Последний корабль в Бессмертные земли - Павел Комарницкий

— О, наш Гы-Хырр! — женщины, хлопотавшие под навесом, с восторгом приветствовали вождя и повелителя, задрав подолы своих меховых одеяний до подмышек. Он с удовольствием оглядел своих женщин — все как на подбор молодые, крепкие, упитанные, с выпирающими животами и обширными грудями, свисающими чуть не до пупа. Одной такой грудью можно не то что младенца, взрослого охотника накормить. Да, у Гы-Хырра самые лучшие женщины в стойбище. И это правильно, он вождь!

Не желая обижать красавиц невниманием, орк обошёл дам, пощупав у всех груди и ляжки. Дамы усиленно выпячивали грудь колесом и даже задирали ногу, предоставляя своему повелителю возможность обозреть главное сокровище любой девушки. Внутри у Гы-Хырра заворочалось желание, он легонько ткнул в пупок юную Гы-Гу, и та немедленно опрокинулась на устилающие пол шкуры, широко раздвинув ноги. Сопя, великий вождь пристроился сверху…

— Есть давайте! — едва закончив процедуру, потребовал Гы-Хырр, вставая.

— Всё готово!

На выбеленной мелом бычьей коже, служившей скатертью, уже горой были навалены всевозможные яства. Гы-Хырр оглядел богатый стол. Да, вот она, настоящая жизнь. И дальше будет ещё лучше!

— Великий, там пришли наши охотники, которых ты послал за двуногой дичью! — молодой Бу-Га возник перед вождём, радостно скалясь. Гы-Хырр оглядел его — одеяние из львиной шкуры не вмещало могучую грудь, на ногах новенькие опорки, крашенные красной охрой, копьё со сверкающим наконечником, тесак в ножнах… Заматерел, заматерел молодой. Настоящий телохранитель Великого Вождя. И место своё знает…

— Зови, мясо тут стынет! И ты садись, — снизошёл Гы-Хырр.

Охотники вступили под сень навеса вождя, радостно щерясь и в то же время почтительно пригибаясь — не кто-то зовёт разделить трапезу, сам Великий Гы-Хырр!

— Ну, как дела? — великий вождь обгладывал баранье рёбрышко.

— Мы взяли ещё восемь женщин, Великий и Мудрый! Да, и трёх мальцов, ты же велел брать тоже…

— Правильно сделали. Мальцов оскопим, и пусть пасут ручных баранов. Стадо разрослось, старый не справляется. Всем работы хватит!

Орки, чавкая, согласно кивали головами. Нет слов, до чего мудр наш вождь. Такое стойбище, и все сыты, одеты… И чем больше народу, тем лучше едят, что удивительно. Потому что Гы-Хырр Великий и Мудрый!

— Да, вот ещё… — жуя, старший охотник потянулся к мисе с бульоном. — У дальнего озера Хорошей Воды мы видели смешное… Узконосый… там далеко было, не достать никакой стрелой… плыл по воде в таком длинном-длинном деревянном корыте… И плоской палкой воду разгребал, вот потеха…

Вождь перестал жевать.

— Он был один?

— Да.

— А остальные? — голос у Гы-Хырра сел.

— Мы не видели, — захлопал глазами охотник. — Ты не говорил, чтобы мы брали узконосых, а мясо у нас было… Мы искали орков, спешили исполнить твою волю…

Гы-Хырр с шумом втянул воздух. Да, великий дух Майар был прав. Гоблины, тупые, безмозглые гоблины… Лодку увидели, смешно им… Погыгыкали и пошли дальше.

Так вот, значит, где логово конкурентов. И ведь совсем под боком… Конечно, Майар ни звуком не обмолвился, но не зря Гы-Хырр ел тот фрукт. Разумеется, они не поставили на одного Гы-Хырра. Сколько их ещё, отведавших плода?

И к тому же узконосый, не орк. Вот так, значит… Кто выживет. Разумно. Очень разумно. Впрочем, это Гы-Хырр предвидел с самого начала.

— Так! — голос вождя обрёл твёрдость кремня. — Сейчас посмотрим, кого привёл, и до утра отдыхайте. Завтра пойдёте назад, к озеру Хорошей Воды, и не только вы. И я пойду с вами.

— Зачем, вождь? — растерянно спросил старший охотник. — Там нет ни быков, ни слонов, и потому орки там тоже не живут…

— Чего ты не понял? — ноздри Гы-Хырра раздулись.

— Нет, я всё понял, о Великий и Мудрый!

…

Радужное сияние окутывало громадный октаэдр, медленно вращающийся в воздухе. Илуватар сделал короткое движение пальцами, и вращение прекратилось. Ещё движение — и массивное устройство мягко осело, впечатавшись в гранит, как поплавок в воду. Впечатление усилила странная квадратная волна, разбежавшаяся по земле во все стороны и исчезнувшая под ногами.

— Ну вот, дети мои…

Стоявшие рядом с наставником эльдар благоговейно взирали на очередное чудо. Октаэдр осел в грунт точно до середины, превратившись тем самым в четырёхгранную пирамиду высотой вдвое выше валара — а его воспитанников почти втрое. Да, материализатор до сих пор очень громоздкое устройство, и все попытки учёных создать компактную установку не увенчались успехом.

— Ну, кто у нас самый смелый?

Эльдар взирали на материализатор со смешанным чувством благоговения и восторга. Он и в самом деле поражал воображение даже внешне — четырёхгранная пирамида, наполненная струями не то жидкого огня, не то сияющего тумана, переливающегося всеми светами радуги. Но какая мощь таится за этим…

— Могу ли я, отец наш? — первым нарушил молчание Ильвас.

— Пробуй! — валар сделал широкий жест рукой.

Медленно, осторожно юноша приблизился к радужной пирамиде, поднял руки с раскрытыми ладонями, сложил перед лицом…

Столик, вырезанный из цельного куска мрамора возник перед ним ниоткуда, мгновенно и неуловимо для глаза. Ещё миг, и на столике возник рубиново-алый наряд, а поверх золотые украшения, усыпанные самоцветами.

— Примерь, Ильве? — обернулся эльдар.

Девушка, порозовев от смешанных чувств, осторожно приняла от своего супруга подарки. Скинула скромный белый балахончик, едва доходивший до середины бёдер, осторожно развернула алое одеяние… С лёгким шуршанием гладкая ткань облила фигуру, и валар невольно залюбовался девушкой.

"Ва, что ни говори, есть в аборигенках своеобычная прелесть. И даже эти ноги их не портят"

"Ну-ну…"

Между тем девушка закончила туалет и обернулась к остальным.

— Как?

— Ты прелесть, Ильве! — пронёсся единый вздох.

Браслеты, клипсы и кулон с большим изумрудом необычайно красили юную эльдар, но окончательно всех добила диадема зелёного золота, отбрасывающая колкие лучики отражённых солнечных лучей.

— Спасибо тебе, муж мой! — и не сдержавшись, Ильве от всей души чмокнула ненаглядного.

— А я? — другой юноша, Нолдор, тоже повернулся лицом к пирамиде.

— Э, э! Чур, я третий!

Илуватар с улыбкой наблюдал, как на поляне возникают разнообразные предметы, вызванные из небытия фантазией его подопечных. Что ж, предметы получались вполне удачно, уже хорошо. Не всякий может управлять материализатором — для этого нужно очень чётко представлять себе желаемое. Неясные мыслеобразы отсекает фильтр, и после третьей попытки доступ данного реципиента будет заблокирован — пойди проспись, до завтра… Если же подобное будет повторяться изо дня в день, недолго и вовсе потерять доступ к материализатору. Умное устройство запомнит и больше не будет принимать во внимание, чего там роится в бестолковой головушке… Защита от дурака.