К чему приводят девицу… Путешествия с богами - Анна Рассохина

– Все хорошо написано! Ты не волнуйся, речь очень достойная и торжественная.

– Славно, – кивнула старшая из сестер ир Илин. – Тогда я побежала. Кстати, вы подготовили костюмы для завтрашнего парада?

– В общем и целом, – сообщила Лисса.

– А венки? – заполошно закричала с порога Вира.

– А венков нет, так как кое-кто не удосужился принести нам цветов, – обличительно поведала Иванна.

– Мальчики! – взвыла ее сестра.

Все «мальчики», кроме Леорвиля, сделали вид, что они первый раз слышат об этой просьбе. Жемчужный дракон, нашедший свою Истинную, с готовностью доложил:

– Я заказал триста белых розарусов! Хватит?

Мы с девчонками переглянулись и дружно пожали плечами. Вира довольно покивала и в сопровождении своего неизменного кавалера скрылась за дверью.

– И кому это, интересно, в голову пришло всех девиц поголовно наряжать невестами? – недовольно осведомилась Лиссандра.

– Это дань традиции, той самой, когда состоялась свадьба Ллины Номийской и Рингара мир Энривилля, – ответила ей Иванна.

– И что? Мы теперь все должны изображать эту самую Ллину? – не сдавалась рыжая.

– Тебя никто не заставляет наряжаться в золотое свадебное платье Ллины, но венок из белых цветов, хоть полевых, хоть садовых, ты надеть обязана, – отозвалась Рилана.

– Тогда почему мужчин не заставляют облачаться в свадебный венец Рингара, а? – Лиссандра все не унималась, более того, она повернулась к Андеру и задала этот вопрос ему.

– Я-то здесь при чем? – слегка опешил парень.

– Это же твоя дальняя родственница придумала этот обычай! – объявила моя кузина.

Я укоризненно покачала головой, – о том, что в предках Андера значились правители Номии, не знал никто, кроме нас с кузинами.

Друг побагровел, когда все взоры обратились к нему. Конорис и Дарин дружно присвистнули, Ристон оторвал взор от какого-то фолианта, Рилана и Иванна заинтересованно посмотрели на Андера, Ремиз хмыкнул и прищурился. Нелика, Зила и Элана переглянулись, а затем обратили свои негодующие взоры на меня. Йена громко вздохнула, а Ольяна, подбежав к своему предполагаемому свиданнику, порывисто обняла его и радостно заявила:

– Теперь уж точно мой папенька не будет против нашей свадьбы!

Андер окончательно вышел из себя. Он не слишком ласково отстранил от себя блондинку и прошипел:

– Я не желаю это обсуждать! Просто забудьте, и все!

Парень вышел на улицу, хлопнув дверью так сильно, что висящий у входа колокольчик упал на пол. Я недовольно поглядела на Лиссу, но она уже и сама была не рада, что проговорилась о происхождении ир Кортена.

Я поднялась на ноги, взяла в руки колокольчик и вручила его Лиссандре: мол, привешивай обратно как хочешь, а сама отправилась на поиски друга.

Андер нашелся довольно быстро. Я знала, что блондину понравилось то место на обрыве, где рос могучий дубравник. Я и сама подолгу могла стоять вот так – прислонившись к стволу дерева, обняв его и устремив взор на бескрайнюю морскую гладь. Если на душе было особенно тревожно, мне нравилось любоваться, как внизу, у подножия скалы, словно в кипящем котле, бурлят и пенятся волны, с шумом разбиваясь об острые камни.

Приближаясь к другу, старательно топала, чтобы не напугать его, а подойдя ближе, громко вздохнула.

– Да слышал я уже, что это ты идешь, – повернулся Андер в мою сторону, и его губ коснулась печальная усмешка.

Я обняла парня, блаженно закрыла глаза и прислушалась к шуму прибоя. Друг прижал меня к себе. Так, не двигаясь, мы и простояли некоторое время. Я начала различать в рокоте волн своеобразную музыку – неистовую, торжественную, временами грозную, тревожную, а иногда радостную и веселую. Казалось, морские волны доносят к берегу все, что они увидели там, в глубинах океана, ведь в них тоже кипит жизнь. Я открыла глаза и устремила взор вдаль – туда, где море сливалось с небом. Там, вдалеке, морская гладь была тиха и безмятежна, солнце превращало ее в сверкающее полотно невероятно глубокой синей расцветки.

От созерцания меня отвлек голос Андера.

– Знаешь, не будь Лисса девчонкой и твоей кузиной, я вызвал бы ее на поединок за то, что она с легкостью разбалтывает чужие секреты.

– Знаешь, – отозвалась я, – не будь Лисса моей кузиной, я бы и сама побила ее, несмотря на то, что я травница. Хотя и в данной ситуации сестрица заслуживает порицания.

Друг только хмыкнул в ответ, а я дополнила:

– Я тебе объясню, отчего она это сделала. Лисса злится на весь свет, а если рыжая зла, то обязательно испортит настроение всем окружающим и, безусловно, сама же и пожалеет об этом. Но это уже после того, как бед натворит. Да ты сильно не переживай, думаю, все наши поймут и будут молчать. Мы умеем хранить тайны.

– А этот, охранник твой…

– Ремиз? За него тоже не волнуйся, если я попрошу, он ни слова не скажет!

– Верю, – серьезно кивнул блондин. – Вы с ним довольно дружески общаетесь.

– Да не скажи! Мир Шеррервиль делает только то, что не противоречит его долгу перед Шайном.

– Да, кстати… Арриен все знает обо мне, однако наги еще не отыскали меня.

– И не отыщут, если ты сам этого не захочешь. – Я внимательно посмотрела на друга; он, с досадой поморщившись, махнул рукой.

– Не захочу, будь уверена. Я – боевой маг Андер ир Кортен, а не князь Номийский. И я никогда не относил себя к клану ир Стоквеллов.

Промолчала. И что тут можно было сказать? В этом вопросе переубедить парня не сумел даже мой дракон, хотя, видят боги, Шайнер изо всех сил старался уговорить Андера вспомнить об обязанностях рода и принять как должное, что ир Стоквеллы – это князья, которые кровью поклялись защищать нагов. Полузмеи, в свою очередь, должны были служить своим хозяевам до конца времен. По стечению трагических обстоятельств, из всего многочисленного рода правителей Номии на сей момент в живых остались только Андер да его дядюшка – булочник, который с радостью взял фамилию жены и крайне редко вспоминал своих предков. Андеру же батюшка с детства внушал, что он прежде всего боевой маг, а не отпрыск проклятого княжеского рода. Вот мой друг и чувствовал себя до мозга костей ведьмаком, призванным истреблять нежить, к которой, по недоразумению, относили нагов. И в парне боролись сложные противоречивые чувства, которые он старался упрятать в самые потаенные уголки своей души.

– О чем задумалась, подружка? – тихо спросил Андер, вновь отвлекая меня от грустных мыслей.

– Думаю, как нам завтра сбежать из-под надзора Ремиза и встретиться с Каем. Он мне уже сегодня вестника прислал, где подробно объяснил, как его найти. – Я обрадовалась возможности сменить тему, потому что то, что огорчало друга, не радовало и меня.

– У тебя есть идеи? – поинтересовался он.