Королевский Крест - Вадим Панов

— Если честно, мне не хочется общаться с концами. Тем более в пустынной библиотеке.

— Боитесь попасть под чары их семейной тайны?

— Вы читаете мысли.

В действительности же девушка не собиралась обращаться к любвеобильным толстякам по другой причине: кто знает, как отнесутся они к появлению старого артефакта? Возможно, купленный Крыловым карточный набор не стоил ни гроша и был изготовлен для местечковых ярмарок. Но вряд ли балаганная игрушка стала бы семейной реликвией графского рода.

В любом случае Анна не сомневалась, что набор является артефактом — она уловила идущий от него фон магической энергии и была полна решимости выяснить, что же именно попало в руки Никиты.

— Нашли что-нибудь интересное?

— Увы. — Девушка улыбнулась. Настроение у нее было не самое радостное, но сухонький старичок излучал такое дружелюбие, что не улыбнуться ему было невозможно. — Я перекопала часть рекомендованных вами книг, но…

— Может, мы неправильно ищем?

— Может быть, — согласилась Анна. — Опять намекаете, что мне надо ехать к концам?

— Мы еще не уверены, что в моем собрании нет нужной информации.

— Опять же, время идет, — не удержалась девушка.

— Но ведь вы хотите узнать о своем артефакте? — строго осведомился Хамзи.

— Хочу. Не люблю зря платить деньги.

— Редкое качество для женщины. — Теперь старик смотрел на девушку с гораздо большим дружелюбием. — Помнится, когда мой средний сын собрался обзавестись семьей, я сразу сказал ему, что жену следует подбирать хозяйственную…

«А разве среди шасов есть другие?» — подумала Анна.

— Женщинам только дай волю — разбазарят имущество на шубы какие-нибудь и не задумаются. Спасайся потом от кредиторов… — Генбек, видимо, вспомнив о чем-то, поджал губы. — Так вот, мой средний…

— Не послушался, — с улыбкой подхватила девушка. — И…

— Никаких «и», — отрезал Хамзи. — Женился, на ком я велел, и счастлив до безумия. Невестка у меня золото: домовитая, хозяйственная, бережливая, из хорошей семьи…

Анна помрачнела. Хамзи, чутко уловив, что клиентке не понравился ход разговора, быстро сменил тему:

— Давайте повторим еще раз, что мы ищем. Игровой артефакт, изготовленный ориентировочно в девятнадцатом веке.

— Две колоды карт в деревянной шкатулке.

— Выложенной изнутри зеленым бархатом.

— Рубашки карт синие.

— Имени мастера, разумеется, нет?

— Вы уже спрашивали.

— А вдруг оно есть и вы неожиданно об этом вспомнили? Женщинам свойственно вспоминать важные подробности через некоторое время. Вот моя жена, к примеру, двадцать лет хранила в секретере какой-то клочок бумаги, перекладывала его с места на место и никак не могла понять, почему не выбрасывает. Что-то ей мешало… А в одно прекрасное утро она вспоминает, как снять скрывающее заклинание, и выясняет, что все это время хранила долговую расписку уважаемого Юрбека Томбы.

— Бедный Юрбек.

— Не такой уж и бедный… — Генбек улыбнулся. Воспоминания об удачных сделках всегда приводили шасов в хорошее настроение. — Проценты по той расписке набежали…

— Артефакт, — напомнила Анна.

— Да, артефакт. — Старик покосился на обложку верхней книги из стопки. «Шулеры-маги и шулеры. Сводный каталог за XIX век». Анна была несколько удивлена, обнаружив в списках пару поэтов из школьной программы. — Здесь тоже ничего?

— Ни одного упоминания о подобной шкатулке.

— Логично, — вздохнул Генбек. — С магическими картами не пойдешь в заведение концов. Да и вообще не станешь играть в Москве.

— Возможно, владелец артефакта не посещал игорные заведения? Использовал карты только в частных компаниях?

— Слухи бы все равно появились.

— М-да… задачка…

Коммерческое использование магии в играх не запрещалось, но Великие Дома рекомендовали пользоваться ею предельно осторожно: за карточным столом челы становятся подозрительными, и одной неосторожной фразы достаточно, чтобы нарушить режим секретности. К тому же опытному магу не нужны игровые артефакты, он и так может заглянуть в карты противника, узнать, что придет в прикупе, или смешать колоду в нужной последовательности.

— Как правило, игровые артефакты изготавливались не для магов. Или за деньги, или в качестве платы за услуги. И использовались они только за пределами Тайного Города.

— Разве это не противоречит режиму секретности?

— Наоборот! Служба утилизации иногда специально подбрасывает челам странные факты, чтобы искали там, где ничего нет. Игровые артефакты заряжают небольшим количеством энергии, так что через неделю или месяц везение игрока заканчивается.

— У моей шкатулки до сих пор наблюдается магический фон.

— Может, ее изготовили недавно и специально состарили? Вы разбираетесь в антиквариате?

Анна прищурилась.

— Нет, не думаю… Чел, который ее принес, не знает о Тайном Городе. К тому же медальон выглядел достаточно старым…

— Медальон?

— Разве я не говорила?

Девушка прочитала в глазах Хамзи несколько ярко выраженных шовинистических мыслей и покраснела.

— Я…

— Что за медальон?

— Старинный герб, на котором изображено веретено и клубок ниток. Генбек, поверьте, я…

И осеклась.

И поймала себя на мысли, что впервые видит шаса, раскрывшего от удивления рот.

* * *

Южный Форт, штаб-квартира семьи Красные Шапки.

Москва, Бутово,

4 ноября, четверг, 11.12

— Паника тогда была страшная, мля… Страшнейшая! Зеленый Дом осажден, дружинники еле отбиваются. Чуды вконец озверели, концлагеря, в натуре, строят, за малолетними ведьмами по лесам гоняются…

— Педофилия, — со знанием дела поддакнул Иголка, довольно шустрый боец из десятки Копыто.

— Вот-вот, — не стал спорить уйбуй. — У этих педофилия, у этих крыша от страха съехала, а остальные не знают, за что хвататься. Морян в капусту покрошили, хваны на Алтай сбежали, наемники попрятались… Я тогда звоню Сантьяге и, в натуре, говорю: в городе шухер, мля, но ты не дергайся — северо-восток я прикрою, спи спокойно, мля.

Слушатели переглянулись, но промолчали.

— Короче, у Сантьяги гора с плеч свалилась. Такое обещать начал, смешно вспомнить. — Уйбуй потер лоб, припоминая события давно минувших дней. — «Выручай, грит, Копыто, а я тебя за это великим фюрером сделаю». Ну, я, в натуре, чуть виски не поперхнулся. «Знаешь, говорю, Сантьяга, я Кувалде до гробовой доски верен. У нас, у Красных Шапок, на этот счет строго: клятву дал — держись, клятву не дал — крепись. Вот как с этим у нас, у Красных Шапок…» — Копыто покосился на сидящих за столом дикарей. — Верно я говорю?