Десант на Сатурн, или Триста лет одиночества - Игорь Минаков

Ага, кажется, готово…

«Программа введена верно, – отозвалась Ирма. – Ты молодец, Хлодвиг! Спасибо!»

– Тебе спасибо! – рассеянно произнес я вслух. – Мне-то за что?..

«За спасение жизни людей…»

«Ты имеешь в виду этих… трикстеров? Но ведь они же тебя не признают!»

«Это неважно, Хлодвиг. Нет ничего ценнее человеческой жизни. Или ты думаешь иначе?»

«Нет, что ты!.. Просто, я думал, что они…»

– Виг… – простонал кто-то.

Прервав контакт с Ирмой, я с испугом оглянулся.

В рубку вползал – да, именно вползал, несмотря на невесомость, – Мастер Хо. Вид его был жалок. Руки тряслись, лысина блестела от пота, капельки которого отскакивали от нее и повисали над головой старейшего трикстера, окружая ее роем блестящих спутников, словно какую-нибудь планету. Но больше всего меня поразил огромный кровоподтек, занимавший всю левую половину лица Хо.

В какое-то мгновение мне почудилось, что случилось нечто ужасное. Я уже готов был услышать от «командира», что весь экипаж «Птерозавра» раздавлен всмятку внезапной перегрузкой при торможении и Ирма просто издевалась надо мною, когда благодарила, но Хо ухватился длинными, жилистыми руками за спинку ложемента, втянул себя в него, пристегнулся и сказал обычным своим, чуть глуховатым голосом:

– Я малость зашибся, не обращай внимания…

– А остальные?! – невольно вырвалось у меня.

– С ними все в порядке, – усмехнулся Мастер. – Ребята по-прежнему в гамаках, только Кирк успел расшнуроваться, и его слегка приложило… Сначала об переборку, а потом об меня… Голова у него, я тебе скажу, железная…

– Уф… Я уж черт знает что подумал…

– А что случилось-то?

– Да этот идиот искин не учел выносную консоль при маневре сближения…

– Странно, – пробормотал Хо, сверкнув в мою сторону единственным незаплывшим глазом. – Прежде с ним таких проколов не случалось…

Ну да, это я, киборг-убийца, решил уничтожить экипаж спасательного корабля, поэтому дал по тормозам…

– Он никогда не управлял «Птером» вне атмосферы, – сказал я нейтральным тоном. – Во все расчеты был введен коэффициент трения…

– May be so… may be not… – задумчиво пробормотал Мастер.

Надеюсь, он не думал, что я не знаю английского?

– Ну а теперь что собираешься делать? – перешел Хо на синлингву. – Насколько я понимаю, стыковка с верфью откладывается…

– Так точно, командир, – вполне серьезно ответил я. – Придется сделать виток, отзеркалиться и заново начать маневр сближения. – Я нарочно решил быть обстоятельным. – Третьего шанса у нас уже не будет, ресурс реактора почти выработан.

– Да уж, – сокрушенно покачал пострадавшей головой Хо. – Подзаправиться нам бы не мешало. Только где сейчас достанешь этот литий-семьсот… Знаешь, что это такое?

Я не дал ему шанса продемонстрировать превосходство и, после небольшой заминки, скромно ответил:

– Синтетический изотоп. Вырабатывался на одном из первых промышленных мезонных реакторов, в период с две тысячи…

Мастер восхищенно хрюкнул и шутливо погрозил мне паучьим пальцем.

– Признайся, шельмец, – сказал он. – Это тебе Ирма подсказала…

Я не стал отрицать.

– И не только это, – сказал я. – Еще помогла рассчитать новую траекторию… Без нее мы бы сейчас падали в пучины атмосферы.

– Что-о?! – подскочил Хо, насколько это возможно в пристяжных ремнях. – Ирма помогла тебе рассчитать траекторию?

– А что тут особенного? – искренне изумился я.

– Да она же не разрешает полетов даже в атмосфере, не то что в вакууме…

– Ну не могла же она бросить нас на произвол судьбы, раз уж мы все равно летим?

Мне этот аргумент казался неотразимым, но Хо с сомнением покачал лысиной.

– Она могла просто вызвать эриний, а уж они учинили бы нам вынужденную… Тут что-то не так, – добавил он после микропаузы.

Я решил не ввязываться в спор. Ведь ясно, что здесь не так: «Сэр, за нашим штурвалом сидит сумасшедший андроид. Какие будут приказания, сэр?»

Пискнул зуммер внутренней связи. Я машинально подключился.

– Мальчики, – раздался капризный женский голос, кажется принадлежавший Орфе, – долго нам еще скучать?

Я взглянул на дисплей, где в самом углу бежали циферки, отмечающие время до начала маневра.

– Пять минут семнадцать секунд, – сказал я. – Плюс полчаса до стыковки. Придется потерпеть.

– У-у-у, – надулась Орфа, – а побыстрей нельзя?

– Нельзя, – отрезал Хо.

– Вы бы хоть музыку включили, что ли, – со вздохом предложила девушка.

– Это можно…

Мастер порылся в небольшом углублении в дуге пульта и достал оттуда вирбук с лепестками музыкальных записей. Быстро пробежался по ним пальцами – каждый лепесток отозвался двумя-тремя нотами записанной на нем мелодии – и вжал один из них в специальную выемку.

В тесной рубке корабля возникла и стала распространяться мощная волна изумительной музыки, которую я узнал не сразу, сначала просто вспомнив, где ее слышал – в одном древнем фильме о Космосе, – а уж потом автора и название. Мастеру Хо нельзя было отказать в чувстве эстетической соразмерности. Эта музыка идеально подходила к ситуации, словно была написана как раз для такого вот момента.

«Таа-таа-тата-та-та-та-та… Таа-таа-тата-та-та-та-та…»

Казалось, именно под этот вальс миллиарды лет вращалась Земля, кружа свою скромную партнершу Луну на великом балу Солнца, охваченного танцующим роем больших и малых миров. И, завороженные этим вальсом, вместе с Солнцем в три такта уносились сотни миллиардов галактических звезд, а за ними и бесчисленный сонм галактик. И вот теперь мы – ничтожно малые пылинки – тоже вступили в этот танец, мелодию которого некогда сочинил человек по имени Иоганн Штраус и, за неимением лучшего, назвал вальсом «Сказки Венского леса».

И если закрыть глаза, можно было представить колоссальный бальный зал, щедро освещенный квазарами, и бриллианты шаровых скоплений на черном шелке пространства, мерно вздымающемся на груди вечно юной Вселенной…

Но сейчас закрывать глаза было нельзя, слишком быстро иссякали секунды, остававшиеся до начала маневра. Я вопросительно посмотрел на Хо. Он улыбнулся мне в ответ, показав глазами – продолжай в том же духе, стажер… Нет, все-таки он не верит в то, что я киборг-убийца…

– Внимание! – сказал я, увы, нарушив стройную гармонию вальса. – Всем оставаться в противоперегрузочных гамаках! Начинаю маневр!

Все, секунды иссякли…