Маг особого назначения - Татьяна Соболь

Раздался стук в дверь. Что-то новенькое. Я уже привык к тому, что Азар вламывается в мою комнату, как к себе домой

— Входи, чего уж там, — крикнул я, потягиваясь. Дверь неслышно отворилась, и я поспешно натянул одеяло до подбородка. В комнату вошла Эллина.

— Извините, Марк, — смутилась девушка. — Но Азар на кухне возится, а Саше не терпится с вами поговорить. Вот он и прислал меня узнать, сможете ли вы уделить ему немного времени.

— Знал, кого прислать, — буркнул я, пытаясь дотянуться до рубашки. — Уж по вашей, Эллина, просьбе, я звезду с неба достану, не то, что время Мажеровскому уделю.

— Вот и хорошо. Я Саше так и передам. Он вас в кабинете ждет.

Я дождался, пока за Эллиной закрылась дверь и, наконец-то получил возможность спокойно одеться.

Хозяин замка, ожидая меня, нетерпеливо мерил шагами кабинет. Не дожидаясь, пока я устроюсь в кресле, он атаковал градом вопросов.

— Что-нибудь выяснили? Мои опасения подтвердились? За мной действительно ведется наблюдение?

Я с интересом посмотрел на взъерошенного хозяина кабинета. Вот не думал, что обычно сдержанный маг способен на такую экспрессию.

— Не знаю, как ваши, а мои опасения подтвердились, — ответил я, наблюдая за реакцией Мажеровского. — За замком действительно уставлено наблюдение, причем на профессиональном уровне. А вот связано ли это с вами или еще с кем из проживающих в замке, я постараюсь в ближайшее время выяснить. Тогда и представлю отчет по полной программе.

— То есть? В смысле, из проживающих в замке? — опешил маг.

Ах, да, я совсем забыл, мания величия у злых гениев – профессиональное заболевание. Любой из них уверен, что все вращается исключительно вокруг их бесценной персоны.

— В замке ведь не только вы проживаете, — пожал я плечами. — Эллина, Азар. Чем ваш тролль не объект для наблюдения? Опять же, ваш покорный слуга.

Мажеровский прекратил маятником носиться по кабинету, кресло скрипнуло, принимая в объятия его худощавую фигуру. Аккуратно уложенные волосы мага растрепал порыв ветра, ворвавшийся в распахнутое окно. Просто невероятно, насколько в этом замке любят свежий воздух, постоянно все окна на распашку. А может, у кого-то из жильцов клаустрофобия?

— Вы действительно считаете… — задумчиво протянул Мажеровский, глядя мне в глаза, — … что могут следить за кем-то из перечисленных? Смысл?

Мне понравилось выражение искреннего удивления на лице бывшего мага. Похоже, мысль, что проблемы могут возникнуть не только у него, для Мажеровского внове.

— Мне кажется, — веско сказал я, — что на этот вопрос лучше всего ответить можете вы сами.

Александр случайно, а может и не случайно, крутанул кресло так, что окно, за которым день медленно катится к закату, оказалось за его спиной. Жаль, слова могут и врать, а вот глаза врать не умеют.

— Вспомните, — попросил я. — Это должно быть что-то важное. Скорее всего, что-то из вашей «боевой биографии» человека, дошедшего до внутреннего Черного круга.

— Разве столько упомнишь, — огорчился маг, пожимая плечами. Горькая самоирония наполнила его слова.

— Тогда давайте так, — предложил я выход. — Я задаю вопросы, вы предельно откровенно на них отвечаете. Идет?

Лицо мага скривилось, словно у него внезапно разболелся зуб. Но противиться Мажеровский не стал.

— Давайте попробуем, если по-другому нельзя.

— Это нужно не мне, — жестко напомнил я.

— Разумеется, — нахмурился Мажеровский, справившись с минутной слабостью. — Чем смогу…

— Скажите, в последнее время, до того, как появилось ощущение дискомфорта, ничего необычного не происходило? Странные визиты, загадочные письма, еще что-то?

— Писем не было, — уверенно заявил Мажеровский. — Да и посетителей тоже… Я живу обособленно, друзей в миру не осталось, так, пара хороших знакомых, но они меня частыми визитами не балуют. Иногда, если Азар занят, один его знакомый, тоже тролль, привозит продукты. Но я его практически не вижу, Азар сам утрясает эти вопросы. Еще время от времени вызываем специалиста для осмотра Буревеста и дракабля. Но в нем давно необходимости не возникало, Азар хорошо приглядывает за питомцами, — Мажеровский на мгновение задумался, честно пытаясь припомнить все возможные визиты. Потом, нахмурившись, добавил: — Бывает, заглядывает на огонек целительница, Анна Карловна, моя хорошая знакомая. Она пользует меня практически с рождения, еще маменька прислушивалась к её рекомендациям. Но в ней я уверен, как в себе самом.

Может, мне показалось, но при упоминании имени целительницы, в глазах мага мелькнуло смятение.

— Вы больны? — без обиняков спросил я.

— Не ваше дело! — вскинулся маг. Тема для него явно больная, но мне не до церемоний.

— Мы же с вами условились… — напомнил я о договоре. Мажеровский поморщился с откровенной досадой, но все же ответил, нервно раскуривая трубку. Сизое облако лениво потянулось к распахнутому окну, за которым пожаром разгорелся закат.

— Да, у меня есть проблемы со здоровьем, возникшие после несчастного случая, — сознался, наконец, Мажеровский. — Головная боль… Частично потеря памяти…

— В смысле тут помню, а тут забыл? — удивился я.

— Что-то вроде этого. Потеря памяти – это основная причина, по которой пришлось бросить практиковать магию. Заклинания сложные, требуют полной концентрации и безукоризненного выполнения рецептуры. Перепутаешь пару слов и привет…

Ясно…

— Да! Еще! Про посланца от моего бывшего учителя я говорил?

— Сегодня еще нет, — ответил я, подавшись вперед. Может, что новое вспомнил? Но Мажеровский меня разочаровал.