Дикий - Марина Кистяева

От невеселых мыслей его оторвал холодный голос Димитриоса, лениво произносивший:

– Хорошо, этот вопрос исчерпан.

Милана никак не отреагировала. Стояла и ждала, что он скажет и предпримет дальше. Её карие глаза смотрели на него спокойно. Ни восторга, ни надежды, которые он замечал при их коротких встречах. Что ж, его дочь выросла.

– Проходи, – он указал на стоящее напротив него кресло. Потом обернулся к Егору. – Свободен. Понадобишься – сообщу.

Милана проводила бывшего наставника таким же спокойным взглядом, прошла к указанному креслу и опустилась в него. Спина прямая, голова не опущена и не вздернута. Вся поза девушки говорила о том, что она не испытывает ни волнения, ни радости. Полностью контролирует себя.

Лавинский снова вернулся к своему креслу, откинулся на спинку и закинул ногу на ногу. Поза хозяина, человека, привыкшего повелевать. Признаться, он ожидал от Миланы немного другого поведения. Радостного щебетания что-ли. Восторга. Её сдержанность приятно его удивила. Он уважал рассудительных людей.

– Итак, вот ты и в моем доме.

– Ты приказал, меня доставили, – на её лице не отразилось ни единой эмоции. Дорогого стоило показное спокойствие и равнодушие. Больше всего на свете захотелось кинуться к Димитриосу Лавинскому и расцарапать его холеное лицо в кровь. Выплеснуть на него всю тоску, всю горечь разочарования и боль разбитых детских мечтаний. За последние сутки мировоззрение Миланы разрушилось, и теперь понадобится время, чтобы по крупицам собрать его.

Лишь в одном девушка не сомневалась – ОН за ней придет.

Кто такой ОН – уточнять не стоит.

Сейчас же надо набраться терпения и сделать вид, что она готова играть по правилам главы дома Скалистых Волков.

– Совершенно верно. Я приказал, – Димитриос сделал акцент на слове «я», давая понять, что здесь решает все только он.

И снова Милана никак не отреагировала.

– Мне остается выслушать, для чего я тебе понадобилась, Димитриос.

Долгими холодными зимними ночами, когда непогода буйствовала за стенами коттеджа в горах, Милана, свернувшись в позу эмбриона, в последние годы всё чаще думала – когда её заберет отец, как она будет его называть? Папа? Батюшка? Милана пробовала на язык эти теплые слова, что должны были рождать в душе каждого ребенка положительные эмоции, и чувствовала, как её сердце отторгает их. Они для неё чужие. Как и мужчина, что бросил приезжать в горный коттедж.

Поэтому оставалось только имя. На том Милана и порешила.

Димитриос нахмурился. Но потом демонстративно медленно приподнял брови, не комментируя её обращение к нему.

Она сделала вид, что не поняла его жеста.

– Что ж, мне нравится, что ты не ходишь вокруг, а предпочитаешь изначально расставить правильные акценты.

– Естественно. Я не питаю иллюзий. Давно.

Всё же Милана не удержалась от легкой колкости.

– Правильно и делаешь, – не остался в долгу глава Скалистых Волков, и его глаза наполнились янтарным блеском. Девочка с характером. С одной стороны, это ему льстило. Как-никак его дочь не должна быть бесхребетным безвольным созданием. С другой – мало ли, чем её своенравие может обернуться. Впервые в голове Димитриоса мелькнула мысль, что он совершенно ничего не знает о ней. Егор и другие наставницы регулярно присылали доклад об успехах Миланы в учебе и занятиях, но в них ни словом не было сказано о предпочтениях и увлечениях девочки. Надо будет поговорить с Егором более плотно.

– Итак, я слушаю тебя.

Чем дольше она находилась в обществе отца, тем сложнее удавалось держать себя в руках. Да и дорога давала о себе знать. Милана предпочла бы пару часов отдохнуть, прежде чем приступить к серьезному разговору. Только её самочувствие никого в этом доме не волновало. Даже чая не предложили.

– Всё очень просто. Милана, ты – не простая волчица. Избранная. О твоей избранности чуть позже. На данный момент ты должна знать, что представляешь собой большую ценность. Твоя избранность была главной причиной, по которой я вынужден был тебя изолировать от общества, – он благоразумно промолчал, что просто был не в состоянии видеть ребенка, послужившего причиной гибели его любимой женщины. – Сейчас же пришло твоё время.

Милана медленно кивнула.

Избранная…

Ну, да.

Проклятая.

Она в курсе.

– И?..

– Я хочу познакомить тебя с одним человеком. Важным человеком.

Сердце девушки перестало биться.

– Я могу услышать его имя?

– Конечно. Но, вряд ли, оно тебе что-то даст. Ярослав Валгар.

Ярослав…

– Звучное имя, – голос девушки не дрогнул, взгляд не заметался. Само спокойствие. Это для Миланы и было страшным. Девушка чувствовала – откат придет потом, и он будет страшным.

Валгар…

– Как и его хозяин, – фыркнул Димитриос, презрительно кривя губы, тем самым выдавая своё отношение к персонажу, о коем шла речь. Милана внимательно наблюдала за Лавинским и делала выводы. Правильно сделанные помогут ей избежать ошибок, а также помогут определиться, наконец, со своим будущем, где она не будет бесправной пешкой. С неё достаточно.

– И чем же примечателен Ярослав Валгар? – Милана поставила себе десять баллов за актерское мастерство.

– Чем? Начну, пожалуй, с того, что он является берсерком. Входит в «Орден Четырех». Сильнейший из самых сильных. Имеет право вершить судьбу практически любого перевертыша. Зарвавшийся тип с сильными ментальными способностями. И пришло время его малость образумить, поставить на место.

О, Милана могла бы поведать отцу о ментальных воздействиях Валгара. Так значит, вот, с кем она провела свою первую ночь.

Но вопросов становилось всё больше. Как в придорожном гостевом домике оказался перевертыш ранга Валгара? И именно тогда, когда и она.

– И как же я смогу поставить его на место?

Глаза Лавинского мстительно блеснули.

– Об этом потом.

Димитриос быстро забыл, что ещё неделю назад готов был поспешно собирать вещи и подаваться в бега.

Его планы быстро изменились. В тот день, когда Валгар остановил свой черный автомобиль у его врат, когда Димитриос, сорвавшись с важной встречи, бросился к жене.

Милана медленно кивнула.

– Тогда могу я немного отдохнуть? Дорога утомила меня.

Не дорога. Она врала.

Димитриос великодушно кивнул.

– Конечно. Тебя проводят в твои покои.

Хлопнул в ладоши, и тотчас появилась миловидная полноватая девушка в строгой серой униформе.

– Проводи гостью в её комнату, Хика.