Железный регент - Дарья Кузнецова

— Полотенце, — строго велела Черная Звезда и протянула руку.

Пришлось отдать ей свою единственную одежду и неловко прикрыться руками, настороженно косясь на дверь. Я отчаянно надеялась, что никто не войдет в самый неподходящий момент.

— Не сутулься, — отрывисто скомандовала женщина, обходя меня по кругу, и я получила ощутимый тычок острым пальцем между лопаток. — Да. Кости, конечно, торчат, но не сильно. Не тощая, а именно тонкая, хрупкая. Хорошо.

Дальше мне дали белье, в которое я поспешно облачилась и почувствовала себя куда увереннее: мягкая ткань ласкала тело и прикрывала от цепкого взгляда Паучихи.

— Почему ты стесняешься? — спокойно спросила Айга, выразительно вздернув аккуратно подведенную бровь.

— А почему не должна? — в свою очередь удивилась я.

— Потому что здесь нет посторонних мужчин. Ты что, никогда не пользовалась общественными купальнями? Откуда, кстати, Ив тебя привез?

— Из Далена, это…

— Северяне, — женщина махнула рукой, оборвав меня. — Можешь не продолжать. Нет ничего постыдного в наготе, когда она уместна. Особенно если это нагота красивого молодого тела. Разгуливать в таком виде по дворцу, конечно, не стоит, но в данный момент смущение неоправданно и глупо. В твоем случае даже нагота не выглядит бесстыдной, ты ведь явно совсем еще девчонка. Что ты на меня так недоверчиво косишься?

— Что значит — даже нагота? И почему именно в моем случае?

— Подрастешь — узнаешь, — рассмеялась она. — Некоторые и полностью одетыми умудряются выглядеть как… в общем, неважно. На севере вы, насколько я знаю, спокойно носите штаны, и такая одежда не будет тебя смущать? Отлично, подберем что-нибудь… необычное и привычное тоже.

— А можно я сначала поем? — проговорила я, с тоской поглядывая на груду ткани.

Паучиха снова смерила меня взглядом, усмехнулась и разрешила отложить примерку.

Когда через пару часов Черная Звезда с помощницами уходила, в сундуках моей спальни осела добрая половина того, что они принесли с собой: большинство одежды имело такой покрой, что даже не требовало подгонки по фигуре, все решалось с помощью пояса. Здесь не любили плотно облегающих вещей, предпочитали мягкие драпировки. Наверное, из-за жаркой погоды. Больше всего времени ушло даже не на примерку, а на мой завтрак и обучение меня искусству «как правильно надеть тунику».

Паучиха своим видом совсем не располагала к доверительным разговорам, поэтому я не рискнула задать те вопросы, которые собиралась, и вообще старалась помалкивать, отчаянно желая, чтобы женщина поскорее ушла. Мне кажется, Айга это понимала, и подобное отношение ее не то что не обижало, а искренне забавляло, как и мои короткие односложные ответы. Я старалась быть вежливой, но портниха вызывала устойчивую неприязнь, скрыть которую у меня, наверное, не получилось. У меня вообще никогда не получалось скрывать эмоции…

Правда, через несколько минут после того, как за Паучихой закрылась дверь, я пожалела о своей недальновидности. Чувства успокоились, а вопросы — остались, только теперь задать их было некому.

Я выглянула за дверь, про себя дивясь тишине и пустынности дворца. Странно, Райд говорил, что за дисциплиной следят строго, а занятия начинаются рано утром, но за все время я так никого и не встретила, и сейчас тишина, как будто на дворе глухая ночь. Может, все уже на занятиях, где-то в другом конце дворца?

Несколько мгновений я постояла на пороге, раздумывая, стоит ли идти искать кого-нибудь, но потом решила не спешить, а нежданно образовавшееся свободное время потратить на сон, и вернулась в покои. Не так уж хорошо я отдохнула в охапке Железного регента. Или последние переживания оказались слишком яркими? Во всяком случае, уснула я почти мгновенно, провалившись в глубокий сон без сновидений.

Проснулась уже ближе к вечеру и едва успела одеться и выйти в первую комнату, где обнаружился еще горячий ужин, когда дверь без стука распахнулась, и на пороге возник Железный регент. Хмурый, задумчивый и еще более всклокоченный, чем был утром.

— Здравствуй, — при виде меня он заметно посветлел лицом и улыбнулся. Почему-то от этого и у меня на душе потеплело. — Тебе подходит этот наряд, он гораздо лучше прежнего.

— Спасибо, — с некоторым смущением проговорила я. — Вы за мной?

— За тобой. Но ты можешь не спешить, — отмахнулся он, аккуратно прикрыл за собой дверь и прошел к креслу, в которое опустился тяжело, грузно, что было совсем не похоже на обычные его точные движения.

— А вы так и не отдохнули с дороги? — спросила я участливо.

Он слегка качнул головой, обвел взглядом меня, комнату, потом запнулся взглядом о собственные сапоги и со смешком заметил:

— Не отдохнул. И переодеться, похоже, тоже забыл.

— Вообще, здешние одежды очень… просторны, и я пока не поняла, отличаются ли мужские от женских, — осторожно заговорила я, осененная внезапной дикой, но интересной идеей.

— Предлагаешь мне примерить что-то из твоих вещей? — легко расхохотался Ив, с лету ухватив самую суть.

— Простите, — я виновато опустила взгляд. Похоже, в присутствии этого человека мое неумение держать язык на привязи достигает пика. Еще хорошо, что он не рассердился… — Мне кажется, очень неприятно ходить в пыльной дорожной одежде, а бегать туда-сюда, чтобы переодеться, у вас наверняка нет времени.

— Знаешь, что самое забавное? — все еще улыбаясь, проговорил он. — Пожалуй, кроме Паучихи, никто и не заметит разницы. Мужские и женские одеяния действительно отличаются… деталями. А порой и не отличаются вовсе. Но на пути воплощения этого плана я вижу две серьезных преграды. Во-первых, мне не хочется смущать тебя своим присутствием в твоей ванной; надевать же чистые вещи на грязное тело неприятно и неправильно. А во-вторых, не думаю, что размер обуви у нас тоже совпадает, — он выразительно хлопнул ладонью по высокому голенищу сапога. — Конечно, все эти вопросы вполне решаемы, можно было бы послать слугу за вещами, воспользоваться ванной в каких-то соседних покоях, но мне не хочется сейчас этим заниматься. Человек, с которым нам предстоит встретиться, наплевательски относится к таким мелочам, и куда проще сначала поговорить с ним, а потом уже спокойно заняться всем остальным. Впрочем, если тебя смущает…

— Нет-нет, если вам удобно, то все в порядке, — поспешила я заверить Ива. А потом, переводя тему, радушно предложила, широким жестом указав на стол: — Присоединяйтесь!

И только потом сообразила, что тарелку принесли лишь одну.

— Вот что я точно успел сделать, так это поесть, причем даже неоднократно, — вновь засмеялся регент, но все-таки подхватил с блюда апельсин и принялся его чистить.

Я же вновь поразилась, насколько улыбка и, паче того, смех преображают резкие черты его лица. Почти до неузнаваемости, как будто Ярость Богов превращается в совсем другого человека. Железным регентом он был тогда, когда не улыбался, а вот кто сидел сейчас передо мной — вопрос.