Пока смерть не обручит нас. Книга 2 - Ульяна Соболева

— Арсис! Выходи! Зачем тебе эта бойня? Выдай нам сучку, и мы пощадим тебя и твой дом в память о подвигах твоих сыновей. Ты и Мардж нам не нужны мы пришли за детоубийцей.

Я подтащила еще один мешок к забору и утерла ладонью пот со лба. Какая-то часть меня боялась, что он так и сделает. Что он отдаст меня им.

— Младенец жив. Никто не причинил ему вреда. — крикнул Арсис и у меня внутри все похолодело — он вышел на переговоры. Если учесть его отношение ко мне… то они будут недолгими, — ему спасли жизнь! И мы отдадим его матери.

— Какой матери? Нет ее у него! Она обезумела и повесилась, когда эта тварь украла малыша и оставила лужу крови и кишки в колыбели. Бесчувственная сука! Выдай ее нам мы посадим ее на кол!

— С чего вы решили, что это она?

— Хватит болтать, мельник! Давай нам девку или мы камня на камне здесь не оставим.

Мы подтащили еще один мешок, складывая их друг на друга и присыпали хворостом.

— Пригнитесь и быстро на мельницу, закроемся изнутри. Если прорвутся — спустимся в подвал, а оттуда через лаз в лес.

— Арсис, наше терпение подходит к концу. Если сейчас ты не выведешь к нам девку мы разнесем твои ворота и доберемся до тебя и твоей женушки. Еще в юности мечтал ей вдуть. Моя мечта осуществится. Помню какие у нее сочные белые ляжки…

Вместо ответа просвистела стрела и на мгновение наступила тишина. И через секунду раздался дикий вой толпы. Они бросились на забор, а мы с Мардж в здание мельницы, закрывая на огромный засов дверь, приваливая ее мешками и чувствуя, как все внутри сворачивается в ужас от страха.

— Мы вывернем тебе кишки, Арсис, предатель! Засунем тебе в зад раскаленный кол! Отдай нам шлюху из Блэра!

Голос оборвался. Арсис оказался метким стрелком.

— Придется жечь ограду! — крикнул мельник сверху, — Они лезут наверх. Маааардж!

— Жги!

— Мы останемся без муки!

— К дьяволу ее!

Мы поднялись наверх по узкой, крутой лестнице. Я, прижимая к себе младенца, а Мардж брала стелы, смачивала наконечники в жире и поджигая, протягивала мужу.

Снаружи послышались дикие вопли, я выглянула в окно и содрогнулась увидев, как по изгороди мечутся живые факелы, падают назад и вперед, ползут по траве, корчась и выгибаясь. Так не должно быть… Это все не должно происходить из-за меня. Это неправильно… Посмотрела на Мардж, на Арсиса, прицеливающегося в очередного жителя Адора.

«Ты принесла нам смерть… ты ее олицетворение».

А ведь это правда. Я ее принесла. Они правы. Пока меня не было в Адоре царил мир.

— Надо уходить. Приближается еще один отряд. Там человек двадцать. Сын и племянники кузнеца с молодняком с деревень. Мне долго не продержаться, — крикнул сверху Арсис.

— Раненного придется оставить здесь, — тихо прошептала Мардж и посмотрела мне в глаза. — и уходить. Мы сделали все что могли.

— Нет. Мы не можем его оставить.

— Можете…, - голос скорее был похож на глухой скрип, и мы обе обернулись, в узком проходе, ведущим на лестницу стоял Гортран, чуть пошатываясь и придерживаясь рукой за стены. — Давайте, уходите в лес. Я вас прикрою.

Говорит, а сам на меня смотрит. И взгляд совсем другой. Нет в нем той ненависти и презрения, которые раньше вспыхивали. На ребенка у меня на руках посмотрел и слабо улыбнулся, протянул руку, погладил маленькую головку.

— Сердцем он вас чувствовал. Не разумом. Разум иногда плохой советчик. А я не верил… я как они.

Я не понимала, что он имеет ввиду, но и спрашивать времени не было. Шум снаружи усиливался — толпа разносила все вокруг, слышался треск и грохот.

— Уходите. Я прикрывать буду. Это ваш единственный шанс. Забирайте ребенка и бегите. Я все равно далеко не уйду. Слаб еще.

Арсис бросил Гортрану арбалет.

— Храни вас Господь!

— Храни он вас. Уходите!

Снова на меня посмотрел, потом на Мардж и Арсиса.

— В лесу к реке двигайтесь, там укрыться можно в старом охотничьем угодье.

Я сжала его руку.

— Спасибо… Но вы окрепнете. Трава поможет. Вы должны бежать с нами.

— Она уже помогла. У меня свое предназначение, как и у каждого из нас. Без меня никто не выберется.

Снаружи раздался треск и грохот. Изгородь пала под натиском обезумевшей толпы. И я, прижимая к себе сверток, бросилась вниз по ступеням вместе с Мардж и Арсисом. Мы спустились в сырой и темный подвал, наощупь добрались до выхода, а когда мельник толкнул дверь плечом — та оказалась запертой. Снаружи.

— Ты закрыл?

— Нет! Здесь всегда открыто.

— Тогда что за черт?

— Не знаю. Может заело саму дверь.

Навалился еще раз. Покрутил ручку. Я скорее почувствовала, чем услышала, как тяжело дышит каждый из нас, понимая, что мы в ловушке.

— Кто мог это сделать? У кого был ключ?

— У… У Оливера, — голос Мардж дрогнул, — но он не мог. он…

Ее оборвал звон разбившегося окна и что-то тяжелое вкатилось в помещение.

— Арсис! Мардж! И блэровская Сука! Выходите! Ваш защитничек мертв. Сверху дохлым мешком свалился. Никто вам теперь не поможет.

— Посмотри вдруг факел кинули. — крикнула Мардж, — мукой засыпай если так.

— Они лгут. Блефуют. Гортран там, наверху и он защитит нас, — сказала я, глядя, как Арсис поднимается по ступеням, чтобы проверить, что именно они бросили в окно.

— Мы вас поджарим здесь, как крыс.

Арсис отшатнулся, едва вышел на свет, попятился назад, спиной, спускаясь обратно по ступеням. Дрожащий, взмокший.

— Там… его голова… Гортрана.

Мардж перекрестилась, а бледный Арсис посмотрел на меня, потом на ребенка. Нет, его взгляд больше не сверкал яростью. Скорее я увидела там обреченность и тихий упрек мне. Упрек за то что происходит с ними по моей вине.

— Они снаружи у самого входа. Если вылезу через окно сзади может не заметят. Я замок открою.

— Не успеешь. Заметят! — простонала Мардж.

— А что делать? Ждать пока они нас поджарят?

— Или вы подмоги ждете? Выродка чумного едва выскочил прирезали! Никто вас не спасет! — раздался снаружи все тот же голос. — Или пусть ведьма выйдет… и мы может быть оставим тебя в живых, Арсис и жену твою пощадим.

— Может быть. — вторил ему другой и гогот жуткий, какой-то пошло-гадкий. Они все сумасшедшие. Невменяемые, чокнутые фанатики.

Я судорожно глотнула разогревшийся воздух и сильнее прижала к себе малыша.

— Считаем до десяти. Если не выйдет к нам — подожжем дом. Выкурим вас всех.