Академия Пяти Стихий. Искры огня - Анна Платунова

– Что, Ран?

– Думаю, я могу тебе рассказать. Только тебе, пожалуй.

Я затаила дыхание. Он был серьезен, как никогда. Я кивнула, не зная, увидит ли он, но вслух ничего не сказала – боялась, что голос сорвется.

– Знаешь, мне иногда кажется, что во мне тоже существует изъян. Пока не очень заметный, но когда-нибудь все поймут… Я думаю, что совсем не умею любить.

Он смешался, заговорил быстро:

– Нет, я родителей, конечно, люблю, но это ведь не то… Я столько слышал про это чувство. Должна возникнуть искра. Пожар в крови. Молния пронзить. И все такое. Я думал, что это случится когда-нибудь, но нет. Вроде влюбленные способны на безумные поступки, перестают мыслить разумно, а я даже представить не могу ничего подобного.

Я молчала, ошеломленная его признанием, не представляла, что можно сказать. Просто нашла на ощупь руку моего друга и сжала его ладонь. Он сжал мою в ответ.

– Наверное, это не слишком-то мне в жизни помешает. Я буду хорошим мужем для той, кого выберут родители… Но иногда обидно как-то. Словно у меня части души не хватает.

– Ран… Я уверена, что все будет хорошо. Однажды это случится… С самой достойной и красивой… Вот увидишь…

Я путалась в словах, и он, кажется, почувствовал мою неискренность. В глубине души я даже испытывала торжество: если Ран никого не сможет полюбить по-настоящему, то и настоящей соперницы у меня никогда не будет. Зато друг у него уже есть – это я!

Но тут же почувствовала раскаяние – он доверился мне, а я, получается, почти злорадствую. И сказала уже от души:

– Ран, может быть, просто ты еще ее не встретил… Увидишь однажды и сразу поймешь, что это она.

Проклятие, как сжимает сердце.

– Спасибо, Корюшка.

Вот так в этот вечер я потеряла последнюю надежду на то, что Раннитар когда-нибудь меня полюбит. Зато обрела друга. И мне было одновременно горько и радостно. Полный кавардак в душе.

Но даже это было не худшей частью той вечеринки…

– Пойдем домой? – Он протянул мне руку, поднимая с земли.

– Пойдем? – удивилась я. – А разве не полетим?

Ран хитро улыбнулся:

– Этого почти никто не знает, но Аллис показал мне путь с горы, которым можно спуститься вниз. Вообще-то, ходить там запрещено, но иногда приходится пользоваться – не ждать ведь каждый раз воздушника, согласного подкинуть до площадки. Заодно и потренируемся!

Ран сказал это с таким энтузиазмом, что у меня немедленно заныли колени. Хотелось малодушно попросить пощады и выбрать легкий путь – спуск в компании воздушников, но я промолчала.

Для того чтобы попасть на тропу, пришлось пересечь всю площадку и выйти к противоположному краю. Здесь разбит был небольшой парк, и мы, когда шли, даже спугнули целующуюся в кустах парочку.

– Здесь, – сказал Ран, показывая на край площадки, над которым, словно специально, склонилась кряжистая ветка дуба, закрывая проход. – Пойду первым и буду тебя страховать. Тропинка отвесная, так что ступай очень осторожно.

– Хорошо, – пробормотала я.

Но уйти нам не дали. Из тени деревьев выступили три фигуры, их лица были полностью закрыты черными капюшонами. Не знаю, как они видели что-то сквозь непроницаемую ткань.

– Привет, – сказал глухой голос, тоже измененный до неузнаваемости. – А мы уже примерзли, вас дожидаясь. Я был уверен, Раннитар, что ты поведешь ее этой дорогой. А теперь иди дальше, а мы побеседуем с глупой пустышкой, чтобы не совалась туда, где отдыхают приличные маги.

Не надо было гадать, чтобы понять, кто скрывался под черными капюшонами. Конечно, Вик и его недалекие дружки. Будто маскировка могла кого-то сбить с толку.

Сначала я даже не испугалась. Вик всегда казался мне задиристым и злобным, но трусливым парнем. У него бы смелости не хватило на какой-нибудь откровенно мерзкий поступок. И Ран думал так же.

– Отойди, Вик, – сказал он почти беззлобно. – И сними эту гадость со своего лица.

– Я не Викар, – ответил тот.

Я присмотрелась внимательнее, но по фигурам, закутанным в темные плащи, трудно что-то понять.

Ран крепко взял меня за руку и пошел прямо на них, стараясь показать, что отступать он не намерен, а им ничего не остается, как только расступиться и дать нам пройти.

Парень в капюшоне, перегородивший путь, не сдвинулся ни на сантиметр. А когда Ран попытался его обогнуть, вдруг толкнул его в грудь. Ран, не ожидающий такого поворота событий – все же мы оба до последнего надеялись, что у Вика духа не хватит, – едва не упал, оступившись.

– Еще не понял, Раннитар? Не стоит водить дружбу с пустышками. А теперь иди, оставь ее нам.

На какой-то короткий-короткий миг мне привиделось, что все так и произойдет. Он лишь из вежливости сказал, что мы друзья. Зачем ему вступаться, рисковать ради какой-то девицы – пустышки, бездарницы и просто ни на что не способной слабачки.

Как хорошо, что секунда эта промелькнула в сознании и тут же растаяла без следа, потому что Ран, выпустив мою руку, подтолкнул меня в сторону выхода из парка и встал, перекрывая дорогу троим типам в капюшонах.

– Беги, Кора, – сказал он, не повышая голоса, будто ничего особенного сейчас не происходило, будто он не останется один против троих.

Я не сдвинулась с места.

– Кора, я кому говорю. Немедленно!

Опять включил голос наставника. Безотказный прием. Я после того, как услышу этот требовательный тон, уже действую, не задумываясь. Вот и сейчас сделала несколько шагов назад.

Это словно послужило сигналом к действию.

– А ну стой! – крикнул заводила, стоящий в центре, и ринулся за мной. Двое его подельников попытались схватить Рана за руки, но он – это было последнее, что я увидела, – отбил удары, а потом свалил одного из нападающих с ног и схватился с Виком. Или это все-таки был не Вик?

Я бежала по парку с бешено колотящимся сердцем. Но постепенно бежала все медленнее. Он там один. Ран, конечно, умелый и сильный, но даже ему не отразить натиск с трех сторон. И на этот раз у него нет деревянного меча.

Но я… Что я смогу сделать, если вернусь? Много ли от меня будет толку?

Впереди уже виднелись костры, которые к этому часу почти прогорели. Многие стихийники разошлись, остались только самые стойкие. Тут я поняла, что надо делать.

– Там Рана бьют! – крикнула я что есть сил, надеясь, что меня услышат. Увидела, как многие посмотрели в мою сторону. Осталось только надеяться, что они поверят пустышке и захотят ей помочь. Ладно, пусть не мне. Пусть Раннитару помогут!

– За мной! – крикнула я, развернулась и побежала в обратном направлении, не оглядываясь и не зная – придет ли кто-то на помощь.

В парке было тихо, так тихо, что я даже испугалась – наверное, уже слишком поздно. Но потом услышала едва слышный треск веток – борьба продолжалась, но все четверо боролись молча. Я подкралась, спряталась за толстым стволом, не зная, чем можно помочь.