Дороги смертников - Артем Каменистый

– Металл не тронь! От металла Древних все беды. На вид простая железяка, а кинешь в карман, так она тебе зад до черноты пропечет. Слыхал я о таком не один раз. Ведь без мага никак не понять, есть ли какой подвох. Мы, когда металл находим, даже руками его не касаемся – длинными щипцами хватаем, так и тащим. За стекло можно браться и за простую керамику тоже. А вот просвечивающиеся черепки бывают тоже с неприятностями. Пошли-ка, Тим, назад, подальше от этой кучи. И кстати, а что ты тут вообще жрешь? Это я к тому говорю, что не откажусь, если угостишь.

* * *

Аппетит у Апа оказался под стать его телосложению. Даже немощь, вызванная годами странного заточения, на нем не сказалась. Гигант, добравшись до жилища, присел на песок у костра – его явно обессилила эта недолгая прогулка. Тим предложил ему свои запасы моллюсков, достав их из ямки, засыпанной мокрыми водорослями. Ап не стал возиться с огнем – сожрал их сырыми, раскалывая раковины камнями. Уничтожив все съестное, он воспрянул духом и, набравшись сил, начал бродить за Тимом по обнажившемуся берегу. Помогать в ловле креветок и крабов он не лез, но исправно таскал за ним бочонок, складывая в него добычу.

Или моральная поддержка сказалась, или день был удачным, но до прилива Тим успел наловить множество морских обитателей. Креветок десятка четыре, дюжину крабов, полтора десятка устриц и мелкую, в пару ладошек, камбалу, обнаруженную в одной из луж. Кроме того, многоопытный Ап указал Тиму на часто встречающиеся длинные листья какой-то сочной водоросли, заявив, что она съедобна. Тим, распробовав водное растение, признал его правоту. Не сказать чтобы слишком вкусно, но есть можно без отвращения. Хоть какое-то разнообразие в меню.

Совместный труд сближает, и к костру «робинзоны» вернулись уже практически друзьями. Выслушав жалобы Апа на жуткую вонь, исходившую от одежды и тела, Тим предложил ему устроить баню. Дров хватало, и, накаляя в костре камни, можно прилично нагреть воду в яме, выкопанной в песке. В качестве стенок «ванной» можно использовать кусок парусины. Она, конечно, не герметична, но если не переусердствовать с уровнем воды, то уходить в стенки влага не будет.

Апу идея Тима понравилась, и они тут же принялись ее реализовывать. Гигант долго оттирал свое тело пучками водорослей и песком, затем в той же воде прополоскал одежду, после чего расселся голышом у костра, молча наблюдая за тем, как Тим возится с ужином.

Ужин съели также молча. Причем Тим с сожалением убедился, что аппетит у Апа ничуть не уменьшился. Он не успокоился, покуда не осталось ни крошки съестного. Здоровяк уплетал креветок прямо с панцирями, да и от крабов оставлял немногое. Даже безвкусные водоросли не пощадил – умял без остатка. И куда в него столько вмещается? И как при таком прожорливом спутнике надеяться на создание хотя бы минимальных запасов?

Ап, будто прочитав мысли Тима, покопался в объедках, выбрал спинку краба и, тщательно обсасывая ее, поинтересовался:

– И какие у тебя планы? Что ты собирался здесь делать?

– Я хотел несколько дней провести на берегу залива – здесь легко добывать еду. Потом, собрав запас устриц, пошел бы на север, по берегу моря. Время от времени останавливался бы в местах, похожих на это, пополнял бы свои запасы и отъедался. Так бы потихоньку и дошел до обитаемых краев.

– Это ты дельно придумал. Тут и впрямь лишь одна дорога – по берегу. Хотя, если напрямик, через холмы, говорят, короче выходит гораздо. Но как сказать: идти по язве – это тебе не по сосновому бору топать. По берегу оно, конечно, несравнимо надежнее. Только берег этот ровный почти везде, бухт вроде этой немного. А я так понимаю, что добывать еду на нем потруднее будет.

– Да, трудно. Там в прилив тоже лужи остаются, но добычи в них почти не попадается. Наверное, живности мешают волны на мелководье.

– Так я, выходит, стрескал все твои запасы? – огорченно встрепенулся Ап. – Ну ты извини – я не подумал.

– Да все нормально – тебе надо хорошо питаться, набираться сил.

– Да нет, Тимур, тут не в силах дело. Я такой с детства – готов быка сырым слопать, лишь бы пастух отвернулся. Сколько ни дай, мне все мало. Прямо не брюхо, а бездна. Даже не знаю, что со мной такое. Уж сколько меня маменька за это лупила, а так и не выбила. Сегодня я слабоват, твоя правда, но завтра с тобой вместе по этим лужам попрыгаю. Я холода не боюсь, да и шустрый, хоть с виду про меня такого не подумаешь. Наловим мы с тобой побольше всего и ракушки оставим на будущее. Думаю, пару дней тут можно посидеть, а потом дальше двигать. Нечего нам в этой дыре рассиживаться.

– Ап, если идти по берегу, мы в конце концов доберемся до границы Ании. Ты там бывал?

– Бывал, конечно. Редкостная дыра эта Ания, а почти все, кто там живет, – подлые воры. У меня анийцы увели плащ, причем так ловко, что я ничего и не заметил. После этого даже ходил, под ноги поглядывая, чтобы ботинки на ходу не сперли. Плохое это место, но ты прав – отсюда больше некуда идти.

– Ания тогда была с Империей или сама по себе?

– Парень, да если ты граничишь с Империей, значит, ты с ней. Или вы там, в своей Эгоне, кроме как про коз, ничего не знаете?

– Значит, Ания уже тогда была в Альянсе?

– Что? Какой такой Альянс? В очень мрачной заднице была твоя Ания. Или это слово теперь иначе называется? Надо запомнить… Альянс, говоришь…

– Так ты не знаешь, что такое Альянс?

– Первый раз слышу.

– Это военный союз, создан имперцами. В нем несколько стран вроде Ании, и у них общая политика. Если нападают на одну страну Альянса, все остальные мгновенно объявляют войну. Это ведь знают все. Раз ты не знал, значит, ты попал сюда еще до его образования. А это было сорок четыре года назад, если не ошибаюсь.

– Да хоть сто сорок четыре – какая мне разница? Родных у меня нет, если не считать много раз проклятую мамочку, а друзья мои здесь сгинули. Сам по себе я теперь. А если человек сам по себе, какая ему разница, сколько он проторчал тут? И насчет этого твоего Альянса… При мне уже бывало такое, что если кто-то на кого-то полез, то делал это с оглядкой. А то ведь окажется, что добыча твоя перед этим преданно у имперцев вылизывала все, что можно и нельзя, и те мигом в дело вступают. Вот эта Ания как раз из таких. Мелкая страна, и люди в ней мелкие, особенно в столице. Надо будет там не задерживаться – не люблю я их, да и вредно там долго торчать… Мы дальше подадимся – к Шадии или Хабрии, а может, в Нурию. Да не, ну ее, Нурию… там ботинки с ногами вместе спереть могут.

– Мне в Империю надо.

– Да зачем тебе туда надо? Степняков имперцы не сильно уважают, будешь ты там на правах деревенского дурачка – прибьют, и ничего им за это не сделают.

Тим, чуть подумав, вкратце рассказал Апу свою историю, начиная с того момента, когда в степи нашли следы пешего чужака. Он поведал о битве с черным человеком, о железной машине, с небес напавшей на становище, и о том, как Тим взорвал ее гранатой из аварийного комплекта космического корабля. Очень детально описал страшное состояние Егора Лемешко и свои мысли насчет возможности его излечения. Затем без лишних подробностей поведал о пророчестве, которое хитрый дед Ришак подогнал под то, что случилось с его внуком. Не умолчал и о постыдном эпизоде в Тувисе, когда шайка шлюх и бродяг едва не утопила Тима в сточной канаве, после чего он, оставшись голым, разгромил бордель, совершив при этом ряд убийств и членовредительств. Вкратце поведал о плавании на «Клио» и трагической судьбе корабля. И завершил свою историю коротким выводом: