Мой темный принц - Ольга Шерстобитова

— Ты не стала советоваться со мной, когда отправлялась на соревнование.

— Зачем? Ты бы все равно был против.

— Я обязан тебя защищать, Ари.

— Обязан?

Лир вздохнул.

— Могла бы и спросить.

— Я уже ответила.

— Ты не из этого мира, говорил ведь уже. Можешь оказаться в опасности.

Интересно…

— А из какого?

Мужчина вздохнул.

— Ариадна, не вороши прошлое. Пожалуйста.

Понятно, знает, но не скажет.

— Хочу побыть одна, Лир, — оборвала я наш разговор, чувствуя усталость.

Как-то не получается у нас быть откровенными. Как я оказалась на ярмарке, не помню. Вокруг стоял шум, гам, смех, только мне было не до веселья. Настроение после разговора с Лиром окончательно испортилось.

Я прошлась по хозяйственным рядам, купила сумку, зубную щетку и зубной порошок, полюбовалась на украшения, отказавшись от соблазна что-нибудь приобрести, и заглянула в лавочку, где видела гребешок. Увы, его уже купили.

День еще длился, и я отправилась к реке. На берегу никого не было. Оно и понятно — все на ярмарке. Я долго сидела, любуясь снующими в воде рыбками. Солнце припекало, жужжали пчелы и кружили стрекозы со слюдяными крылышками.

Как дальше жить? Доберусь до Аридейла, попробую найти родных, а если их не окажется… Вернуться в мир, о котором не помню?

— Ты всегда идешь к реке, когда переживаешь, — заметил Лир, присаживаясь рядом. — Не сердись, Ари. Я просто за тебя волнуюсь. О чем ты думаешь? Поделись. Иногда вместе легче найти выход и успокоить сердце.

— Мне тяжело, Лир. Я оказалась русалкой, ничего не помню ни о себе, ни о родных. И рядом нет никого, кто бы рассказал, подсказал, помог…

— Есть одно предположение насчет твоей матери, — неожиданно заметил он.

Я замерла и развернулась к нему.

— Возможно, она была сиреной. Русалкой, способной очаровывать всех голосом.

Он издевается? Какая сирена?

— Ари, не хмурься. Тебе не идет. Сирены существуют, пусть и встречаются чрезвычайно редко, и твоя мать могла быть одной из них.

Хорошо это или плохо, непонятно. Но если русалок с таким даром немного, найти родных будет проще. Или нет?

— А ты не расскажешь о своей матери, Лир? Она ведь тоже была русалкой. Я так мало знаю о них. Крупицы!

— Что ты хочешь узнать? — сдался маг.

— Как она оказалась возле того озера, где находился дом ведьмы? Ты ведь живешь в Аридейле, как я поняла. Верно?

Лир молчал долго. То ли размышлял, что можно рассказать, оценивая степень доверия, то ли подбирал слова.

— Это случилось давно, Ари. Тебя тогда на свете не было. Мама очень любила отца. Впрочем, чувства были взаимны. Из них получилась хорошая, счастливая пара. Однажды отец ни с того ни с сего заболел. Он днями и ночами просто лежал, словно закончились силы, и смотрел в потолок. Не ел, не пил, не разговаривал. Его проверяли на проклятия, сглазы и темную магию самые известные целители и маги, но никто так и не смог помочь.

Мама искала выход, днями просиживала в древних родовых библиотеках. Мы с братом были тогда совсем маленькими. Тиру — пять лет, мне — три. Я почти и не помню ничего.

Лир на миг остановился, поправил прядь, упавшую на глаза, и продолжил рассказ:

— Однажды к нам в дом прибыл чудной предсказатель. Ему было видение: если мама отправится на Черное озеро, возьмет оттуда воды и даст отцу, тот поправится. Она поверила ему сразу и безоговорочно. Тогда никому и в голову не пришло поинтересоваться, почему именно мама должна отправиться к озеру. И она ушла. Тайком, ночью, не сказав никому ни слова. Попрощалась лишь с нами.

— Погоди, это то озеро, где находится дом ведьмы?

— Да.

— И она не взяла сопровождающих? И отправилась так далеко? И почему именно твоя мама должна была принести воды?

— Черное озеро, оно особое, Ари. Раньше на том месте было сердце зачарованного леса, источник сильной магии, который со временем, когда волшебные существа покинули это место, угасал. Так, по крайней мере, рассказывают легенды. Не зря же ведьма поселилась на его берегу, черпала силу, пока она имелась. Ты просто не увидела, не почувствовала. И лес… Он действительно необыкновенный. Он любит и привечает сильных и смелых. Порой кажется, он словно проверяет, чего ты стоишь. Может быть, мама и взяла бы сопровождающих, если бы не понимала, насколько это бессмысленно. Да к тому же предсказатель дал четкое указание: воду только из этого озера добудет только мама.

— И она пропала?

— Да. В течение трех месяцев мы просто ждали, а потом отправили людей и магов на поиски. Те тоже исчезли. Сгинули. И вскоре поползли слухи о разбушевавшейся нечисти, которая тянет из людей энергию.

Маму так и не нашли, а отец лежал в том же состоянии. Опекуном нам назначили лорда Арасамина, младшего брата папы. Дядя нас и воспитывал, по сути. Но и Тир и я знали, что однажды мы вырастем и отправимся искать маму. И мы старательно к этому готовились. Учились обращаться с оружием, осваивали магию и жили надеждой.

— И вы отправились?

— Да. Мне тогда было шестнадцать, Тиру — почти восемнадцать. Это было непростое путешествие. Лес не пустил никого, кроме нас двоих. А мы и жизни-то толком тогда не видели. Только отступать не были намерены. Нас словно что-то вело к тому месту, куда отправилась мама. Тогда мы даже не подозревали, что за тайну она хранила. Тира звало заповедное озеро, а меня… Он бы не справился один. Мы всегда были очень дружны, с самого детства. Мы просто шли и однажды добрались. Остановились на берегу Черного озера, выложив защитный круг.

Лир снова задумался, сорвал травинку, покрутил в пальцах. Рассказывать ему было явно нелегко, но я не вмешивалась, давала возможность успокоиться.

— Мы с братом проснулись среди ночи. За кругом на берегу сидела прекрасная девушка. Золотые волосы струились словно водопад, голубые глаза сияли, а тонкую фигурку оплетала легкая ткань платья. Мы с Тиром приняли ее за духа озера. И она поведала нам, что леший и водяной погубили маму, но она успела проклясть обидчиков перед смертью. Мы были юны, поверили сразу и безоговорочно. Теперь я полагаю, на нас подействовали какие-то чары.

— Это был дух ведьмы?

— Да, Ари. Тогда она была сильнее, чем сейчас, могла принимать человеческое обличье. Сейчас, без подпитки, ее магия истончается. Она и не убила-то нас наверняка потому, что мама использовала последние силы, наложив какое-то проклятие, дала нам с Тиром защиту: знала, отправимся искать. Я так мало знал о ней…

Лир печально вздохнул.

— Водяного и лешего мы не нашли. Нечисть в ту ночь возле круга не появлялась, и в последующие тоже. А потом мы выпили слишком много вина, сначала с горя, а затем в честь дня рождения Тира, и заблудились в лесу. Мы попали к другому озеру, тому самому, где оказалась в этом мире ты. Магия этого места звала его с самого начала, а Тир этого не понимал, не чувствовал. Иногда, знаешь, Ари, я думаю, если кому-то суждено обрести в том озере хвост, от этого не уйдешь. Не бывает случайностей, — чуть улыбнулся Лир.