Что, не привыкла к настоящим мужикам, да? Это тебе не твои жалкие аристократы, что только вздыхать и лепетать слащавую чушь способны. Возомнила о себе! Сейчас я тебе покажу, где твое место! – пыхтел он, пытаясь одновременно удержать меня и приспустить штаны.

И тут хлопнула входная дверь, в коридоре раздались быстрые шаги, а затем в кабинет постучали.

– Что за… – прошипел Андерс.

– Дамочка, открой! Я знаю, что ты здесь! – громко позвал Гонт.

А я поняла, что Андерс запер дверь. И теперь он замер в надежде, что Гонту надоест меня звать и он уйдет, позволив начальнику вернуться к прерванному развлечению.

Но не тут-то было. Гонт принялся барабанить в дверь кулаком.

– Дамочка, открывай немедленно!

– Еще сломает, – недовольно прошипел Андерс. – Скажешь хоть слово обо мне – до заката не доживешь.

И наконец-то отпустив меня, он поправил штаны и принялся озираться в поисках укрытия. Я молча указала ему на лабораторию Дока, а сама пошла открывать. Гонт осмотрел меня с удивлением – должно быть, вид у меня был сильно растрепанный.

– Чем это ты занималась, Дамочка? – подозрительно спросил он.

– Задремала, – буркнула я. – Случилось-то что?

– Так господин Грен приехал! Ждет тебя!

После этих слов я мигом схватила тулуп.

– Иду!

– Переобуйся хоть, Дамочка, – засмеялся Гонт. – Понимаю, что не терпится, да только в больничных тапках не след по снегу бегать. И платок накинь.

Дверь в кабинет я запирала со злорадством. Пусть Андерс посидит до моего возвращения и понервничает, думая о том, что именно я могу рассказать Марку.

Из лазарета я почти что выбежала, но постепенно все замедляла шаг и к домику для свиданий подходила уже совсем медленно. Внезапно я осознала, что боюсь увидеть Марка. Известие о его приезде вызвало у меня вспышку эмоций, главными из которых были облегчение и радость. Но прошло всего несколько минут, и радость померкла. Зачем приехал Марк? Почему он отсутствовал так долго и объявился только сейчас? Что он мне скажет? И самое главное – что мне сказать ему?

Замалчивать приставания Андерса я не собиралась. Пусть у меня и не было уверенности, что Марк захочет влезать в это дело, но если есть хоть малейший шанс приструнить начальника лагеря – я им воспользуюсь. Но что, если Марку попросту неинтересная моя жизнь в заключении?

Дверь я открывала дрожащими руками. И через порог переступила с колотящимся сердцем. А в следующее мгновение меня уже обнимали знакомые сильные руки.

– Как же я по тебе соскучился, – выдохнул Марк.

Я расслабилась в его объятиях, положила голову ему на плечо, вдохнула терпкий горьковатый запах.

– Почему ты не приезжал? Двин сказал, что ты собираешься в отпуск. На курорт.

– Твой Двин слишком много болтает.

Я хотела было возразить, но Марк мягко запрокинул мне голову, склонился, чтобы поцеловать – и замер.

– Что с тобой, Тиа?

Я не знала, что именно он разглядел в моем лице, но догадалась, о чем он спрашивал.

– Это Андерс, Марк. Ты очень вовремя приехал, – добавила я с нервным смешком. – Он как раз хотел проверить, как это – брать женщину прямо на столе. Должно быть, ты подал ему идею.

Моего юмора Марк не оценил.

– Я думал, что он отстал от тебя.

– Отстал. Но тебя так долго не было, и он решил, что ты меня бросил.

– Он труп, – мрачно заявил Марк. – И я не уверен, что смерть его будет быстрой и безболезненной.

– Марк, – я вцепилась пальцами в рубашку на его груди, – Марк, он больше меня не тронет? Ты можешь мне это пообещать?

Должно быть, со стороны я сейчас походила на Красотку во время нашего с ней недавнего разговора. И в глазах моих плескался точно такой же животный страх. Марк мягко накрыл мои пальцы своими.

– Обещаю, Тиа. Эта мразь больше не прикоснется к тебе.

Я прижалась к нему и тихо всхлипнула. Теперь, когда все было позади, мне больше всего хотелось разрыдаться.

– Не плачь, Тиа, все хорошо, – тихо повторял Марк снова и снова и гладил меня по спине.

Но от его слов слезы сами собой покатились по моему лицу. Я обняла Марка крепче, уткнулась ему в плечо и все-таки разрыдалась.

Марк некоторое время укачивал меня в объятиях, а потом чуть отстранился и принялся расстегивать мой тулуп. Избавив меня от верхней одежды и платка, вновь притянул к себе, а затем опустился на стул и усадил к себе на колени.

– Кровать не притащили, – шепнул он. – Совсем расслабились, пока меня не было.

И будто в ответ на его слова в дверь постучали.

– Простите, что помешал, господин Грен, – Гонт мялся на пороге, не решаясь зайти, а из распахнутой двери нещадно тянуло холодом. – Просто спросить хотел: койку нести надобно?

– Пошел вон! – рявкнул Марк.

Гонта будто ветром сдуло. Но мгновение спустя он вновь заскребся в дверь, приоткрыл ее и сунул голову в образовавшуюся щель.

– Так я не понял, койка нужна?

– Да провались ты со своей койкой! – взревел обозленный Марк. – Не смей нас больше беспокоить!