Заколдованная Элла - Гейл Карсон Ливайн

— А может, оно невкусное. Мы же еще не пробовали.

Это говорил тот самый огр, который предупредил СЕЕфа, что я хочу сбежать. Он был помоложе остальных, наверное мой ровесник.

Мы двинулись по дороге — почти с той же скоростью, что и мой покойный пони. Мне пришлось ехать на огрьей спине, цепляясь за сальные патлы. Мы двигались в противоположную от усадьбы Уаакси сторону — туда, откуда я пришла. Наверное, огры хотели дойти до развилки и направиться в свой Фенс, решила я. Мне было все равно. Какая разница, где меня сожрут — в десяти милях от места назначения или в сорока?

На дороге было пусто, да и в холмах, через которые мы шли, никто не жил. Огры начали роптать:

— Оно с каждой милей тяжелеет!

— Может, оно приносит неудачу!

— Давайте съедим его вечером, а утром наловим еще!

Когда я пила эльфийский ужин, они смотрели на меня с завистью. Я сама не ожидала, что смогу хоть что-то проглотить, но проголодалась ужасно. Я предложила ограм отведать эльфийской еды, но в ответ они лишь дружно содрогнулись.

— А вдруг вам понравится, — сказала я. — Вдруг окажется, что морковка слаще мозгов, а петрушка полезней потрохов.

Тут они засмеялись.

Самый младший огр сказал СЕЕфу по-огрски:

— Смотри-ка, как здорово, когда болтаешь с едой. Это вот даже шутит.

— Не вздумай его приручать, — предупредил СЕЕф.

На привале младший огр подсел ко мне.

— Не бойся, мы не страшные, — сказал он.

Да ну?

— Меня зовут НиССх. А тебя?

Я представилась.

— Моего отца зовут СЕЕф. Он может убедить тебя, что мы не сделаем тебе ничего плохого. Я пока так не умею. Но мы очень не любим никого огорчать. — И он сочувственно притронулся к моей руке.

Я сразу успокоилась. Ничего не могла поделать. Голос у него был ласковый-преласковый.

— Наверное, ты устала — день выдался страшно тяжелый.

Я зевнула.

— Может, ты ляжешь на травку да и поспишь? А я посижу рядом, послежу, чтобы с тобой ничего не приключилось.

Неужели он меня не свяжет? В голове загорелся огонек надежды.

— Только не вздумай убегать.

Огонек потух.

* * *

Проснулась я среди ночи. По соседству со мной спал СЕЕф, и во сне он булькал и скрежетал зубами.

Огры на бессонницу не жалуются. Я встала и пробралась между ними — это было трудновато, поскольку спали они вповалку. Споткнулась о чью-то ногу, ее владелец пнул меня в ответ, но не проснулся. За грудой тел я разыскала свои седельные сумки.

И хотела улизнуть — но стоило мне отойти от кучи огров на несколько шагов, как начались обычные мучения: сердце заколотилось, в груди сдавило, голова закружилась. Еще несколько шагов — и вот я уже ползаю кругами на четвереньках. Тогда я вернулась туда, где проклятие хотя бы давало дышать.

Огры уже не будут тянуть, скоро меня убьют. Надо снять заклятие, сейчас или никогда.

— Чары разрушены, — объявила я вполголоса. — Я не буду слушаться НиССха. Я убегу.

И тут же снова рухнула на колени, беспомощно всхлипывая.

Попробовала еще раз. Решила подражать ограм и постаралась говорить как можно вкрадчивее и проникновеннее.

— Что такое чары? — ласково спросила я саму себя. — Слова, не более. Я могу уйти от этих огров. Запросто. И никакая магия меня не остановит.

Я встала и уверенно зашагала прочь. Быстро и бесстрашно. Я расколдовалась!

И тут я едва не споткнулась о СЕЕфа. Оказывается, я пошла не в ту сторону.

Я чуть не заорала от злости, но прикусила язык. Скоро я умру — а значит не найду Люсинду, не изведаю жизни без проклятия…

Тогда я вернулась к концу невидимой привязи и стала бороться с отчаянием. Вкрадчивый голос — это у меня хорошо получилось; может, удастся найти ему другое применение? Вдруг я смогу и в самом деле говорить как огры? С такой же силой убеждения?

Сначала получалось грубовато. Надо бы добавить меда для сладости и масла для гладкости. Я сосредоточилась: вот я глотаю медово-масляную смесь, вот она смазывает горло.

— ССинг лайлФФООн, наЗ лайММУУн, лайлФФООн эФФут уААт псиССайбусс. — Это означало «Надо есть не людей, а овощи, поскольку овощи гораздо вкуснее».

Мне показалось, я говорю убедительно. Лично я себе сразу поверила.

Я упражнялась несколько часов и заснула на полуслове.

Разбудил меня НиССх: решил на мне поупражняться.

— Вставай, моя крошка. Ах ты, умница, — не покинула нас ночью. В этих краях так опасно. Чего доброго, попала бы в лапы к кровожадному эльфу.

В голове тут же зажглась картинка — свирепый эльф с копьем наперевес.

— Все, давайте съедим его, — сказала какая-то огриха. — СЕЕф, придется тебе делиться. А потом еще что-нибудь поймаем.

— Ладно, только, чур, мне ляжку. — СЕЕф крепко взял меня за плечи.

Огриха кивнула:

— Ладно, только тогда мне руку и еще ухо.

Огры вмиг заявили права на все части моего тела. НиССх, правда, хотел, чтобы я пожила еще немного, но сдался, когда ему пообещали шею.

— Самая вкусная часть, — обрадовался он, подошел и погладил лакомый кусочек.

— Тогда, чур, я его убью! — вызвался СЕЕф и оттащил меня от НиССха.

— Ты… — пискнула я по-огрски.

СЕЕф оскалил зубы. Они блестели. С них капала слюна.

Я собралась с духом:

— Ты совсем не проголодался. Ты сыт.

Голос был сиплый. Меду мне! Масла мне!

Огры вытаращились на меня — будто скала вдруг заговорила.

— Я же говорил, оно смышленое! — НиССх явно мной гордился.

— Даже жалко, что нам есть хочется. — СЕЕф присел передо мной на корточки. — А то интересно было бы его приручить. — Он схватил меня за ногу — за свою порцию — и нагнул голову к самому моему бедру.

Масло и мед!

— Зачем тебе меня есть? Ты же сыт, в тебя больше ни кусочка не влезет, вы ведь наелись до отвала. Животы у вас тяжелые, как мешки картошки.

СЕЕф замер.

Я продолжила:

— Вы прекрасно позавтракали восемью дородными дамами. Если вы еще и меня съедите, вам станет нехорошо. Вас клонит в сон — ведь после такой плотной еды всегда тянет поспать…

СЕЕф выпустил меня. Я сделала шаг в сторонку, потом другой.

— Вы очень устали. А земля тут мягонькая-мягонькая, удобная-удобная…

НиССх потер глаза и потянулся.

— Что-то вы встали сегодня ни свет ни заря. День только начался — такой славный, ленивый, сонный денек…