Ученик убийцы. Королевский убийца (сборник) - Робин Хобб

– Мы покончили с теми. Есть и другие, которые направляются сюда. Я следил за ними по докладам, но не ожидал, что они так быстро подойдут к самому Баккипу. – Он боролся с собой, пытаясь овладеть своим голосом.

– Мой принц, почему мы просто следим за ними? Почему мы не… разрешим эту проблему?

Верити издал слабый горловой звук и снова отвернулся к окну.

– Иногда приходится ждать и позволять врагу двигаться, чтобы понять его замыслы. Ты понимаешь меня?

– У «перекованных» есть стратегия? Не думаю, мой принц. Они были…

– Доложи мне все. – Верити по-прежнему не глядел на меня.

Я немного помолчал, потом начал рассказ. К концу моего доклада я начал говорить немного бессвязно, не позволяя словам слетать с моего языка.

– Но мне удалось оторвать его от себя. И все трое умерли там.

Он не отводил глаз от моря.

– Тебе следует избегать сражений, где требуется физическая сила, Фитц Чивэл. Похоже, ты всегда попадаешь под удар.

– Я знаю, мой принц, – покорно согласился я. – Ходд сделала все, что могла, чтобы подготовить меня.

– На самом деле тебя не учили быть воином. У тебя есть другие таланты. И именно их ты должен использовать, чтобы защитить себя. О, ты хорошо владеешь мечом, но ты недостаточно развит физически, чтобы быть настоящим бойцом. По крайней мере пока. И это всегда дает о себе знать в драке.

– Мне не предлагали выбрать оружие, – сказал я немного раздраженно. И потом добавил: – Мой принц.

– Нет. Не предлагали. – Казалось, что он говорит издалека. Легкое напряжение в воздухе сказало мне, что он пользуется Силой даже во время нашего разговора: – Тем не менее боюсь, что должен снова послать тебя туда. «Перекованные» сходятся к Баккипу. Я не могу понять почему, и, может быть, не так важно знать это, главное – не допустить, чтобы они достигли своей цели. Ты снова возьмешь на себя устранение этой проблемы, Фитц. Может, на этот раз я смогу удержать мою леди от участия в этом. Как я понимаю, если она вдруг захочет прокатиться верхом, то у нее теперь есть собственная стража?

– Как вам докладывали, сир, – сказал я ему, проклиная себя за то, что не нашел времени раньше прийти и поговорить с ним о страже королевы.

Он обернулся, чтобы посмотреть мне в глаза.

– До меня дошли слухи, что это ты санкционировал создание такой стражи. Не то чтобы я хотел присвоить себе твои заслуги, но, когда этот слух дошел до меня, я позволил им предположить, что это была моя идея. Полагаю, на самом деле я говорил тебе об этом – только весьма иносказательно.

– Мой принц. – У меня хватило здравого смысла ничего не добавлять к этим словам.

– Хорошо. Если моя королева так уж хочет кататься верхом, теперь у нее будет охрана. Хотя я бы предпочел, чтобы у нее не было больше встреч с «перекованными». Если бы я мог что-нибудь придумать, чтобы занять ее! – добавил он устало.

– Сад Королевы, – предложил я, вспомнив рассказ Пейшенс. Верити наклонил голову. – Тот, старый, на башне. Им не пользовались многие годы. Я видел, что от него осталось, после того как Гален распорядился все убрать, чтобы расчистить место для наших занятий Силой. Наверное, когда-то это было чудесное место. Кадки с землей и зеленью, статуи, плющ.

Верити задумчиво улыбнулся:

– И бассейны с водой, а в них водяные лилии, рыбки и даже маленькие лягушки. Птицы часто прилетали туда летом. Мы с Чивэлом любили играть там. На веревочках висели маленькие безделушки из стекла и яркого металла. И когда дул ветер, они звенели и так красиво блестели на солнце.

Я почувствовал, как мне самому становится теплее от его воспоминаний о том времени и месте.

– Моя мать держала маленькую охотничью кошку, которая любила лежать на теплых камнях. Ее звали Хисспит. У нее была пестрая шкурка и рыжеватые ушки. И мы играли с ней, привязав к веревочке пучок перьев. Она выслеживала нас среди цветочных горшков – считалось, что мы там изучаем названия трав. Я так никогда и не запомнил их как следует. Только эстрагон. Я знал все виды эстрагона, которые там были. Моя мать выращивала массу эстрагона. И кошачьей мяты. – Он улыбался.

– Кетриккен полюбила бы такое место, – сказал я ему. – У себя в горах она много времени посвящала садам.

– Ну да? – Он казался удивленным. – Я-то думал, что у нее были более… серьезные занятия.

Я почувствовал в его голосе мгновенное раздражение. Нет, нечто большее, чем раздражение. Как могло случиться, что я знал о его жене больше его?

– У нее были сады, – сказал я тихо. – Она выращивала множество трав и знала, для чего они все нужны. Я сам рассказывал вам об этом.

– Да, наверное, так. – Он вздохнул. – Ты прав, Фитц. Навести ее, пожалуйста, и расскажи о Саде Королевы. Сейчас зима, и вряд ли она может что-нибудь сделать с ним, но придет лето, и будет замечательно увидеть его снова цветущим…

– Может быть, вы сами, мой принц? – осмелился предложить я, но он покачал головой.

– У меня нет времени. Но я доверяю это тебе. А теперь вниз. К картам. Я должен кое-что обсудить с тобой.

Я немедленно направился к двери. Верити неохотно последовал за мной. Я придерживал для него дверь, и на пороге он остановился и оглянулся на открытое окно.

– Это зовет меня, – признался он. Спокойно, просто, как будто говорил, что любит сливы. – Это зовет меня каждое мгновение, когда я не занят. Поэтому я должен быть занят, Фитц. И очень занят.

– Понимаю, – сказал я медленно, вовсе не уверенный в том, что это так.

– Нет. Не понимаешь. – Верити говорил с огромной убежденностью. – Мое страшное одиночество, мальчик. Я могу достигать и касаться других. Некоторых – очень легко. Но никто никогда не отвечает на это. Когда Чивэл был жив… я все еще скучаю по нему, мальчик. Иногда мне так одиноко без него; это все равно что остаться одному в мире, подобно самому последнему волку, который охотится один.

Дрожь пробежала по моей спине.

– А король Шрюд? – спросил я.

– Теперь он редко пользуется Силой. Годы берут свое, и его тело дряхлеет, так же как и его разум.

Мы спустились еще на несколько ступенек.

– Только ты и я должны знать об этом, – добавил он тихо.

Я кивнул. Мы медленно спускались по лестнице.

– Лекарь видел твою руку? – спросил он.

Я покачал головой.

– И Баррич не видел. – Он сказал это, уже будучи уверенным в ответе.

Я ничего не ответил. На моей коже остались отметины зубов Ночного Волка, хотя он и кусал меня только играючи. Я не мог показать Барричу следы «перекованных», не выдав ему моего волка.

Верити вздохнул:

– Что ж, держи ее в чистоте. Я полагаю, ты и сам прекрасно знаешь, как держать рану чистой. В следующий раз, когда выйдешь из замка, помни об этом и будь готов. Всегда. Рядом может и не оказаться кого-нибудь, кто вступится и поможет тебе.