Играть, чтобы жить. Книга 5. Битва. Книга 6. Война. Книга 7. Исход - Дмитрий Рус

Может, забить на все?! Уйти порталом и наглухо захлопнуть за собой дверь? Я снова превращусь в Первого после Бога. Главу сильнейшего Альянса и Клана, потенциального феодала и будущего короля своих земель…

Без всяких там мутных неизвестных в виде генералов ФСБ и ГРУ, дипломатов под прикрытием, прожженных политиков с полувековым стажем и древних олигархов, владельцев нефтяных полей. Для одних из них мы будем оружием, которое без сердечных болей пошлют в бой и на убой, если посчитают размен выгодным. Для других – поставщиками выгодных или угрожающих их бизнесам технологий. Для третьих – источником здоровья и физического бессмертия.

Сбежать? И вновь обрести свободу? Ведь большинство ушедших в сознательный срыв – анархисты и эскаписты, фантазеры и старики. Никому из них не хочется идти на службу и становиться государевыми людьми, безымянными шестеренками могучего механизма!

А как же земляне? Миллиарды разумных, гибнущих сейчас и обрекаемых на мучительную вечность в демонических пулах силы? Причем даже неважно, какое у них гражданство и каков цвет кожи – такого посмертия не заслуживает никто!

Да, я без большой любви отношусь к тем же полякам – вечно исходящим ненавистью к моей стране. Я брезгливо кривлю губы при очередном выпаде прибалтов, производящих единственный экспортный продукт – демонстративную русофобию. Я сильно остыл в своей любви к братушкам-болгарам, чья свобода стоила России немало крови, но которые раз за разом во всех войнах и конфликтах почему-то оказывались по другую сторону фронта. Мне часто хочется зарубиться в драке с американцами – чужие они нам, методы у них грязные и руки в крови.

Все это так, все это реальные проблемы. Но это наши проблемы, человеческие! И пока есть общий враг, смотрящий на наших жен и детей как на кусок деликатесного мяса, – все это не имеет особого значения.

И уж тем более – для меня. Человека, с чьей ладони стартовал Камень Душ, открывший демонам путь на Землю! Поэтому я молча скриплю зубами и ломлюсь сквозь пургу вперед, выполняя, что должно, но все время просчитывая в голове различные варианты. Я в ответе за доверившихся мне людей. Земля, Друмир… Что важнее, что перевесит, как соблюсти интересы обеих сторон?!

Под настырный писк беспилотников и вспышки ракетных перехватов мы отыскали среди колотого льда могилу павшего визарда. Длинный каст воскрешения заглушался вещающим с небес голосом с английским акцентом. Нам обещали почет и ласку, прощение всех косяков и золотые горы, а также «теплый чай и наше гостеприимство».

Майор тревожно посматривал на нас и временами рефлекторно хватался за кобуру. Приказ пристрелить при попытке сдаться потенциальному противнику? Ну не дурак, а?

Стас смеялся веселым безумным смехом и крутил небу дули. Скоро, очень скоро он обнимет жену и детей…

Визард появился с легким тремором конечностей и поседевшей челкой, ставшей характерным признаком для побывавших в заброшенном отстойнике земных душ. Истово потискав нас за плечи, он спешно активировал заклинание портала.

– Бум!!! – переход!

Хабаровск встретил нас многочисленными лампасами на штанах и редким для этой широты солнышком. Количество генералов на квадратный метр аэродромного ангара больше подошло бы московскому штабу. Впрочем, оказаться причастными к удачной операции и попытаться попасть под потенциальный звездопад на погоны поспешили многие. Недаром говорится: «У победы тысяча отцов, а поражение всегда сирота».

Осторожно пожав пару десятков рук, я обратил внимание на хмурого генерал-лейтенанта, начальника обороны города. Среди десятков радующихся – искренне и не очень – он выделялся как нахохленный дворовый кот на выставке элитного молодняка.

– У меня приказ предоставить вам зеленый коридор на Москву, – дернув небритой щекой, отчитался он.

Я посмотрел на него тяжелым взглядом сверху вниз. Два метра текущего роста, косая сажень в бронированных плечах и двадцать тысяч людей в подчинении выработали во мне такую вот нехорошую привычку.

– Только?.. – продолжил я за генерала.

Тот меня понял и зло оскалился.

– Только вы нужны мне здесь! Подчиненных и мобилизованных частей едва хватает на оборону городского периметра! И то – треть окраин в него не вошли – пришлось выселять десятки тысяч семей и уплотнять центральные районы. А в области – больше сотни поселков, мелких объектов и кадрированных гарнизонов, с десятком стволов на километр окопов! И с каждым днем этих точек на карте все меньше – сжирают их одну за другой!

– Так эвакуируйте, – предложил я очевидное.

Генерал покачал головой:

– Нет людей. Колонну со слабым прикрытием – порвут. Есть печальный опыт. А при снятии с периметра достаточных сил следует немедленная атака изнутри. Портальные координаты любого района, как и продавшиеся осведомители среди людей, у демонов есть. Вот и смотрим, сцепив зубы, как гаснут на карте маркеры личных браслетов. Поселок за поселком… Раньше после гибели последнего защитника мы накрывали местность артиллерией. Демоны стали на время мародерки прикрываться стационарными щитами, а мы в ответ начали бомбардировки прямиком по атакованным, пусть даже еще сражающимся анклавам. Как только наши теряют семьдесят процентов личного состава – так и даем команду на взлет эскадрильи, сыплем бомбы на головы еще живых…

Командующий горестно замолк, смотря пустым взглядом куда-то вдаль. Заговорил стоящий рядом начштаба.

– Вышестоящим штабом тактика признана рациональной и рекомендована всем оборонительным районам. Решение позволяет достичь сразу нескольких целей – нанесение массированного урона скоплениям врага посредством дешевых низкоточных боеприпасов. Уничтожение тел погибших и минимизация количества попавших в плен к демонам…

Я глядел на этих потрепанных неожиданной и нестандартной войной мужиков и пытался понять – это искренние слова, реальная душевная боль от невозможности спасти тех, кого клялся защищать? Или попытка повязать нас сочувствием и долгом?

Павший! Кем я стал?! Люди ведь гибнут, а я все выискиваю интриги и попытки манипуляций…

Генерал тяжело вздохнул.

– Если можете… Задержитесь хоть на сутки, помогите пробить коридор и вывести людей. Причину для задержки борта я найду. Список поселков с наибольшим количеством детей уже составлен. Хотя бы их убрать из-под бомб… У меня пилоты уже в город не выходят – шарахаются люди от них, а кое-кто и вовсе – нагнетает, толкает к бунту и сдаче демонам. Мол, не тронут всех, только церковников и праведников.

Я покачал головой – ага, евреи и коммунисты – шаг из строя…

Затем заговорил – в паузе для принятия решения не нуждался. Все и так понятно.

– Борт задерживать не надо…

Губы генерала помимо воли искривились в понимающей и брезгливой улыбке. Он хотел уже сказать что-то злое, но я продолжил:

– На нем полетит мой порталист, этого достаточно. Я же отберу добровольцев и помогу вам с эвакуацией людей. Давай, генерал, веди-ка ты нас в штаб, подальше от любопытных ушей. Человек слаб и жаден, соблазнить его тем же бессмертием – раз плюнуть… Пойдем, Петр Алексеевич, будем думать. Выдели нам только один коммуникатор с защищенным каналом и выходом на гражданские линии – моему человеку связь с Москвой нужна.