Криабал - Александр Рудазов

Разбудили его ни свет ни заря. Истошный душераздирающий крик раздался словно над самым ухом – и Танзен вскочил. Подпрыгнул на кровати, пытаясь сообразить – что это, кто, где.

Оказалось, что это просто дверной звонок. Все еще сонный, волшебник прошлепал к входу, открыл дверь – и увидел Гунявого. Довольно потирая руки, гоблин заявил, что нашел солнечного монаха и желает получить плату.

- Получишь, если сведения того стоят, - спокойно ответил Танзен.

- Стоят, сударь, стоят, - ухмыльнулся гоблин. – Солнцегляд во дворце одного из приспешников Властелина.

- Кого именно?

- А, а, а!.. – помотал пальцем Гунявый. – Деньги вперед!

Танзен усмехнулся, но положил гоблину в ладонь тяжелый золотой орб. Гунявый жадно засверкал глазами и отрапортовал:

- Его взял в плен лорд Бураадми. Солнцегляд напал на кого-то из его слуг, и Злой Раджа лично его схватил.

- Он жив?

- Вчера был жив. Сидел в темнице.

Танзен задумался. Нападать с бухты-барахты на приспешника – дело не самое разумное. В отличие от прихвостней, простых граждан Империи Зла, приспешники – существа очень опасные. Одни из них – могущественные волшебники, другие – великие воины, третьи – князья или полководцы, четвертые – вообще какие-нибудь чудовища.

Конечно, с самим Бельзедором ни одному из них не сравниться. Хаштубал Огнерукий наверняка одолеет любого из них с легкостью.

Но Танзен, к сожалению, далеко не Хаштубал Огнерукий.

Тем не менее, хотя бы прощупать почву необходимо. Необязательно использовать силовые методы. Возможно, Танзен сумеет найти иные пути.

Дворец лорда Бураадми оказался не в самом Бриарогене, а в доброй сотне вспашек к югу. На своих двоих Танзен шагал бы двое суток, так что он перешел в форму №35 (виверна). Благо эти летающие ящеры в Империи Зла не редкость, и удивления ни у кого не вызывают.

На исходе третьего часа волшебник опустился перед огромным разноцветным зданием. Он уже навел справки через Кустодиан и знал, что Бураадми, прозванный Злым Раджой – это действительно раджа, тхарийский принц в изгнании. Дядя нынешнего махараджи Тхарии, он десять лет назад пытался убить племянника и занять престол, но не преуспел и сбежал в Империю Зла. Темный Властелин дал ему убежище и даже сделал своим приспешником.

Здесь лорд Бураадми жил в роскоши. Еще с воздуха Танзен видел цветущий сад с фонтанами, гуляющих по нему павлинов и антилоп, золоченые купола и множество мраморных статуй, изображающих одного и того же полуголого толстяка.

Это оказался сам хозяин дворца. Причем он явно ждал прибытия Танзена и готовился к нему. Волшебник еще не успел приземлиться, а из ворот выбежали орки и ботвинники, с крыши вспорхнули имнии с луками.

- А-ха-ха-ха-а!.. – раздался гулкий хохот. – Вот и он, вот и он!.. Да узрят небеса глупца, что явился прямо в мою ловушку!

Вооруженные до зубов прихвостни расступились, и по дороге засеменили женщины в невесомых струящихся одеяниях. Они разбрасывали лепестки роз, и у каждой в пупке сиял драгоценный камень.

Вслед за ними шагал собственно лорд Бураадми. В одних только шароварах, зато с великолепными густыми усищами. Он держал по сабле в каждой руке и залихватски смеялся.

- Не пытайся убежать, дорогой! – вскричал он, глядя прямо на Танзена. – Мои верные друзья уж донесли, что явился ты вызволить своего сообщника! Я тебе того не позволю!

Танзен не особенно и удивился. Надо думать, Гунявый сразу же доложил куда следует, что кто-то интересуется пленником Злого Раджи.

И расклад сил был явно не в его пользу. Согласно правилам, в таких случаях следует немедленно отступать. Прямая конфронтация с кем-то полномочным, наделенным властью, разрешена только со специальной санкции.

К сожалению, Танзена никто не спрашивал о его желаниях.

Бураадми налетел на него как вихрь. Резанул по крылу, по лапе, закружился смерчем. Для своих лет и объемов двигался он удивительно быстро. Сабли так и порхали, так и летали в смуглых ладонях.

Это походило на какой-то вид волшебства.

Танзен перешел в форму №22 (акрилианин). Броня этих людей-крокодилов не уступает металлическим доспехам. Танзен клацнул пастью, шарахнул страшным хвостом – и Бураадми лишь чудом успел увернуться.

Но успел. Более того – его аура запылала огнем, глаза явственно засветились. Злой Раджа каким-то образом стал еще проворнее, а его сабли прорезали чешую Танзена, добрались до мяса.

А еще он... запел.

- Солнце восходит, и горы стоят!.. – танцевал Бураадми под играющую откуда-то музыку. – Ринулся в бой прекрасный раджа! Смотрят боги с небес, как прекрасный раджа дерзких плебеев поверг, песню при этом поя! Снова все хорошо, и девы вокруг! Все они очень хотят... раджу-у-у!..

Танзен перешел в форму №93 (драуг). Став псевдонежитью, он перестал чувствовать боль, обрел почти десятикратную против нормы силу. Обычная сталь перестала его пугать, а серебра при Злом Радже не было.

Однако тот не убоялся и драуга. Крутясь, как волчок, колыша жирным пузом, он увернулся от страшного удара и отсек Танзену руку. Тут же отпрыгнув, он укоризненно воскликнул:

- Эй, дорогой, прояви же уважение! Я спел и станцевал для тебя – теперь ты спой и станцуй! Что за драка без танца и песни, подумай сам!

В подтверждение своих слов он заколыхался всем телом, зазвенел золотыми браслетами на лодыжках и запястьях. Танзен, лишившийся руки, переметнулся в форму №25 (тигр). Огромный полосатый зверь прыгнул на Злого Раджу, схватил его зубами за плечо – но кожа оказалась прочнее камня!

- Солнце восходит, и горы стоят!.. – пропел Бураадми, с силой ударяя Танзена в нос. – С тигром сцепился прекрасный раджа! Смотрят боги с небес, как прекрасный раджа хищника злого поверг...

Танзен резко перешел в форму №46 (цанцер) и сомкнул на горле Бураадми клешню. Злой Раджа замолк на полуслове и затрепыхался, царапая карапакс.

Его многочисленные слуги подались вперед. Но Танзен сдавил сильнее, по смуглой коже потекла кровь – и все замерли. Волшебник щелкнул второй клешней у самого живота Бураадми, а торакоподами вырвал из его рук сабли.

Отбросив их подальше, Танзен еще разок встряхнул Злого Раджу, поднял повыше и проскрипел:

- Солнцегххляд. Отпустххите екххо.

Говорить было трудно. Мандибулы и ногочелюсти цанцера плохо справлялись с парифатской речью. У этих людей-раков язык собственный, очень сложный, приспособленный для водной среды.

Кстати о водной среде. Танзен уже начал чувствовать стеснение в жабрах. Цанцеры способны оставаться на воздухе часами, но им это неприятно.

Еще немного, и Танзену станет больно.

По счастью, Бураадми что-то прохрипел, и его слуги помчались выполнять приказ. Уже через несколько минут солнцегляда доставили к воротам.