Сбежавшая игрушка - Татьяна Алферьева

— Вчера ты сползла с седла полуживая, — напомнил Лэнс с легкой улыбкой.

— У меня сильно болела голова.

Надоело стоять просто так, без дела, и я взялась за свои волосы. Как могла пригладила их руками. Глядя на мои тщетные попытки привести лохматки в порядок, князь сказал: «Подожди», — и куда-то ушел. Я села на одеяло. Через пару минут двуликий вернулся и протянул мне небольшую металлическую расческу. С ее помощью я заплела на голове тугого «дракончика».

Один из ловцов, имени которого я пока не знала, принес воды для умывания, другой — завтрак: горячий куриный бульон с сухариками. Конечно, это была не курица, но вкус незнакомой дикой птицы практически не отличался от привычной домашней. Пока я ела, ловцы оседлали лошадей, свернули лагерь и теперь отчаянно делали вид, что нисколечко не интересуются невестой наследника. Но я постоянно ловила на себе их любопытные взгляды. Лэнс так и вовсе смотрел на меня без отрыва, с удовлетворением наблюдая, с каким аппетитом я ем.

Когда князь помог мне сесть в седло, подошел Дешон и протянул металлическую фляжку.

— Это отвар госпожа, такой же, как вчера. Пейте понемногу.

— Спасибо.

Ловец сунул сосуд во внешний карман небольшой чересседельной сумки, где уже лежали остальные мои вещи, и вернулся к своему коню.

Мы тронулись. Ехали в строгом порядке: во главе отряда — Дешон и Мика, за ними — я и Лэнс, позади — все остальные. День был солнечный, теплый и безветренный. Вокруг раскинулась холмистая цветущая, сочно-зеленая равнина с вкраплением перелесков и маленьких округлых рощиц. По правую сторону темнел лес, по левую иногда поблескивала река. Залюбовавшись, я не сразу заметила, как Лэнс поравнялся с Дешоном и Микой, а место князя тут же занял другой ловец. Его гнедой коротко всхрапнул, «поприветствовав» моего коня. Кажется, все в отряде всегда знают, что делать, причем не дожидаясь словесного приказа.

К вечеру я сильно вымоталась. Лэнсу пришлось снова брать меня на руки, нести к месту стоянки, укладывать на одеяло.

Лагерь разбили на берегу реки. Пока я отдыхала, ловцы купались. Сквозь дрему я слышала плеск воды, тихие шаги, иногда еле слышный шепот — меня боялись разбудить. Не знаю, насколько далеко пришлось сбегать Дешону, но, проснувшись, я увидела рядом дымящуюся кружку с отваром и горку знакомых ягод. Подошел Лэнс, молча положил ладонь мне на лоб, удовлетворенно хмыкнул и опять пропал. Потом он будил меня, чтобы поесть, но мне настолько лень было вставать, что я отмахнулась, повернулась на бок и провалилась в еще более глубокий сон.

Ночью мне приснился кошмар. Я нашла ту пещеру, через которую вошла в этот мир, и теперь ходила по ней в поисках тарха. С потолка капала вода, иногда осыпалась каменная крошка, вокруг не было ни души и стояла звенящая тишина. Я даже не слышала звука удара капель и камней об пол пещеры. Я приблизилась к зеркальной стене, которая на моих глазах стала прозрачной, и увидела свой родной мир — улицу с мчащимися по ней автомобилями, дома и электрические столбы. Казалось, сделай шаг — и ты дома. Я сделала, но тут же наткнулась на невидимую преграду, вязкую и липучую. Меня что-то не пускало обратно. Я отчаянно пыталась пробиться, однако все больше увязала в странной субстанции. И вдруг в пещере начался обвал. Я услышала, как за спиной грохочут камни, потоками льется вода. Попыталась рвануть назад, но ничего не вышло. Я застряла между своим и чужим миром. Мне оставалось только беспомощно биться и кричать от страха.

* * *

Девчонка нравилась ловцам. Лэнс это видел. Она благодарила их за каждую мелочь, тепло улыбаясь и иногда смущаясь, если делала что-то не так. Не раздражала дотошным интересом к их второй ипостаси или бессмысленным страхом, что было бы вполне ожидаемо от человечки на территории двуликих. Не ныла, не скулила, не капризничала, стойко перенося тяготы путешествия верхом. Даже болеть старалась незаметно для окружающих.

Он видел, как она устала за переход, однако не услышал от нее ни слова жалобы. Мелкая просто легла спать, завернувшись с головой в одеяло и отказавшись от еды.

Ночью он проснулся от ее стонов. Арина металась, словно пыталась выбраться из кокона одеяла, который сама же накрутила, но никак не могла. Глаза были закрыты. Лэнс поспешил ее освободить, но девушка продолжала стонать. Тогда он догадался, что ей снится кошмар.

— Арина, проснись. Это всего лишь сон.

Князь наклонился низко, к самому лицу девчонки, чтобы ловцы не слышали, как он зовет ее по имени, по настоящему имени. О том, кто она такая на самом деле, знали лишь Дешон и Мика. Наконец мелкая открыла глаза.

— Нет! — завопила она и что было сил толкнула Лэнса в грудь.

К собственному удивлению, тот не удержался и упал на бок. Девчонка села и замерла. Со всех сторон к ней были обращены горящие в темноте звериные глаза. По всей видимости, спросонья они произвели на Арину сильное впечатление. Она начала медленно отползать прочь.

— Что случилось? — к князю подбежал Мика в человеческом обличье.

— Ей приснился кошмар, — ответил Лэнс, поднимаясь на ноги и с тревогой замечая, что глаза Арины наполняются слезами.

— Я не вернусь домой, — дрожащим голосом произнесла мелкая, беспомощно глядя на двуликого.

Тот молча подхватил Арину с земли, крепко прижал к груди, рявкнул: «Всем лежать!» — и быстрым шагом пошел прочь. Он чувствовал, как вздрагивает ее тело от еле сдерживаемых рыданий. Она снова пыталась быть сильной, пыталась скрыть свои слезы, не желая показывать насколько ей сейчас страшно и тяжело, закрыв ладонями лицо, отгородиться от всего остального мира, остаться один на один с тем, что ее мучило. «Нормально», «Я справлюсь», «Все хорошо» — такие утверждения он слышал от нее постоянно. Девчонка не привыкла, чтобы о ней заботились, не привыкла к сочувствию, к снисхождению к ее вполне естественной женской слабости, хрупкости. Да как же ты жила все это время?! Как выжила и не сломалась?!

Лэнс пришел на берег реки, усадил Арину на высокую травяную кочку, опустился рядом, развел в стороны ее ладони и тихо сказал:

— Все в порядке, малыш. Тебе приснился кошмар. Слышишь?

— Он был такой реальный, — всхлипнула девушка.

— Это был просто сон.

— Я не могла вернуться домой. Я застряла. Я видела свой мир, он был рядом. И не могла… А потом обвал.

Она все-таки поделилась с ним тем, что ее так испугало. Лэнс обнял мелкую за плечи и привлек к себе. Он гладил ее по волосам, шептал слова утешения и зачем-то пообещал то, чего не мог обещать наверняка:

— Ты вернешься домой.

Она постепенно успокаивалась, вздрагивала все реже, дышала ровнее, расслабившись и обмякнув в его руках. Лэнсу вдруг стало не по себе от доверия, с каким девчонка прижималась к нему, неосознанно ища защиты и поддержки у того, кто хотел использовать ее в своих интересах. Лэнс тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли. Сейчас думать надо не об этом.