Имя для ведьмы - Надежда Первухина

Мой внутренний саморейтинг неуклонно падает. Вместо того чтобы пить апельсиновый ликер в постели с любимым человеком, я иду в дешевое кафе пить пиво с каким-то сопливым студентом, годящимся мне в младшие братья, которым дерут уши и объясняют правила пользования презервативом.

Но отказывать неудобно, да и забавно смотреть на этого оптимистичного щенка, которого даже шрам на щеке не портит.

– Откуда у тебя шрам? – спрашиваю я.

– А, мечом полоснули на тренировках! – смеется Илья. Интересно, с мозгами у него все в порядке?

– У нас завтра показательные выступления. Приходи, Вика. Тебе понравится.

– Я подумаю.

– Вика, а можно тебя спросить?..

Сколько мне лет? Мальчик, это секретные материалы.

– А тот парень, с которым ты была... Он еще так здорово дрался. Он кто?

В пенек тебя, что ли, превратить за то, что испортил мне настроение...

– Он... писатель. Просто мой знакомый писатель.

Мальчик, не надо так на меня смотреть. Я уже взрослая тетя. И у тети есть взрослая интимная жизнь. Устрой ретроспективный видеопросмотр «Дикой орхидеи», будешь иметь представление.

– Вика, – Илья как-то непонятно улыбается. – А можно мне тоже побыть твоим просто знакомым? Я слегка шалею от такой наглости.

– Мальчик, ты нахал, – говорю я и демонстративно покачиваю в руке тяжелый бокал с пивом. – Ты как предпочитаешь: «Балтику» тебе за шиворот или просто кружкой по голове?

Он стремительно краснеет и втягивает голову в плечи.

– Вика, ты не подумай чего плохого, я же только в дружеском смысле... ты просто интересный человек...

– Ага, – киваю я. – Допустим.

Я допиваю пиво и решительно поднимаюсь из-за пластикового столика. Ужас, до чего я докатилась: сомнительные знакомства, дешевые кафешантаны...

– Не сердись. Не уходи, пожалуйста. Что сделать, чтобы ты не сердилась?

По-моему, этот бесстрашный берсерк сейчас заплачет.

– Ладно. Ты стихи читать умеешь? Нет, дорогой, не умеешь ты читать стихи. Это плохо. Как ты девушек соблазнять будешь? Подножку – и на раскладушку? Примитивно.

Илья недоуменно пожимает плечами:

– Они не жалуются.

– И напрасно! Это лишь говорит о том, что ты интересуешь их не с интеллектуальной, а с гени... генитальной стороны.

Он с готовностью хихикает и заявляет:

– А вот зато я целуюсь хорошо...

– И ты, разумеется, надеешься, что я тут же попрошу тебя продемонстрировать способности?! И не мечтай. Я не целуюсь с маленькими мальчиками.

– А мне уже двадцать, – врет он и лезет с поцелуями.

Я легким движением руки спихиваю его с дивана и заставляю корчиться на полу от неожиданной боли в соответствующем месте.

– За что?! – вопит он.

– Ты плохо ведешь себя в гостях.

Так уж получилось, что этот маленький паршивец напросился-таки ко мне в гости. Поначалу он сожрал у меня в холодильнике недельный запас колбасы, потом полез смотреть, какие у меня есть компакт-диски... А потом уселся рядом со мной на диване, и прозвучал тот самый диалог, который приведен был выше.

Я наконец решила облегчить его страдания и щелкнула пальцами. Он перестал скулить и уселся на ковре напротив меня. Выпучил глаза.

– Ты экстрасенс?!

– Почти.

– Ух ты!

Точно, блаженный. Его ничем не прошибешь. Я уже не жалела о том, что трачу время на абсолютно ненужного мне человека.

– Слушай, мальчик, а что ты ко мне привязался?

– Ты мне понравилась.

– Веская причина. Но есть один момент: я устала и хочу побыть одна.

– Понятно. Выгоняешь?

– Выгоняю.

– А может, зря? Ты какая-то очень печальная, давай я тебя развеселю. Я могу песни петь. Русские народные и под Олега Газманова. Есаул, есаул, что ж ты бросил коня, получилась такая... хм. А еще танцевать могу, я с детского сада на курсы бальных танцев ходил, честно! Румбу, там, могу или джайв... Да, а еще я могу политиков пародировать, но это только после третьей рюмки водки и чтоб кругом все свои...

Выслушав все это, я молча веду его в свою спальню.

– О, я так и знал! – радостно восклицает Илюшка. – Уже можно раздеваться?

– Погоди.

Я откидываю покрывало. Приподнимаю подушку и вытаскиваю из-под нее книгу Авдея. Демонстрирую ее опешившему мальчишке.

– Ты видишь, мальчик, что я сплю не одна? Вот он меня и развлекает.

Мы долго смеемся, особенно громко хохочет мой несостоявшийся любовник, видимо старается скрыть смущение.

– Ладно, я пойду, – отсмеявшись, говорит он. – И в самом деле поздно. Только давай еще как-нибудь встретимся.

– Как масть пойдет, – пожимаю плечами я и...

И в зале раздаются пронзительные телефонные трели!

Я замираю. У меня почему-то становятся ватными ноги и не хватает воздуха.

– У тебя телефон звонит, – втолковывает Илья, озадаченно глядя на мое помертвевшее лицо. – Подойди.

– Я боюсь, – шепчу я, не в силах сдвинуться с места.

А звон все продолжается, он действует на нервы, как зубная боль... Можно, конечно, убедить себя, что это звонит Мулен Руж, просто хочет узнать, как у меня дела... Но почему-то меня не устраивает эта версия.

– Ну, хочешь, я схожу возьму трубку? – предлагает Илья.

Но это уже не обязательно. Потому что лаковая трубка сотового телефона сама медленно вплывает в комнату, словно некрупный черный дирижабль, и продолжает отчаянно звонить.

– ...! – говорит Илья и падает без чувств. А я наконец беру чертов мобильный и нажимаю кнопку.

– Почему так долго не отвечала, природная?! – слышу я голос, от которого меня начинает трясти. – Вот я тебя и нашла.

– Ты не вовремя, Наташа.

– Да, детка, – хохочет она в трубку, словно рассыпает льдинки по листу фольги. – Но смерть всегда не вовремя.

Я стараюсь прийти в себя и обрести достоинство.

– Не слишком ли ты высокого о себе мнения, ученая? Кстати, откуда ты выяснила номер сотового?

– У настоящих ведьм – свои секреты! – победно заявляет она.

– Ах, ты у нас настоящая?! – Теперь и у меня с голосом что-то не так. Он заставляет вспомнить о показательных выступлениях мангуста в серпентарии. – Ну так и веди себя соответственно!

– Не тебе меня учить! Иди сразись со мной! В полночь я жду тебя в библиотеке...

– Дура, – сурово отрезаю я. – Полнолуние прошло. Или тебе не терпится получить от меня шлепков по твоей великолепной заднице?