Призванная для Тёмного - Мира Гром

– Сядь! – приказал Рин. Его голос, словно смола, разлился по комнате, создав в воздухе такую вязкость, что я не мог сделать больше ни шага. – Сядь, я сказал! – повторил он и волна магии, забросила меня в кресло, как тряпичную куклу, будто это не я был вторым по силе магом в этом мире.

– Конечно, владыка! – ядовито прошипел я.

– Эстэр, прекрати паясничать и объясни, наконец-то, что у вас там происходит с Ольгой? – поинтересовался он и всё-таки разлил вино по бокалам.

– Ничего не происходит! Участница проходит отбор, как и положено, – насупившись, ответил я. – Ты бы лучше подумал о зачатом наследнике, а не об отборе! Ты хоть понимаешь, что Игнис тебя любит? – спросил я, снова борясь с желанием убить его на месте.

– Я всегда это знал. Еще в детстве, я понял, что твоя сестра безнадёжно в меня влюблена. Только вот не учел этот момент, когда она пыталась снять проклятие. Не спорю, здесь я дурак и по морде получил заслуженно, но и Ис не нужен муж, который вот-вот окочурится, потянув за собой весь мир, – Рин взял бокал с вином и протянул мне.

Я выбил предлагаемый алкоголь у него из рук и отвернулся, уставившись в окно.

– Я не откажусь от ребенка, Эстэр. Как только Ис родит – заберу его во дворец, – совершенно серьезным тоном, сказал он.

– Она не отдаст тебе своё дитя. Ты же знаешь Игнис… Придется переступить через ее труп, чтобы сделать то, о чём ты говоришь, – я до белизны в костяшках сжал пальцы, стараясь держать себя в руках.

– Значит, я введу закон о том, что мужчина может брать столько жен, сколько способен прокормить и женюсь на ней, сразу после снятия проклятия, – совершенно спокойно констатировал владыка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Бред! – возмутился я. – Ни одна женщина не будет счастлива, оказавшись на вторых ролях. Тем более Игнис, привыкшая во всём быть первой!

– Если действительно любит, то согласится, – самоуверенно заявил он.

– И как ты при этом будешь к ней относиться? Как к нагрузке, навязанной игрушке? Да я голову тебе оторву, если ты посмеешь это сделать! – серьёзно ответил я, наконец-то посмотрев ему в глаза.

– А ты видишь другой выход!? Почему ты решил, что я стану относиться к ней именно так? – спросил он, повысив голос.

– Да потому что ты всегда был, есть и будешь напыщенным, самовлюбленным идиотом! Тебя избаловали ещё с рождения, – повторил я то, что уже неоднократно твердил властелину.

– Я поговорю с Игнис. Извини, Эс, но тут она должна принять решение, а не ты. Я всё ещё жду ответа на вопрос, что происходит между тобой и Ольгой? – спросил Рин, окончательно нахмурившись.

А я заметил, как в его глазах плещутся огоньки силы. Сейчас был действительно зол и был готов убивать.

– Хочешь знать правду? Хорошо. Я считаю, что этот отбор – чистый блеф. Ни одна из девушек на самом деле тебе не подходит, – я замолчал, давая ему возможность осознать сказанное.

– Отбор должен продолжаться и это не мое решение, ты сам слышал, как на этом настаивали самые уважаемые люди нашего мира. Если у тебя есть конкретные предложения, брат, я готов их выслушать, – сказал владыка, устало потерев виски.

– Не называй меня так больше, – поморщился я. – Из уст человека, посмевшего опорочить мою сестру, это звучит лживо и лицемерно. Предложение у меня одно: выдергивать девушек, помимо отбора, уговаривать провести с тобой ночь и надеяться, что какая-нибудь из них сумеет снять проклятие.

– Так почему тогда не начать с тех, кто уже на отборе? – поинтересовался Рин, залпом допив вино.

– Потому что самые знатные люди этого мира, хотят чтобы продолжался отбор, – передразнил я его же слова.

– Быть может ты и прав. По одной девушке каждый день, мы точно сможем перемещать. До конца отбора, а дальше… Придется взять победительницу. Если таким образом докажем, что проклятие можно снять без отбора, то сможем отменить их в целом, – равнодушно пожал плечами властелин.

– Тебе лишь бы постель не пустовала! – разозлился я.

– Эстэр, ты сейчас злишься из-за Игнис, еще и влюбился. И я понимаю, что ты пытаешься защитить Ольгу, но подумай еще раз: ты уверен, что отмена отбора стоит того, чтобы изо дня в день выдергивать иномирянок и с ними спать? – сощурив глаз, поинтересовался он.

– А это уже будет на моей совести. Поверь, я найду способ и аргументы уговорить девушек, переспать с тобой! – ответил я, понимая, что возможно, сморозил самую большую глупость в своей жизни, так легкомысленно пообещав обеспечить владыке постоянный досуг…

Ольга

Примерно через четверть часа, в теплицу пожаловал садовник с огромными ножницами в руках.

– Э-э-эй! – протянула я, вставая с насиженного горшка. – Даже не мечтайте! Я вам мою Мурку в обиду не дам! – грозно заверила я, на всякий случай попытавшись оторвать небольшую доску от стены теплицы.

Хорошо прибита, зараза, но наши не сдаются!

– У меня приказ срезать цветок, – равнодушно предупредил он и попытался подойти к лиане, но я преградила мужчине путь.

Он выглядел немного странно: русые волосы собраны в низкий хвост на затылке, но слегка растрепаны, помятая льняная рубашка, небритая физиономия. Вообще создалось ощущение, что этот индивид питает слабость к горячительным напиткам.

– Не пущу! – сказала я и, на всякий случай, схватилась за пока ещё закрытые ножницы.

– Не мешай работать, участница отбора! Иди, вон, лучше властелина соблазняй! – фыркнул он и попытался забрать у меня свой инструмент.

Не тут-то было! Я вцепилась в ножницы мёртвой хваткой и стряхнуть меня с них можно было, только убив.

– Я сказала, что не дам кому-либо тронуть этот цветок! – решительно заверила я, готовая бороться с садовником до победного конца.

– Что за шум? – поинтересовался вошедший в теплицу Сай.

– Девка взъелась, цветок срезать не даёт! – тут же возмутился С...-садист-садовник.

– Я не позволю трогать Мурку! – повторила я.

– Что значит не позволите? – хмуро поинтересовался судья.

– А то и значит! – Я даже ножкой притопнула от возмущения: – Я не дам срезать, доверенное мне, растение!