Дураки умирают первыми - Виктор Точинов

Но они надели.

Ничего особенного или настораживающего в таком приёме не было: телохранители всегда здесь присутствовали, и всегда по двое. Рыцарь отметил, что сегодня дежурит не та парочка, что во время его прошлого визита.

Джу сказал несколько слов в селектор и широко распахнул дверь кабинета:

— Проходите, мсье Кемп, проходите!

Де Шу коснулся сквозь рубашку амулета — на удачу — и шагнул внутрь.

Здесь тоже было всё как всегда. Чуд встречался с мистером Старком не раз, и в самых разных городах Европы, а кабинет оставался всё тем же, его обстановку Старк всюду возил за собой, вплоть до настенных деревянных панелей. В какую это влетает копеечку, Кемпиус предпочитал не задумываться. Он уважал людей, не жалеющих денег для исполнения своих невинных прихотей.

Кабинет был выдержан в тёмных тонах и в монументальном стиле: огромный стол из тёмного полированного дерева, огромное кресло хозяина — настоящий трон — из того же материала, стулья для гостей, габаритами поменьше, но тоже внушительные. Мистер Старк вписывался в свой кабинет идеально. Казался его неотъемлемой частью, естественным продолжением стола и трона. Кемп не удивился бы, узнав, что при очередном переезде хозяина аккуратно упаковывают вместе со всей мебелью и перевозят в том же контейнере.

На вид ему было лет сто, не меньше. Европейский тип лица, но кожа очень смуглая, под стать всей обстановке — казалось, лицо Старка вырезали из того самого тёмного дерева. Причём резец прошёлся по лицу основательно, оставив глубокие морщины на лбу и глубокие складки у губ. Торс у Старка был очень мощный, кряжистый, а нижнюю часть тела де Шу не видел. Вообще. Никогда. Ни разу при их встречах мистер Старк не встал, чтобы встретить или проводить гостя, либо чтобы просто пройтись по кабинету, размяться… Сидел на своём троне, как приклеенный. Поначалу Кемп ломал голову: не имеет ли он дело с инвалидом? Паралич, потеря нижних конечностей, что-то ещё в том же духе. Потом перестал задумываться, воспринимал Старка таким, какой есть. Когда у человека столько денег, он может прятать под столом хоть рыбий хвост, его право.

Гостя хозяин кабинета поприветствовал одним словом. Очевидно, весьма ёмким, поскольку на русский Джу его перевёл так:

— Добрый день, господин Кемп, проходите, присаживайтесь.

Изъяснялся мистер Старк исключительно на каком-то из итальянских диалектов, однако де Шу, несмотря на то что худо-бедно итальянским владел, смысл речей своего делового партнера разобрать не мог. Между тем другие языки Старк знал или, по меньшей мере, понимал их: иногда перебивал Джу, что-то ему втолковывал, и тот, извинившись, исправлял ошибки.

Кемпиус отодвинул стул, уселся, и разговор тотчас же, с места в карьер, зашёл о делах. По-иному у мистера Старка не бывало, время он ценил и на отвлечённые разговоры не тратил.

— План операции и сроки его исполнения необходимо изменить, — переводил Джу, устроившийся по левую руку от шефа. — Обстоятельства изменились неприятным для нас образом.

Старк замолчал, наблюдая за реакцией де Шу. Тот постарался изобразить встревоженное недоумение, хотя испытывал куда более сложную гамму чувств: с одной стороны, Старк сам делает шаг навстречу, и амулет может оказаться невостребованным, с другой — как-то всё подозрительно складывается, стыкуется одно к одному… Встреча, назначенная вопреки всем правилам конспирации… Изменение планов накануне их реализации… Предыдущий разговор…

— Что произошло? — задал он естественный до пошлости вопрос.

— Сегодня утром объект перевезли. Мы узнали об этом, когда объект находился в пути и предпринимать какие-либо действия было уже поздно.

Вот оно что… О такой новости Кемп не мог и мечтать. Теперь отсрочка операции будет вызвана не его настоянием, подкреплённым амулетом, но объективными обстоятельствами. Удачно… Очень удачно… Слишком удачно… Был бы де Шу суеверным, скрестил бы пальцы, или сплюнул бы через плечо, или бросил бы перстень в воду.

— Почему они изменили сроки перевозки? — резко спросил он, не забыв нахмуриться. Нужно было показать, что он крайне недоволен.

— Пока неизвестно. Непонятное решение, и мистер Старк разберётся, кто за этим стоит.

— Думаете, кто-то стоит? Может быть, случайность?

Мистер Старк ответил. Джу — впервые на памяти чуда — призадумался над переводом и выдал ответ секунд через десять:

— Кто верит в случайности, тот ложится спать в деревянной сорочке. Это пословица, дословно она звучит иначе, там игра слов, но смысл…

Старк легонько стукнул по столу, и Джу мгновенно прекратил отсебятину, вновь стал переводить быстро, почти не задумываясь:

— Изменение сроков перевозки — не единственное, что произошло за истекшие сутки. Минувшей ночью кто-то попытался взломать музей.

— Попытка кражи? — уточнил де Шу.

— Скорее инсценировка попытки: неизвестные сломали дверь и тут же отступили. Мы надеемся, господин Кемп, что вам не надо объяснять, как ведёт себя после подобных инцидентов охрана.

Рыцарь кивнул. Понятное дело, охрана сейчас стоит на ушах, бдительность удвоена и утроена, исполнение всех пунктов инструкций проверяется самым строжайшим образом. Лично для него в этом не было никакого дискомфорта — артефакты Тайного Города позволяли не обращать особенного внимания на такую мелочь, как запоры, охрана и охранные системы, — однако заказчики о его сверхвозможностях не знали, и им следовало продемонстрировать предельную обеспокоенность.

— Мистер Старк считает, что всё случившееся — звенья одной цепи. Кто-то со стороны очень сильно желает помешать нашей операции, и шефа интересует: господин Кемп, не происходили ли в вашей сфере ответственности какие-либо инциденты в последнее время?

Разговор подошёл к опасной черте. Инцидентов в последнее время хватало, однако не обо всех нужно знать Старку… И Кемп поведал о случившемся на яхте, пришвартованной у набережной, — сжато, не упоминая Меч, но в остальном ничего не исказив. Но только о том, что случилось на яхте: о встрече в проходном дворе де Шу предпочёл не рассказывать. По большому счёту, мистеру Старку всё равно, пять или восемь трупов наштамповал рыцарь за неполные сутки, — мистера Старка подобные издержки бизнеса не интересуют, но всего, связанного с существованием и с пропажей Меча, необходимо избегать в разговоре — этой линии Кемпиус придерживался чётко.

Старк помолчал, обдумывая услышанное. Затем начал задавать вопросы:

— В каком часу произошло нападение?

— Около трёх ночи.

— Где именно стояла яхта? Покажите точное место.

Рыцарь подошёл к стене, украшенной огромной картой города, и показал. Старк поразмышлял ещё и выдал устами Джу вердикт:

— Это могли быть те же люди, что взломали музей. Взлом произошёл во втором часу.

Кемп лишь пожал плечами. Могли быть те, могли не те… У мёртвых теперь не спросишь. По крайней мере, его познаний и умений для этого не хватит.