Галактика. Принцесса и Генерал - Ольга Гусейнова

— Простите, не хотел вам мешать. — Сухой тон довольно высокого шатена с резкими чертами лица, темными глазами и свойственной ашранцам голубоватой кожей опять резанул ухо.

Я строго посмотрела на обладателя неприятного голоса. Невольно вспомнились Мишкины шутки по поводу обуви ашранцев: таких огромных «лап» ни у кого нет. Узкие плечи и широкую нижнюю часть тела еще больше подчеркивают черный деловой костюм и белоснежная рубашка. Но меня не провести — мужчина из военных. Почему-то именно военные, спасатели и служащие правоохранительных органов часто выделяются из общей массы. Может — пронзительным, вечно настороженным, оценивающим взглядом, а может — нарочито внешней расслабленностью, в то время когда внутренне человек собран и напряжен. Не знаю. Но я ни разу не ошибалась в своих выводах.

— Да, я профессор Кобург, — кивнув ему, срочно деактивировала связь с нанитами, чтобы им мое волнение не передавалось. — Чем обязана визитом?

— Вы биоинженер, который занимается изучением и созданием симбионтов, состоящих из живых бактерий или вирусов с применением нанотехнологий? Изучаете подобный живой материал, найденный и открытый на других планетах и в звездных системах?

— Да, это мое поле деятельности, и…

— Автор многочисленных статей по темам, связанным с междисциплинарными инженерными подходами и достижениями биомедицинской науки, моделированием молекулярных механизмов разнообразных болезней в процессе эволюции Вселенной?..

— Я и без вас знаю, чем занимаюсь, — оборвала я перечисление.

— Замечательно, — едва заметно улыбнулся ашранец. — Капитан Оала. Представляю ОБОУЗ. Если вы не в курсе, аббревиатура расшифровывается как…

— …Отдел безопасности общей угрозы заражения Галактического Союза. — Терпение подводило, потому что визит капитана начал тяготить меня. — Так чем же я заинтересовала ваш отдел?

— Вот предписание. — Оала протянул мне пакет. — Вы обязаны следовать за мной.

Взяв пакет двумя пальцами — ощущение, будто ядовитую змею всучили, возмутилась:

— Я не военнообязанная и не имею чести служить в вашем ведомстве. Соответственно не подчиняюсь…

— Ошибаетесь, профессор. В вашем контракте, заметьте, с государственным учреждением указано, что занимаемая вами должность относится к сфере деятельности, потенциально опасной для Галактического Союза, и в чрезвычайных ситуациях вы подлежите призыву.

— Но я… — не на шутку растерявшись, не могла подобрать слов. Весь мой апломб сдуло моментально, — я не видела этот пункт, точнее, не думала, что это вероятно, и… и… у меня исследования. Какой призыв вы имеете в виду?

— Подробности вам изложат на месте, а сейчас прошу без промедления собрать самые необходимые личные вещи и отбыть на полевые исследования: на земле, в космосе и любом другом месте, которое укажут. Всем, что понадобится для работы, вас обеспечат. У вас на сборы два часа.

— Не понимаю, почему я? — пискнула я, сминая полы рубашки. — Есть же более опытные специалисты. Профессор Шудерино, доктор Хальцур и еще десятка два весьма известных специалистов в области…

— Мы ограничены критериями возраста, доступа к специалисту и временем доставки. Профессор Шудерино сейчас еще под наркозом.

— Но как же другие…

— Профессор, у нас слишком мало времени. Поторопитесь со сборами, — сухим надтреснутым голосом приказал Оала.

Я совершенно потерянно оглянулась по сторонам. Что делать? За что хвататься? Сомневаться в полномочиях капитана Оала забрать меня отсюда не приходилось. В эту зону исследовательского центра доступ имеет весьма ограниченное количество лиц. И каждое посещение согласовывается на самом высоком уровне. Ведь нас контролирует Объединенное правительство, сформированное двенадцать лет назад, после окончания войны между Гадавишем и Галактическим Союзом, с целью координации международных связей и надежного укрепления мира. С тех пор это правительство набрало реальную силу и властью обладает не номинальной.

* * *

Третий завтрак на борту межзвездного военного корабля, как оказалось, посланного специально за мной. Какая неожиданная честь! Три дня сомнений, страхов и неизвестности.

Капитан Оала с неизменной учтивостью пытался разнообразить унылую обстановку замкнутого пространства и хоть немного отвлечь меня от тревожных дум. Но спокойный, флегматичный от природы мужчина был абсолютно не способен хоть чем-то увлечь меня настолько сильно. Лишь вид космоса, что выводили на экран специально для меня, ненадолго приковывал внимание, заставляя забыть обо всем на свете. Особенно поражали яркие сиреневые энергетические «кольца» переходов, которые образовывались при активации пространственных проколов.

Я поправила на бедрах бежевое платье и заколки на висках — вне Тру-на-Геша можно позволить себе одеться в менее кричащие цвета. Правда, это бледное по любым «стандартам» трунов платье у меня единственное скромное. Все-таки за несколько лет проживания на планете удовольствий и сумасшедших дизайнеров волей-неволей обзавелась соответствующим гардеробом.

Лимита времени, выделенного мне капитаном ОБОУЗа, хватило на скорые сборы того, что имелось под рукой. Уникальные приборы и некоторые реактивы я с позволения Оалы взяла с собой. Еще меньше времени оставалось на сбор двух чемоданов, куда я сложила нижнее белье, явно не относящееся к категории практичного, яркие пиджачки, брючки, юбки и несколько пар обуви, среди которой нашлась лишь пара кроссовок, — все предназначено исключительно для жаркого климата. Не забыла и предметы личной гигиены и заколки.

В корабельную столовую я входила с высоко поднятой головой, хоть меня и пугали суровые военные, постоянно встречавшиеся в коридорах и в этой самой столовой, будь она неладна.

Эх, я только сейчас осознала, до чего «одичала». Состояние мамы после катастрофы на Х’аре, вылившееся в несколько лет тотального контроля, а потом образ жизни, что я вела, получив наконец долгожданную свободу, сделали из меня практически отшельника. Обычную лабораторную крысу. Человека, которого пугает окружающий социум, чувствующего себя комфортно только в определенных условиях и не желающего менять устоявшиеся привычки. А сейчас меня, словно оранжерейное растение, выдрали из любимой, теплой грядки с климат-контролем и выкинули на обочину дороги, где походя может затоптать каждый.

— Доброе утро, профессор, — привстал со стула Оала, приветствуя меня.

— Здравствуйте, — улыбнулась я. В конце концов, капитан на службе, выполняет приказ и ничем лично передо мной не виноват.

— Хочу вас порадовать: наше путешествие скоро подойдет к концу, — мягко произнес он, усаживаясь, и продолжил завтракать.

— Отлично, — без особой радости кивнула я. — Может, хотя бы сейчас просветите о месте нашего назначения? В космос не сбегу, секреты галактического масштаба разгласить тем более…

— Понимаю ваше недовольство, профессор, но у меня были четкие инструкции, — с едва заметным сочувствием в глазах и голосе отозвался мужчина.