Черный властелин - Алексей Шеховцов

– Что это, мой принц?

Блин, надо же было накалякать целую простыню (без преувеличений) на латинице…

– Это? Математика. Тебя я тоже этому научу. Буквы, правда, латинские – это язык западных римлян. На нём говорил святой Константин.

Ненавязчиво увожу разговор в сторону, а сам затираю свои художества. Кстати, надо будет напрячь Жена записать всю эту лабуду на амхарском, пока не забыл. Сейчас-то память освежилась, а потом?

Надо день заканчивать… Ляп на ляпе и ляпом погоняет. Это алкоголь или вчерашняя исповедь на меня так подействовала? Оставив бойцов с Женом дальше заниматься, я взял кошку на руки и отправился на боковую, хоть ещё и не стемнело. Под Артемидино мурчание заснуть получилось быстро.

Встал я с рассветом. Выспался отменно. Лёг-то вчера засветло, а Эфиопия где-то недалеко от экватора, так что спал я как минимум часов одиннадцать… а то и все тринадцать. Да, повезло, что не законопатило меня в плебея, а то бы мучился суровым бытом и недосыпанием. Артемида ещё спала; и правильно, уважающий себя котей должен спать до шестнадцати часов в день. Я не стал её мохнатить, чтобы ненароком не разбудить, и вышел из комнаты.

Монастырь ещё дремал. Но скоро забегают вездесущие монашки, чинно пойдут служить заутреню святые отцы, загремит утварью горемычный повар. Но пока что царство сна удерживало монастырь, с боями отступая из соседней деревни. Я вдохнул холодный утренний воздух полной грудью и задержал дыхание. Как же здесь красиво! Из-за холмов тяжело карабкался медный лик солнца и недовольно пускал дорожку по озеру. Сейчас бы окунуться в обжигающе холодную воду и хреначить «за буйки баттерфляем», как говорил незабвенный Лесь Подревлянский. Но нельзя – бегемотам и микробам чихать на утреннее вдохновение. Я медленно выдохнул. День не вступил ещё в свои права и не разогнал ночной холод. Горный климат во всей своей красе. Чтобы занять время до появления слуг, а также уменьшить риск простуды, я пробежался в монастырский сад. Именно так, босиком, по утренней росе, начхав на жуков и гусениц.

Банальной зарядкой заниматься не хотелось. Рассвет привёл меня в состояние детско-щенячьего восторга, и душа требовала большего. Почему бы и нет? Я размялся, уделив особое внимание растяжке, и начал вспоминать. Первые ката. Простейшие блоки и удары. Никаких ухищрений, так, упражнения для отработки базовых стоек и движений. Ката чуть посложнее – серия Хейян, тоже простые удары и немного связок. Каждое ката – сначала медленно, вспоминая движения, и дать телу запомнить стойку. Повторить ещё раз – мы не гордые, движения должны быть максимально близки к эталону. В теле принца заниматься карате – сплошное удовольствие. У меня в самые лучшие времена (я не всегда был толстяком, закабанел года через три после университета) не получалось выполнять движения настолько правильно и с такой необычной лёгкостью. Молодец принц, атлет! А теперь перейдём к ката настоящим – Бассай дай и первая текки. Начинаю также медленно, вспоминая шаг за шагом… Вообще, эти ката – последние, что я хорошо выучил, перед тем как бросить заниматься (работа, переезд…). Поверхностно помнил я ещё парочку чёрнопоясных ката, но именно что поверхностно. Повторю их ещё раз, очень медленно… Смотри ведь, восемь лет прошло, а вспомнилось, как будто вчера занимался… И ещё раз, уже на полной скорости. Ах, хорошо. Коричневый пояс – это вам не Брюс Ли, конечно, но он у меня честно заработанный. А вспомнить молодость для восторженного утра оказалось самое то. Я довольно потянулся и вдруг заметил Каасу. Блин, подкрался, ниндзя африканский!

– Что это было, принц?

А действительно, что?

– Да так, восточное баловство… размяться захотелось по-особенному.

– Принц, а ты не хочешь позаниматься ещё? Это баловство выглядит довольно интересным.

– На фиг, жрать пора.

– Жрать? Но ведь в бою ты не скажешь врагу, что надо жрать…

– В бою я пошлю врага на хрен. – Этот разговор начал меня напрягать. – А сейчас пора жрать, и вообще, я как бы будущий глава страны, на фиг мне рукомашеством маяться?

– Например, за этим, – хмуро ответил Кааса и засветил мне в лоб.

Я отшатнулся и на автомате поставил блок. Такой же автоматический контрпрямой отправился негру в грудь. Он что, оборзел?! Кааса успел извернуться и огрёб по плечу вместо грудины. Прямой удар ногой ушёл в молоко, а я еле успел отмахнуться от оплеухи… Ёрш твою налево! Царя бьют! От второй оплеухи я увернуться не успел и получил по кумполу. Бешеный негр бросился на меня с намерением сграбастать… А вот это он зря… По борьбе мы поясов не имеем, но это и не важно. Я облапил Каасу ногами, схватил за левую руку и перекинул её на свою левую сторону. Он замешкался (не хотел бить принца по морде? или борьба здесь просто не развита?), я толкнул его ногами, создав промежуток между нами, и тут же загрёб его в классический «треугольник». В моём родимом толстом теле это бы не прошло… но у Ягбы ноги были поджарые и растянутые – «защёлкнулось» сразу. Я сдавил треугольник и для верности потянул психа за затылок к себе. Всё, уплыл. Для закрепления результата я подержал его ещё несколько секунд и сбросил с себя бесчувственное тело.

Твою мать. И что это у нас было? На попытку цареубийства не похоже, проткнул бы меня на фиг копьём, я бы мявкнуть не успел. Я попытался успокоить дыхание. Гадское Средневековье, вдруг откуда ни возьмись бьют морду. А вот и Берхан подоспел… Где же ты был, собака, когда твой дружок принца бил… Да, я бы сейчас огрёб адских звездюлей, если бы не поймал негра на приём. Я прокрутил в голове скоротечную схватку. На кулаках ловить было нечего… И, по-моему, Кааса сдерживал себя. Это он что, решил мне устроить внеплановую тренировку, трубочист долбаный? М-да. И что мне с ним теперь делать?

Смотрю на Берхана и думаю: прикончить Каасу сейчас, пока тот в отключке, или казнить позже? Вообще, как у нас в Эфиопии с покушениями на царское тело, пусть и в тренировочной форме? На самом деле я не кровожадный, я просто обалдел. Берхан, видимо, просёк, о чём я думаю.

– Принц, прости его, он… он слишком рьяно исполнял твой приказ учить тебя воинским премудростям.

Да ну? Отмазчик нашёлся. С трудом сдерживаю желание покрыть Берхана многоэтажным матом… Я глубоко дышу и смотрю на озеро. Не бегемот ли там вдалеке? Помогает. Через минуту-другую ко мне возвращается способность рационально мыслить. Да, казнить никого не надо, не в том я положении, чтобы разбрасываться людьми. Спускать с рук тоже нельзя… Но вот с наказаниями… Хотя я его вырубил – тоже в некотором роде наказание. Весело, чую же, что мог он меня уделать стоя и не напрягаясь, но полез меня валить. Выпендривался? Нет, не думаю. Хотел закончить бой без нанесения телесных повреждений принцу? Вероятно. Но нарвался. Блин, спасибо тренеру, джиу-джитсу спасает наследника трона от позора. Я снова поворачиваюсь к Берхану:

– Приведи Каасу в себя.

Исполнение моего приказа занимает некоторое время – хорошенько я Каасу придушил с перепугу. Наконец оромец приходит в себя и тяжело поднимается на ноги. Я смотрю на воина с укоризной и разочарованием, как на глупого щенка, что снова нассал на ковёр.