Работа для героев - Михаил Калинин

– Я запомню, ваша мудрость.

– Береги себя. – С этими словами целительница исчезла в сумерках.

Мэтр Гаренцворт пришел под утро и, смущенно улыбаясь, предложил свою помощь и покровительство в изучении волшебства.

Джошуа конечно же согласился.

Вечером того же дня, накинув капюшон и одевшись как можно проще, Джошуа пошел на городскую площадь.

Там, на спешно сколоченном помосте, возвышаясь над толпой горожан, стоял граф Реджинальд Кафас. Бледность его лица резко контрастировала с темными тонами роскошного камзола.

На трибуне восседали король с приближенными. В их числе находились господин Деверо и мэтресса Ланорвиль. Принцессы видно не было.

Когда герольд громко зачитал все обвинения, а жрец принял его последние слова, состоялась казнь.

Его сиятельство казнили без пыток. Как человека благородного, Кафаса не повесили и не колесовали. Седую голову хозяина Гриндо срубили исключительно благородным оружием – двуручным, хорошо отточенным мечом.

Майриэль пришла на следующий день.

По сложившейся традиции – с едой и хорошим вином. Неприметный плащ, который, видимо, считался хорошим тоном при посещении его логова представительницами прекрасного пола, она бросила у двери.

– Как ты тут, конспиратор? – участливо поинтересовалась эльфийка.

– Жду новостей.

– Ясненько. А то Кай сказал, что ты тут пьешь горькую по поводу своей несчастной судьбы.

– Было дело, – не стал отпираться Джошуа.

– А сейчас как?

– Сейчас я успокоился и держу себя в руках.

– Вот и славно. Хорошо, когда все держат себя в руках.

Она уселась в то же кресло, что приглянулось мэтрессе Ланорвиль. Только в отличие от сдержанной чародейки лучница с аппетитом и азартом накинулась на принесенную снедь.

– Ты не представляешь, как с этим сложно во дворце! – пожаловалась лучница, не удосужившись прожевать. – Они едят там, как птички. Какие-то диеты, каши неизвестного происхождения, брр! А на королевскую кухню спутниц ее высочества не пускают. Утащить что-то – большая удача.

– Как же они там все завидуют твоей эльфийской конституции.

– И не говори, все уши прожужжали своим нытьем!

Джошуа с удовольствием присоединился к угощению, и некоторое время над столиком царила гармония гастрономических наслаждений.

– Как дела с вашим вознаграждением?

– С нашим вознаграждением все не так просто. Какие-то непредвиденные обстоятельства. Кай с Рамилом разберутся. Тем более что на нашей стороне принцесса, и король не сможет кинуть нас в каменный мешок, даже если захочет.

– Ясно.

Помолчали.

– Как Джулия? – спросил он, выждав.

– Вся в заботах. Приготовление к свадьбе, знаешь ли…

– Знаю.

– Ланорвиль заглядывала?

– Да.

– Понятно. Наплела небось с три короба?

– Она старалась.

– Ты ей сказал, куда она может пойти со своими интригами?

– Попытался.

– Молодец. Рамил поделился новостью – ты, возможно, уедешь с нами.

– Я бы очень хотел, и как можно скорее. Желательно – до свадьбы.

– Уверен?

– Нет. Поэтому лучше до свадьбы.

– Понимаю.

Майриэль вытерла пальцы ажурным платочком и брезгливо закинула непрактичную тряпочку куда подальше.

– Вы ведь так и не поговорили, – сказала она.

– Все слишком сложно.

– По-другому не бывает.

– Зачем тебе все это?

– Скажем, я жутко сентиментальна. Не убедительно? Хм. Тогда так: ты заслужил хотя бы, чтобы объясниться с предметом своего обожания. А учитывая, что предмет сам не против и даже очень за, я просто не в силах не связать этот узелок.

– Джулия придет ко мне? – Джошуа вскочил на ноги.

– Да-да, только не опрокинь стол, герой-любовник! – засмеялась эльфийка.

– Когда?!

– Тише-тише. Завтра вечером. Выскользнуть из дворца накануне приготовления к свадьбе, сам понимаешь – дело хлопотное. Но с такой превосходной помощницей, как я…

– И прекрасной! – польстил Джошуа.

– Верно. Особенно, прекрасной.

Она вдруг посерьезнела, поднявшись с кресла, обошла столик и встала рядом. Положила руку на плечо.

– То, что случилось, будет долго преследовать тебя, – сказала эльфийка. – Потом ты сможешь говорить об этом почти спокойно, поверь мне. Но сейчас ты должен помнить главное – ты не виноват. Просто есть вещи и события, которые случаются помимо нашей воли и, даже если мы видим их и стоим на их пути, часто нам попросту не хватает сил, чтобы выдержать этот напор.

– Ты, наверное, устала слушать мои благодарности, но спасибо тебе большое еще раз.

– От благодарностей сложно устать, глупый смертный!

Когда она уходила, Джошуа остановил ее:

– Майриэль.

– Да?

– Ты ведь летняя эльфийка, да?

– Трудно было ожидать, что ты настолько глуп, что не догадаешься, – пожала плечами Майриэль.

– Я не выдам твой секрет! – с жаром воскликнул Джошуа.

– Надеюсь, а то будет жалко такого хорошего парня, – она повернулась к выходу.

– Майриэль.

– А?

– А тот Барьер, о котором говорил Призрак…

– Милый, по одной страшной тайне за раз, – строго прервала его лучница. – И чтобы ты о нем не упоминал вообще нигде. Ясно?

– Яснее ясного.

– Все, марш спать, и чтобы завтра был чист, бодр и весел, а то я вашу братию знаю – сплошные разгильдяи.

Джулия пришла поздно вечером.

Он ждал ее весь день и нервничал куда больше, чем прежде.

Вымыл квартиру сверху донизу. Окна, полы, двери. Вымыл посуду и придал ей настолько блестящий вид, насколько это возможно с помощью соды. Снял всю паутину и извел пыль везде, куда только мог дотянуться – а младший мэтр с посохом наперевес мог дотянуться куда угодно. Краснея как вареный рак, поменял постельное белье на узкой лежанке Магды. Ни на что особо не надеясь, решил сделать так, чтобы все было прилично.

Говорить, что он привел в надлежащий вид и себя, было бы излишним.

В хлопотах день пролетел незаметно, и этому Джошуа был несказанно рад.

Небо уже украсилось звездами, а принцесса все не появлялась.

Джошуа дежурил на балконе, выходящем прямо на улицу, высматривая редких прохожих.