Свистать всех на дно! или Кто подставил принцессу? - Леси Филеберт

Вот даже не знаю, паниковать мне по этому поводу, или уже поздно…

Стоило нам приблизиться к воде, как из ближайшей волны внезапно вылетела медуза — та самая, с которой я уже была знакома, фамильяр господина ди Верна. Медуза всем своим существом излучала радость при виде меня, и она эмоционально размахивала лапками-щупальцами, в одной из которых была зажата бедная гитара.

— Ура-а-а! — вопила медуза на весь пляж, подлетая ближе к нам. — Ты снова привел эту ба-а-абу-у-у!..

— Райкху!! Мисс Родингер тебе никакая не "баба"! — укоризненно покачал головой Дрейк.

— Виновата! Каюсь! Прошу прощения у не-бабы! — пафосно провозгласила медуза, смешно хлопая круглыми глазками.

И щупальцами своими попыталась изобразить нечто, очевидно, изображающее некое подобие реверанса. Вы видели когда-нибудь медузу, приседающую в реверансе? Я вот тоже не видела. Поэтому капитально зависла сейчас, наблюдая за странными движениями медузы.

Дрейк фыркнул и виновато улыбнулся мне, уводя за руку дальше вдоль моря.

— Прощу прощения за поведение своего фамильяра. Не сочтите за оскорбление, просто я обычно никого не приглашаю в свой луамаоли, а тут, можно сказать, зачастил с вами… Вот Райкху и заносит на поворотах.

— А как часто вы вообще сюда кого-то приглашаете? — поинтересовалась я.

— Ну-у-у, как вам сказать… — неопределенно протянул Дрейк, отведя взгляд в сторону.

— Да никого он сюда не приглашает! — снова влезла медуза, с восторженными глазками витая вокруг меня и смешно дрыгая щупальцами. — Ты первая баба… Прош-ш-шу прощения — бейба! — кого он сюда тащит! А я знаю, о чем это говорит!..

— Райкху… — угрожающе произнёс Дрейк, гневно сощурившись.

— …что у вас скоро будут детки! — продолжала восторженно тараторить медуза, не обращая внимания на своего возмущенного хозяина. — Мно-о-ого деток! Я буду шикарной нянькой, эмейзенли нянькой, ты не пожалеешь!..

Я уже не знала, плакать или смеяться. Дрейк, судя по его выражению лица, тоже впечатлился нарисованными перспективами. Он попытался снова угомонить фамилльяра, но медуза не слушала и продолжала вдохновленно вещать:

— Ну как — скоро… Через девять месяцев! А, нет, стоп, надо же сюда еще приплюсовать конфетно-букетный период, период притирок, медовый месяц… Это что получается, только через год я нянькой буду, что ли?! — крайне возмущённо всплеснула щупальцами медуза, грустно тренькнув по гитаре. — Но это слишком поздно, через год я буду на год старше, я буду уже не такая молодая, не такая эмейзенли, Дрейк, с этим надо срочно что-то делать!..

Я прыснула в кулак от смеха, а Дрейк с чувством хлопнул себя ладонью по лицу.

— У всех фамильяры как фамильяры, — пробормотал он. — А у меня…

— А знаешь, какой Дрейк страстный в ночи?.. — продолжала медуза, перекувыркнувшись в воздухе передо мной. — Нет, ну на самом деле не только в ночи, ты не подумай, он и днем может, и…

— Если ты сейчас же не замолчишь и не оставишь нас в покое, я закрою тебе вход в мой луамаоли навсегда, — жестким холодным тоном произнес Дрейк.

Медуза тут же умолкла, сделав умильную рожицу, мол, я тут не виновата и вообще мимо пролетала. Сделала жест, будто бы щупальцем закрывает рот на замок, и заиграла на своей гитаре красивую романтичную музыку, тихонько мурлыкая простой, но приятный мотив.

Дрейк одобрительно хмыкнул.

— Вот правильно. Лучше играй и пой, у тебя это хорошо получается, когда ты не дуришь. Простите, принцесса, — вновь повернулся он ко мне. — Мой фамильяр от вас немножко без ума, кажется. Впрочем, — протянул Дрейк. — От вас действительно легко сойти с ума, хм…

Я вновь задумчиво закусила губу, не зная, как на все это реагировать, и терзаясь смутными сомнениями.

— Что вам от меня нужно, Дрейк? — решила прямо спросить я, не в силах просто молчать.

— М-м-м? В смысле?

— В чем причина вашего повышенного внимания? Какую итоговую цель вы преследуете, уделяя сейчас мне время? Чтобы… чтобы что? Чтобы выторговать через меня какие-то особые условия для Тироля? Чтобы вытянуть из меня какую-то информацию? Чтобы соблазнить с целью получения выгоды по карьерной лестнице, так сказать, в надежде на мою снисходительность к вам?..

— Ваше Сладчайшество, а вы всё на свете измеряете меркантильными интересами к вам? — иронично усмехнулся Дрейк.

— Я-то как раз не измеряю. Обычно так измеряют все мужчины вокруг. Так уж мне, как принцессе, "повезло".

— Ну значит, я буду первым нормальным мужчиной в числе ваших поклонников, — самоуверенно произнес Дрейк.

Подумал с секунду и добавил:

— И, пожалуй, последним.

Улыбка у него при этом была такая дьявольская, что я невольно прыснула от смеха.

Ишь, какой самоуверенный. Красиво говорит, ладно. Знать бы, что на самом деле скрывается за его словами… Сколько правды в его словах…

— И перестаньте называть меня сладчайшей, — добавила я. — Мне это не нравится.

— Врете. Вам это нравится. Иначе вы бы давно зафинтилили мне в глаз чем-нибудь твердым или острым, а желательно и тем и другим.

— Хэй, я не настолько вспыльчивая!.

— Да ладно? — коварно улыбнулся Дрейк. — А я видел краем глаза, как вы сегодня в порыве гнева метали антикварные вазы в вашего подчиненного Финеаса, или как там его… Неважно. Важно, что вазы были самые настоящие и летели в стену тоже по-настоящему. Краси-и-иво так, со звоном и фейерверком осколков!.. Я был впечатлен.

Я внутренне вспыхнула от смущения. Эпизод такой действительно имел место быть, когда я сегодня уже не выдержала и психанула на нервной почве, устав в одиночестве решать кучу текущих проблем, которыми обычно занимался мой брат, а тут вдруг все свалилось на одну меня, да еще ситуация с письмом тирольскому капитану от моего имени добила…

Финеас — молодой паренек в нашем дворце, что-то вроде мальчика на побегушках по самым разнообразным требованиям. Мальчишка хороший, старательный, и мы с ним были в отличных дружеских отношениях. Шустрый очень и умеющий быстро выполнять самые разные поручения, он умел грамотно делегировать задачи другим нашим подчиненным, попутно собирая различные сплетни. Собственно, именно поэтому во дворце и ценился, потому что всё обо всех знал, умел держать язык за зубами и делать то, что ему велят. Вот только он не всегда всё с первого раза идеально выполнял, за что периодически получал от меня метафоричный пинок, а иногда и не очень метафоричный.

Впрочем, не скрою, сегодня он мне просто попался под руку, потому что мои нервы были уже на пределе. Но да, вазами я действительно пошвырялась, от души так, с чувством, вкладывая в это все накопившееся раздражение. Ну а что? Вазы-то потом магией починили, приведя в цельный облик, зато я выплеснула негатив, отвела душу. Конечно, с посторонними людьми я бы так никогда не поступала (хотя иногда ох как хочется!!), но Финеас был уже в доску своим, и к моим причудам и перепадам настроения давно привык.