Разжигая страсть, не забудь огнетушитель - Власта Бер

– Насколько я помню, с презервативом тоже не часто. – Невозмутимо улыбаясь, греческий папаша застегивает рубашку.

Черт возьми! Ему смешно?!! Он издеваться в такой момент решил?

– Успокойся. Ты не забеременела, – затягивая ремень, говорит он.

– А ты откуда знаешь?

– Интуиция.

Офигеть! Интуиция?!! Ха! Надежней контрацепции и не придумаешь!

– Тебе что, все равно? – Приняв воинственную позу, я решаю разобраться в этой непонятной для меня ситуации. – Если ты трахаешься налево и направо не предохраняясь, то меня ожидают проблемы похуже, чем ребенок! Спид, сифилис, трипилис…

Я замолкаю, пытаясь вспомнить еще парочку неизлечимых болячек.

– Ты считаешь, что ребенок – это проблема? – сузив глаза, сухо спрашивает он.

Я раскрываю рот от удивления. Нет. Я правда не знаю, что ему ответить. Он в моей тираде только это услышал?!!

Нервно захихикав, я опускаюсь на край стола.

– Знаешь что? А я не буду делать аборт! – сложив руки на груди, уверенно произношу я свой вердикт. Если он рассчитывал отделаться легким испугом, то не на ту напал.

– Хорошо, – отвечает он, помогая застегнуть платье.

– И у тебя родится сын… или дочка, – продолжаю я, пытаясь обернуться и уловить страх в его глазах, но, похоже, Янниса это не смущает. – А еще тебе придется на мне жениться!

– Ну, это не обязательно.

– Как это – не обязательно? То есть ты хочешь спихнуть на меня воспитание нашего ребенка? А сам в это время будешь прохлаждаться? – Я захлебываюсь от возмущения.

– Во-первых, мне, чтобы воспитать своего ребенка, жениться не обязательно. Во-вторых, ты даже не беременна.

Отвечает он ну уж слишком спокойно. Все ясно. Это первая фаза. Отрицание.

Молча кивая, хлопаю его по плечу. Ему надо время, чтобы прийти в себя, вжиться в новую роль, осознать свое отцовство.

– Не буду спорить, – дипломатично отвечаю я, подходя к двери, – тест покажет.

Выхожу в коридор, прикрывая за собой дверь.

Покинув кабинет, я встречаюсь взглядом с удивленной секретаршей, которая стоит с чашкой кофе у небольшого диванчика с нетерпеливым гостем. Господи боже мой! Они ведь ничего не слышали?

Неловко отвожу за спину руку, в которой по-прежнему сжимаю свои трусики. Черт. Как можно было забыть их надеть? Правду говорят, беременные такие рассеянные.

Пытаясь придать лицу невозмутимый вид и игнорируя пылающие щеки, прохожу мимо них по коридору. Я очень надеюсь, что на лбу у меня не красуется надпись: «Только что занималась сексом».

Даже не пытаюсь представить, как сейчас выгляжу со стороны. В положении нельзя волноваться.

Под барабанную дробь своего сердца добираюсь до туалета. Теперь хоть можно отдышаться.

С опаской смотрю на свое отражение. Надо же. Все не так плохо. Прическа хоть и растрепалась, но подозрений не вызывает. Глаза светятся. На щеках играет легкий румянец. Губы соблазнительно распухли от жарких поцелуев. Секс с греческим осеменителем явно пошел мне на пользу. Шея и декольте немного покраснели от его щетины, но это мелочи. Главное, что платье не помялось.

А может, я и правда не беременна. Все-таки вот-вот месячные должны начаться. Хотя не стоит забывать про закон подлости.

Задумчиво глажу себя по животу. Интересно, мальчик или девочка? Если мальчик, хотелось бы, чтобы он был похож на папу. Да и девочка с чертами лица Янниса будет настоящей красавицей. Единственное, что можно взять от меня, – это нос и губы. А глаза пусть будут однозначно его. Хотя мои тоже неплохие – большие, светло-карие, как говорит папа, цвета липового меда.

Представляю, как мама обрадуется. Хотя нет. Скорее всего, скажет: «А почему отец не Валера?» Да и незамужняя мать-одиночка не вызовет у родителей чувства гордости.

Угораздило же меня!

Грустно вздохнув, надеваю трусы. Как раз вовремя.

– Ку-ку! – В отражении появляется Астраль. Чувство такта и личного пространства напрочь отсутствует у этого демона. – Пришло время отдавать должок!

– Нет уж! Пришло время обсудить некоторые правила! – строго отвечаю я. – Значит, так! С этой минуты никакого алкоголя и сигарет в моем теле! Я должна четко знать, где и что ты собираешься делать!

Брови демона постепенно уходят вверх, пока окончательно не скрываются за черной шляпой.

– Воу-воу! Полегче! Ты чего раскомандовалась? У нас с тобой уговор: я тебе – зелье, ты мне – тело. Отчитываться уговора не было!

– А теперь придется! Между прочим, из-за твоих замечательных эликсирчиков я теперь беременна!

– Ты что? – Бровей синего демона не видно, но уверена, они уже мигрировали в район макушки.

– Бе-ре-мен-на! – по слогам отвечаю я и в ответ получаю истерический хохот. – Я, конечно, понимаю, над чужим горем всегда приятно посмеяться, но может, хватит?

– Погоди, – потирая нос, пытается отдышаться синий хохотун. – Я разве тебе не говорил?

– Что? – Я хмурю брови. Эта демоническая зараза от меня вообще всю информацию скрывает.

– Пока ты используешь мою магию, забеременеть нельзя! Разве это не чудесно? – торжественно произносит он и воодушевленно бьет ладонью об кулак. – Чпок-чпок, и никаких забот!

Я на секунду зависаю. Можно ли ему верить? Хотя какой ему смысл меня обманывать? С пузом на барной стойке не поскачешь.

– А если я хочу детей?

– О нет! – отмахивается Астраль. – Это не ко мне! Я обеспечиваю бессонные ночи с красавцами, а не с младенцами. Так что расслабься и получай удовольствие! А сейчас дай расслабиться и получить удовольствие другим.

Пользуясь моим замешательством, демон касается синей рукой моего лба, и я отправляюсь во временную спячку.

* * *

– Майя… – Голос, больше похожий на шелест травы, заставляет проснуться.

Я пытаюсь открыть глаза, но меня по-прежнему окружает темнота. Липкая, вязкая, без единого намека на свет.

Где я? Этот вопрос я пытаюсь задать вслух, но не могу издать ни звука.

– Майя… – Кто-то тихо зовет меня.

Пытаюсь повернуться в сторону звука, но тело меня не слушается. Вернее, я не ощущаю его совсем. Парю, словно в невесомости. Черной как смоль невесомости.

– Майя… ты… должна… – Шелест усиливается, но слов все равно не разобрать.

Я пытаюсь рассмотреть хоть что-то в непроглядной тьме. Но безрезультатно.

Глубоко моргнув, я с усилием открываю глаза. Сперва различаю мягкий свет вокруг, а затем навожу фокус, и картинка становится четче.

– Где я? – на автомате спрашиваю я севшим голосом. И тут же понимаю, что нахожусь на заднем сиденье автомобиля.