ТАЙНА ЗОЛОТОГО ОРЛА - Игорь Леденёв

Рядом – небольшой ставок. Мама-утка учит плавать маленьких утят. Жёлтенькие комочки, смешно нахлобучив игрушечные шейки, потупив миниатюрные клювики, серьёзно плывут за мамкой, боясь отстать хоть на сантиметр. А вокруг спокойно шумят сосны, липы, берёзы. Словно мерный прибой, слышится зелёный шум.

– Да. В начале двадцатого века в Полтаве было больше берёз, – тихо сказал Дима.

Андрюша промолчал.

Сумасшествие сегодняшнего дня стало спадать. Тело гудело, как линия электропередач, но напряжение мышц оттаивало, словно отключённая морозильная камера. В небе, по-прежнему, ярко светит солнце, нежно, лаская.

«Боже! Как же хорошо кругом! – Димина голова слегка закружилась. – Как же просто, и в то же время в гармонии с природой жили наши предки. Не гудели провода, люди не знали мобильной связи, телевиденья, не пользовались Интернетом. Но зато, не было Чернобыля, СПИДа, Куринного и свиного гриппа. Воду можно было пить прямо из речки. Народ искренне верил в Бога, а уровень преступности был намного ниже».

Словно нашло просветление – Томин узнал этот ставок. Затянутый ряской, с частоколом торчащей из воды ржавой арматуры и кучами мусора по берегам, водоём представлял удручающее зрелище. Диме стало стыдно за современников.

Тем временем прошли поляну и, немного побродив по лесу, нашли обширные заросли густого орешника. Решили засесть в нём.

– Дима! Хорошее место! Здесь можно подождать до темноты, – тихо сказал Андрюша.

– Ты читаешь мои мысли, – устало ответил Дима и добавил: – Нас, наверное, сейчас ищет вся полиция Полтавы.

– Ага, на ноги поставлена даже губерния. Нет, вся Российская империя. Санкт– Петербург серьёзно обеспокоен и срочно посылает подкрепление, – иронично произнёс Андрюша.

– Не знаю, как, Санкт– Петербург, а тебя точно сейчас пошлю.

Андрюша многозначительно глянул, и оба тихо засмеялись. Затем смолкли, вслушались. Лес шелестел обычным шумом. Никаких признаков погони.

– Андрюха! – тихо позвал Дима.

– Да, – отозвался товарищ.

– Что скажешь за женщину в платке, там, на площади?

– Смешно смотреть, когда фотомодель обряжают в крестьянскую одежду.

– Я не про это. Меня интересует, кто она?

– Что, понравилась?

– Ты же понимаешь, о чём я.

– Что ж тут не понятного. Высшие силы, послали эту женщину, предупредили нас, идиотов, что нельзя пытаться изменить ход истории и соваться к царю. Мы, естественно, не послушались. Вот нас и припугнули жандармами. Не хотите, ребятки, по-хорошему, будет как всегда.

– От неё исходил какой-то гипноз, – мечтательно, заметил Дима.

– Ты часом не влюбился? – иронично спросил Андрюша, внимательно глянув на друга. – Дима! У тебя бледный вид. Тебе, сейчас под любым деревом такой гипноз будет, стоит только закрыть глаза.

Ребята прислонились к тонким стволам ореха. Упругие деревца слегка прогнулись. Усталость расправила крылья и начала расплавлять мышцы. Глаза сами закрывались. Проснулся надолго забытый голод.

– Дима! Сколько мы не ели? – живо поинтересовался Андрюша.

– Думаю, несколько суток. В том измерении кушать абсолютно не хотелось. Здесь мы, наверное, уже часов семь, так что всё нормально. Потребность в пище не пропала.

Но спать хотелось больше, чем есть. К тому же, где найти пищу? Лесные орехи ещё не созрели. Решили отдыхать по очереди. Настелили зелёных веток. Первым заснул Андрюша. Дима, превозмогая усталость, всматривался и вслушивался в лес. Периодически, с трепетом, открывал золотые Наядины часы, подолгу наблюдая, как тонкая длинная стрелка пружинно обходит белый циферблат. От соприкосновения с часами становилось теплее.

Через два часа растолкал Андрея и забылся тяжёлым сном, словно провалился под землю. Затем всё повторилось.

Солнце уже садилось. Стало прохладно. Полуголые, голодные, ребята с улыбкой оценивали своё серьёзное положение.

Томин, снова, погрузился в сон. Только сомкнул глаза, увидел прекрасное лицо Наяды. Русалка медленно выходила из темноты. Точеная фигура светилась изнутри, целиком, подобно игрушечному ангелу.

– Вы молодцы! Славно преодолеваете трудности.

Голос звучит, как прибой: мягко, мелодично, бархатисто. Девушка остановилась. Глаза сияют радостью. Волосы излучают белый свет.

За Наядой показались пупыристые морды динозавров, но монстры не ревут, не пытаются ухватить, а весело улыбаются, голливудскими улыбками, выставив крупные, белоснежные клыки.

– Отчего, у них такие белые зубы? – спросил Дима.

– Оттого, что чистят их зубной пастой Бленд а Мэд. – Наяда хитро улыбнулась. У неё тоже белоснежные зубы.

– Наяда! Что такое «Разум океана» и что будет с нами дальше?

– Про «Разум океана» после, а что будет дальше, скоро узнаешь сам.

– Когда после, Наяда?

Но девушка уже повернулась и стала удаляться, нарочито покачивая округлыми бёдрами. Копна золотых волос мерно колыхалась в такт ходьбе, возбуждая колебание света.

«Как она может ходить, она же русалка?»

Наяда исчезла, только тусклый свет продолжал колыхаться. Дима присмотрелся:

«Да ведь это же лунная дорожка! А луны не видно!»

Он потянулся вперёд и плюхнулся в воду. Волны подхватили, закачали, накрыли с головой. «Наш герой» вынырнул, поплыл. Куда плыть? Огляделся, берега уже не видно. Кругом, только ревмя ревущие волны. А валы всё больше и набегают быстрее. Огромная, как скала, волна подняла до самых звёзд. Странно сверкнули звёзды. В их золотом свете Томин отчётливо увидел приятное девичье лицо в маленьких прямоугольных очках. А когда волна с шумом и шипением отхлынула, «наблюдатель» оказался на твёрдом берегу.

Оглянулся – впереди узкая полоска золотистого пляжа. Дальше, сплошной стеной выстроились крупные берёзы. Гибкие ветки слегка шелестят изумрудной листвой.

«Что за девушка, чьё лицо показали звёзды?» – подумал «невообразимый мечтатель».

Громко закуковала кукушка.

«Как странно! Песчаный пляж, берёзы и кукушка!»

Из-за ствола самой большой берёзы бесшумно вышел Николай ii в парадном мундире. Борода аккуратно подстрижена, волосы тщательно зачёсаны. Козырёк строгой фуражки плотно надвинут на лоб. В середине золочёной кокарды хорошо виден тёмный овал.

Каблуки императора бойко зацокали по … песку. Стоп! Это не песок – паркет песчаного цвета.

«Наш путешественник» обмер. Лицо царя сосредоточенно-грустное. Глаза ласково смотрят на Томина.

– Спасибо, что хотел предупредить, – спокойно молвил государь.

Кукушка замолчала. Даже море стихло. Наступила полнейшая тишина. Только небо рассыпало над царём немыслимо-яркий узор из удивительно крупных звёзд.