Провинциалка в высшем свете. Дым без огня - Елена Малиновская

— Правда, все портит слишком кислое выражение твоего лица, — с насмешкой продолжил Томас, и в отражении я увидела, как он подошел ближе. Остановился почти вплотную ко мне, наклонился и вкрадчиво прошептал на ухо: — Улыбайся, Аль! Людей раздражают богатые, красивые личности, откровенно плюющие на всяческие условности и правила.

— Я не люблю никого раздражать, — хмуро возразила я, поморщившись от того, что он опять назвал меня таким отвратительным сокращением, более напоминающим собачью кличку.

— И зря. — Томас воссиял настолько радостной улыбкой, будто поднятая тема доставляла ему искреннее наслаждение. — Поверь мне, раздражать людей — это приятно. Очень приятно. Наблюдать за тем, как они бесятся, исходят ненавистью и злостью, но ничего не смеют сказать или сделать поперек тебя… О, разве может быть что-нибудь лучше? Но самое главное: любая эмоция заставляет человека продемонстрировать то, о чем он думает на самом деле. Я не зря говорил, что чувства делают нас слабее. И нет лучше способа, чтобы узнать самое уязвимое место противника. Разозли его как следует — и он сам даст тебе наиглавнейший козырь в игре против себя.

— Н-да, странно, что тебя не убили гораздо раньше, — не удержалась я от весьма резонного замечания. — Тяжело тебе, наверное, жить с такими убеждениями.

— Мне как раз жить легко. — Томас негромко рассмеялся, ни капли не покоробленный моим замечанием. — А вот моим врагам — не очень.

Я почувствовала, как его рука опустилась на мою талию. Скосила глаза, убедившись в этом. Затем опять посмотрела на лорда и гневно нахмурилась, намереваясь грозно потребовать от него прекратить это безобразие.

— Запомни мои слова. — Глаза Томаса сухо и страшно блеснули в отражении, и я испуганно прикусила язык, так ему ничего не сказав. — Аль, со мной нельзя ссориться.

— Да я вроде как и не собиралась, — проблеяла я, ощутив, как мое несчастное сердце сначала ухнуло в пятки, потом подскочило к горлу и там отчаянно затрепыхалась.

Но Томас опять любезно улыбался, как будто не угрожал мне только что. Более того, он наклонился ко мне и запечатлел легкий поцелуй на шее.

Я дернулась было, попыталась отпрянуть, но его рука, которая по-прежнему лежала на моей талии, в мгновение ока потяжелела, и он с легкостью удержал меня на месте.

— Никуда не годится! — возмущенно зацокал он языком, пока я хватала открытым ртом воздух, силясь не взорваться от крика, а по возможности спокойно объяснить ему, чтобы не смел так больше поступать!

— Что — «не годится»? — прошипела я, страдая от отчаянного желания развернуться и врезать ему тяжелую заслуженную пощечину.

— Ты не должна подпрыгивать на месте каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, — пояснил Томас, явно не видя в своем поведении ничего возмутительного или переходящего за грань. — Помни, что для всех отныне ты моя невеста. Причем не просто невеста, но девушка, с которой я уже разделил постель. То бишь, смущенный румянец, сдавленные смешки, смешно округленные от возмущения глазки, обиженные губки и прочее, что любят делать девушки в пикантных ситуациях, будет неуместно.

Я вспомнила вчерашний вечер. Тот момент, когда лорд Бейрил поцеловал меня на глазах полицейского дознавателя. То бишь то была не единичная, так сказать, акция? Он и дальше намерен так вести себя?

Сдается, кое-кто сильно погорячился, не обсудив как следует условия предполагаемого сотрудничества.

— Да, но… — пропищала я, желая сказать что-нибудь очень умное и высоконравственное по поводу морали и правил приличия.

— Не беспокойся, спать с тобой я не собираюсь, — перебил меня Томас и задорно подмигнул мне в отражении. — Кстати, об этом я уже тебе говорил. Или желаешь возмутиться данным обстоятельством?

Усилием воли я промолчала, проглотив так и крутящийся на кончике языка язвительный ответ. Полагаю, лорд мнит себя красавчиком, против чар которого не способна устоять ни одна девушка. Ну что же, не буду разрушать его иллюзии. Но на самом деле он мне вообще не нравится. Ни как человек, ни, тем более, как мужчина.

— Ты не девственница, — между тем продолжил Томас, и против воли я все-таки покраснела, неприятно пораженная, насколько спокойно он затронул такую интимную тему. А лорд равнодушно продолжал, словно не понимая, почему мои уши начали полыхать нестерпимо жарким огнем стыда: — То бишь, если кто-нибудь вздумает магическим путем незаметно проверить это, то не сумеет уличить тебя в лжи. Поэтому расслабься и ни о чем не переживай. Только один человек знает, что ты — не Джессика. Сама Джессика.

«И ее предполагаемый подельник, который отправил вчера полицейского дознавателя к тебе в дом», — подумала я, но вслух не стала этого говорить.

Думаю, Томас и сам знает об этом.

— Ну а теперь подбородок выше, улыбнись — и отправимся в гости, — с нарочитым весельем проговорил Томас.

Правда, в его глазах при этом не было и намека на радость.

* * *

Погода в столице сегодня не радовала. Ливень, под умиротворяющий звук которого мне было утром так сладко спать, и не думал униматься. Лужи пузырились под нескончаемым дождем, порывы холодного ветра чуть ли не до земли пригибали деревья, над городом повисли тяжелые темные тучи, и по всему было видно, что непогода затянется надолго.

Томас был настолько любезен, что помог мне надеть длинное строгое пальто. Более того, он даже раскрыл надо мной зонтик, поэтому ни капли не упало на мою голову, пока я преодолевала несколько шагов, отделяющих меня от кареты, зябко кутаясь в манто, которое мне тоже досталось в наследство от таинственно пропавшей Джессики.

Кучер, дождавшись, когда мы сядем в повозку, тут же мягко тряхнул поводьями, и мы отправились в путь. Я машинально отметила, что Томас не отдал никаких распоряжений. По всей видимости, он заранее предупредил, куда нас следует доставить.

За окнами медленно проплывали опустевшие на время ненастья улицы Бриастля. Город казался вымершим. Лишь изредка я замечала одиноких прохожих, торопящихся по своим делам. И каждый раз задумывалась — что же заставило несчастных покинуть теплый уютный дом в такой ливень?

Томас молчал, не мешая мне разглядывать пока еще совершенно незнакомый город. Я то и дело бросала на него легкие любопытствующие взгляды, но лорд словно задремал. Он сидел напротив меня, расслабленно откинувшись на спинку сиденья. Глубокая тень скрывала его лицо, поэтому было непонятно, спит ли он или бодрствует.

— К кому мы едем? — наконец осмелилась я первой прервать затянувшееся молчание.

По-моему, Томас обязан сказать мне хотя бы имя первого гостя. Должна ведь я знать, как к нему обращаться.

Но лорд Бейрил предпочел проигнорировать мой вопрос. Он даже не пошевелился, будто действительно заснул.

Я раздраженно покачала головой. Нет, чем дольше я общаюсь с ним, тем больше он мне не нравится! Самовлюбленный, чванливый, грубый… А ведь я должна изображать любовь к этому человеку. Ох, и непросто же мне придется!