Роза для Палача - Франциска Вудворт

Да еще Костя как с цепи сорвался, пытаясь все вернуть. Всю душу вытряс, раз за разом вызывая к себе по надуманным предлогам и сводя все к одному – прости! Довел до того, что я не выдержала и вызверилась – у меня пациенты, а он дергает. Прямым текстом сказала, что ни за что, вот выведу Морено из комы и увольняюсь. Поеду к матери во Францию.

Мне даже все равно было, когда его перекосило и он ядовито поинтересовался, не нашла ли я там себе кого.

«Да! – сообщила, чтобы отвязался. – Кристиан. Тоже аристократ. Познакомились в мой прошлый приезд, общались по скайпу. Я даже уже чемодан собрала, чтобы лететь к нему и слиться в объятьях».

После этого он больше меня не дергал, а потом вообще сорвался с работы, и больше его не видели.

Во дворе своего дома я увидела свет в наших окнах и выдохнула – Макс дома. Он звонил узнать, как потерпевшая, но я, вся на нервах после разговора с бывшим, сорвалась и на него. Сказала, что за ней приехали родственники и забрали, и пусть ищет себе адвоката. А если его посадят, передачи от меня пусть не ждет! Я ее мужчину и бабушку видела лишь мельком, но, по слухам, они всех на уши поставили из-за нее. И наезд так просто не оставят.

Потом уже стало стыдно. Брат тоже переживает, а я, вместо того чтобы поддержать, спустила на него всех собак. И, поднимаясь в квартиру, собиралась извиниться и нормально с ним поговорить. Но благие намерения продержались недолго. Меня встретила приоткрытая дверь.

– Макс, почему дверь нараспашку? – крикнула, заходя и закрываясь на замок. Села снять сапоги и заметила на полу влажные следы от обуви.

– Макс, ты опять ходишь обутым?

Вот бесило, когда он по квартире в уличной обуви расхаживал! А когда увидела цепочку следов, ведущих в мою комнату, в момент завелась:

– Я тебя прибью!

Злая, как тысяча чертей, рванула к себе, чтобы тут же остолбенеть. У меня в комнате был разгром, и устроил его совсем не Макс. Среди валяющихся на полу вещей стоял надоевший мне до оскомины представитель фонда и с брезгливым видом держал в руке женские панталоны.

– Эм-м-м…

«Мне точно нужен психиатр!» – промелькнула мысль.

Я даже моргнула, не веря в реальность происходящего, но ничего не изменилось.

– А что вы тут делаете? – задала резонный вопрос.

– Пришел с вами поговорить.

Да?! Я обвела взглядом комнату. Это он так разозлился, что меня дома нет?..

– На первый взгляд остальные комнаты не тронуты, искали что-то у вас, – просветили меня.

– Искали? – повторила за ним, все еще пребывая в шоке.

– Да. Посмотрите, разбросаны бумаги и вещи из чемодана. Не знаю, где у вас украшения, проверьте, но не думаю, что это воры.

Я отмерла и кинулась к туалетному столику. Выдвинула ящик и, отодвигая косметику, достала шкатулку. Вроде не легкая. Открыв, обнаружила все свое золото в полной сохранности.

– На месте?

Чувствуя мое напряжение, иностранец не делал резких движений и говорил спокойным тоном.

– Почему не воры? – спросила у него.

– Насколько понимаю, украшения не тронуты, и разбили ноутбук. Вор бы его забрал.

Ноутбук! Взгляд нашел его на полу, и в голове щелкнуло. Отложив шкатулку, бросилась к компьютерному столу. В подставке для ручек и скрепок хранилась флешка, куда я сбросила весь материал по диссертации, но сейчас ее не было. А в выдвинутых ящиках не было моих распечаток с заметками, которые я не успела выбросить.

Костик! Больше некому. И ключи у него запасные есть, я давала, но после расставания так и не забрала. В голове зашумело от подлости бывшего. Так вот он куда пропал сегодня! Побежал материал по диссертации искать, пока я была на работе.

– Вы знаете, что украли? Полицию вызывать будете? – ворвались в мое сознание слова.

Представитель фонда. Обернулась и окинула его злым взглядом, прищурившись.

– А не боитесь, что я вас же и обвиню во всем этом? – Я обвела рукой комнату. – Как вы вообще здесь оказались?

– Узнал адрес. Приехал поговорить, в больнице вас не застать. А дверь открыта. Я только пришел, как вы заметили, мои следы еще не высохли.

Звучало логично, и я поверила. Не могла смотреть на мамины вещи на полу. Перевернула чемодан, сгребла в кучу одежду и принялась запихивать в него. Дернула у иностранца из рук панталоны, но он успел отвести руку.

– Это ваши?

– Издеваетесь? – Я опять рванула их на себя. – У меня мать замужем за французом. Аристократом. Наверное, оттуда.

Посмотрела на старинные панталоны из тонкого батиста, отороченные кружевами, и скривилась, швырнув их в чемодан со словами:

– Даже думать не хочу, какие у них ролевые игры.

Моя мать любила красивое белье, и я представить не могла, что она добровольно наденет на себя такой раритет прошлого века.

– Что? – поймала на себе испытующий взгляд. – Это ее чемодан.

Обвела взглядом разгромленную комнату, и захотелось плакать. Даже когда застала Костю с другой, было не так больно. Мерзко, противно – да, но это и заглушало боль от предательства.

А сейчас, пробравшись в мой дом и наследив, он показал свою подлую натуру, о которой я даже не подозревала. Получается, все эти уговоры и извинения были ради этого? Чтобы материал по диссертации получить?!

– Вы точно не хотите вызвать полицию? У вас же что-то забрали, – осторожно уточнил еще один незваный гость.

Я посмотрела на разбросанные бумаги и сломанный компьютер. И что я предъявлю Косте? Ключи дала сама. Скажет, что пришел за своей диссертацией, ее и забрал. Уверена, больше ничего не пропало. Золото ведь не тронули, о нем и спросят в первую очередь. А разбросанные вещи и бумаги? Докажи, что не я это сделала. Скажет, разбросала сама из мести, и будет его слово против моего.

– Нет. Я знаю, кто это сделал. Взяли только бумаги, – выдавила из себя.

Как же гадко! Мне как будто в душу плюнули и потоптались, как на том ноутбуке. Ведь специально его разбил, чтобы я по скайпу с французским аристократом не общалась. Вот только знал бы он, сколько этому Кристиану лет – божий одуванчик. Я его как врач консультировала по поводу предстоящей операции.

Какая же я дура, что так и не нашла времени выбросить бумаги и флешку хранила на видном месте. Но кто же знал? А теперь меня обокрали, и я беспомощна что-либо доказать. Даже брату не пожалуешься. С него станется морду Костику набить, а этот гад потом на него заявление накатает. Нет, Макса подставлять нельзя. Но как же горько и обидно!

Я смотрела на свою комнату и понимала, что отдых отменяется. Не смогу лечь, пока все здесь не перемою и не уберу. Как представлю, что он касался моих вещей своими грязными руками… И в то же время сил не было вообще, из меня как будто стержень вытащили, заставив ощутить себя беспомощной, наивной дурой.