Наследница драконов. Тайна - Надежда Кузьмина

Словно отвечая на мою просьбу, на помост поднялся седой мужчина с лютней в руках. Присел на стоящий там стул и стал перебирать струны, наигрывая обрывки мелодий, пока шум в обеденном зале не стих.

– Отрабатывает обед, – шепнул мне Тиану. – Похоже, этот не из известных. Но опытный. Послушаем?

Пальцы мягко пробежались по струнам, мужчина чуть улыбнулся и запел приятным хрипловатым голосом:

А у моей тайны – синие глаза,

Не сравнится с ними даже бирюза,

В них сиянье неба, океана цвет —

Ничего прекрасней в целом мире нет.

А у моей тайны – косы ниже плеч,

Я горю и таю от полночных встреч.

И пускай свиданье оборвет рассвет,

Ничего желанней в целом мире нет.

Я замерла после первых же строк, завороженная словами и мягкими переливами напевной мелодии. Это же песня обо мне! О нас с Тиану! И одновременно с этой мыслью пришло осознание того, что я могла бы понять и раньше – я влюбилась. Смертельно, безумно, безнадежно. А ведь я не знаю, как относится ко мне Тиану. Да, он учит, заботится, оберегает меня… но что, если это только исполнение данного моему отцу обещания? Ведь была грань, которую мой светловолосый друг и учитель не переступал никогда. Как я смогу жить дальше, если он не любит меня? Покосилась на Тиану. Тот сидел напряженный, с прямой спиной и непонятным выражением лица.

А у моей тайны губы – сладкий мед,

Только я не знаю, что нас дальше ждет,

На засов ворота, на любовь – запрет,

Ничего печальней в целом мире нет.

Знают мою тайну звезды и луна,

Озеро лесное, старая сосна…

Только я мечтаю, чтобы знал весь свет —

Никого любимей в целом мире нет![4]

Последние ноты растаяли в воздухе. Зал захлопал, на помост полетели монеты. Я с трудом отвела глаза от лица Ти. Тот вздохнул, заморгал, словно приходя в себя, и расслабился. А потом, встав, подошел к певцу и сказал несколько слов. И что-то ему дал. Глаза барда округлились, он закивал головой и заулыбался. Тиану вернулся к столику.

– Пойдем, нам пора.

Я послушно кивнула.

По пути к дворцу мы оба были непривычно молчаливы. У меня в голове непрерывно крутились слова песни о синеглазой тайне. Я вспоминала лицо спящего рядом Ти и чувствовала, что улыбаюсь.

Поход за камнями для заклинания призыва решили перенести на завтра. Ти убыстрял шаг, увлекая за собой меня. Мы прогуляли слишком долго, и сейчас надо было вернуться в замок прежде, чем кто-нибудь слишком бдительный обнаружит, что принцесса превратилась в зомби. Как оказалось, спешили мы не зря – Лана героически держала оборону, не позволяя вломиться в мою спальню кузену Ру. Тот почему-то рвался проверить, все ли со мной в порядке.

Я высунулась из двери и сказала сурово:

– Нет, не все. Меня разбудили! Могу я узнать цель вашего визита?

Кузен, удостоверившись, что я нахожусь под замком в своей спальне, а не в объятиях блондинистого остроухого красавчика где-нибудь в темном углу, поспешно ретировался. Я закрыла дверь. Сидящий на моей кровати блондинистый красавчик рассмеялся.

На самом деле радоваться было нечему – Ру чуть дверь башкой не вышиб, и, если б не Лана, я бы попалась. Надо бы срочно придумать, как занять внимание озабоченного кузена чем-нибудь еще.

Ти, понявший по моему лицу, что я что-то замышляю, с интересом уставился на меня и стал ждать озарений. Все же в навыке «сделай гадость ближнему» после восьмилетней тренировки мне не было равных.

– Ти, а что будет, если набросить на человека полог тишины? Но при этом не полностью блокировать звуки?

– Ну-у… – задумался блондин, – он будет очень плохо слышать.

Потом до Ти дошло:

– А когда кажется, что все говорят очень тихо, сам начинаешь повышать голос и орать!

– Угу, – сказала я. – Но есть загвоздка – если Ру вдруг оглохнет и начнет реветь, как лось во время гона… – Ти хмыкнул, услышав мою метафору, – … дядя пошлет его к хорошему лекарю. А хороший лекарь тут же засечет магию. Ага, придумала! – захлопала я в ладоши.

Ти поднял бровь, ожидая продолжения.

– Кузен Ру обожает выпить. Вот если он будет нормально слышать трезвым, но глохнуть после третьего кубка – все странности спишут на выпивку! Конечно, совсем его так не отошьешь, но жизнь мы ему подпортим.

– Кибела! Ты страшная женщина! – торжественно произнес эльф, с уважением глядя на меня.

– Я не женщина! Сам знаешь! – метнула я шпильку в ответ и с удовлетворением увидела, как Ти смутился.

Коварный план осуществили за обедом. Я накладывала заклинание, а Ти, делая вид, что занят беседой с одним из эльфов, телепатически подстраховывал мои действия. Сиятельный лорд Арден, от которого было ничего не скрыть, фыркал в салфетку. Я была собой заслуженно горда – с каждым разом магия давалась легче и легче.

Первые вести пришли вскоре после обеда. Лана внесла мне в комнату большую вазу с фруктами, присланную с кухни.

– Ки, представляешь, лорд Роуэн ни с того ни с сего наорал на слуг и перебил все вазы у себя в покоях! Чего это он вдруг?

– Чего? Пить надо меньше! – пробурчала я.

Лана вышла, прикрыв за собой дверь… Воздух над кроватью задрожал, явив развалившегося без сапог ухмыляющегося Тиану – мне удалось уговорить блондина проводить со мной все время, какое можно. Для учебы, конечно.

Я потянулась за налитым соком спелым абрикосом в вазе. Вдруг лежавший до того расслабленно на постели Ти пантерой прыгнул ко мне и схватил за руку. Глаза парня сверкали.

– Бель, стой! Вот мерзавец! – Он вынул из моих пальцев абрикос и положил обратно в вазу.

– Взгляни на них магическим зрением, как если бы смотрела на ауру – увидишь что-нибудь необычное?

Я сосредоточилась. В вазе лежало десять абрикосов – пять из них в магическом зрении выглядели по-другому, как-то неестественно. Я вопросительно посмотрела на Ти.

– Они под завязку накачаны сиропом с приворотным зельем. Съешь ты хоть пару – и пропала! Сама прыгнешь к Ру в кровать.

Блондин был в бешенстве:

– И ведь не боятся, гады! Это ж надо – прямо у Посольства под носом!

Потом Тиану задумался.

– Я заметил вчера вечером над садом летучих мышей. Не знаешь, где они гнездятся?

– Вроде бы большая колония есть на чердаке над центральной частью замка. – Я поняла, что придумал Ти, и заранее хихикала. Мыши обожают переспелые фрукты. Вот интересно, в какой форме они выразят внезапную любовь к свинтусу Ру?