Гнев Новороссии - Георгий Савицкий

* * *

Тринадцать километров до Райгородка преодолели одним махом. Бой бушевал по всему поселку. На южной околице колонну с подкреплением встретили бойцы ополчения ДНР. Новоприбывшие солдаты стали спешиваться, рассредотачиваться, прячась за уцелевшими домами.

Серб подхватил винтовку и спрыгнул на растрескавшийся асфальт.

– Я буду рядом, русский доктор! – Камышовый кот щелкнул предохранителем снайперской винтовки «Zastava» M-76 и передернул затвор.

Старший лейтенант Новиков кивнул и огляделся. Небо над Райгородком было затянуто грязно-черным дымом и молочно-белой пылью меловых карьеров. В отдалении кружила пара украинских вертолетов «Ми-24». Несколько «Имбецилов» – так ополченцы называли украинские бронетранспортеры БТР-4 с квадратными огневыми модулями «Гром», увешанные решетчатыми противокумулятивными экранами. Но бронетехника киевских фашистов не решалась наступать.

Подоспевшие бронетранспортеры сразу же блокировали главную улицу. От грохота 14,5-миллиметровых пулеметов Владимира, которыми они были вооружены, заложило уши. На одном из БТРов под черно-сине-красным флагом на самодельном станке был установлен автоматический гранатомет «Пламя». Гранатометчик двумя длинными очередями опустошил тридцатизарядную ленту. «Второй номер» расчета сбросил пустую коробку-«улитку» и приладил новую.

– Рассредоточились, ребята! Держать сектора! – повстанцы в новеньких бронежилетах и экипировке, с мощным оружием разбивались на штурмовые группы.

«Желто-блакитные» каратели заняли терриконы и попытались подавить огнем ополченцев ДНР с господствующих высот. «Правосеки» лупили из крупнокалиберных пулеметов и автоматических гранатометов. При этом доставалось жилым кварталам – обычная тактика украинских войск.

– Осторожнее! Не высовываемся, ждем, пока «отработает» наша артиллерия.

Военные медики под командованием старшего лейтенанта Новикова наступали чуть позади боевых порядков ополченцев, готовые в любой момент оказать помощь. Новиков держал наготове свой пистолет-пулемет, хотя и понимал, что от него толку сейчас будет немного. Но все же вороненая тяжесть оружия несколько успокаивала.

И тут сказали свое веское слово автоматические 82-миллиметровые минометы. Два гусеничных тягача МТ-ЛБ остановились как раз неподалеку от медицинских джипов. Артиллеристы зарядили четырехзарядные кассеты. Из открытого люка транспортера командиры прокричали координаты целей.

– Огонь!

– Есть огонь!

Скорострельность «Василька» – сто выстрелов в минуту, так что все восемь мин ушли к целям меньше, чем за шесть секунд. Еще залп! И еще! Фонтаны взрывов поднялись над терриконами, радиус поражения каждой мины «Василька» – восемнадцать метров, при разрыве она дает от четырехсот до шестисот осколков. Украинские «горе-артиллеристы», даже если и остались в живых, отвечать больше не решились.

«Отработав» по целям, гусеничные тягачи с автоматическими минометами резво сорвались с места, чтобы не попасть под ответный огонь.

Старший лейтенант Новиков нажал клавишу рации, в кармашке бронежилета на левом плече. Микрофон и наушники радиогарнитуры были встроены в шлем.

– Это Змей, прием! Обоим джипам – сворачивайте на боковую улицу! Продвигаемся к центру поселка.

Пулеметчики на медицинских джипах тоже били короткими очередями, поддерживая общее наступление.

Вовремя они свернули: пара украинских «Крокодилов» развернулась и пошла прямо на то место, с которого только что били «Васильки». Накренившись в вираже, оба «вентилятора»[19]намеревались дать залп неуправляемыми ракетами. Но им навстречу хлестнули огненные плети 23-миллиметровых трассирующих снарядов. Это открыла огонь зенитная установка БТР-ЗД «Скрежет» с автоматической пушкой ЗУ-23-2. «Желто-блакитные» стервятники резко передумали атаковать и отвернули с боевого курса. Но для них «веселье» только начиналось!

На десантном гусеничном бронетранспортере БТР-ЗД «Скрежет» была установлена непростая «Зеушка». Артиллерийский комплекс ЗУ-23М1 был дополнен размещенным на ней модулем «Стрелец». Он обеспечивает применение двух ПЗРК «Игла» с общей платформы и наведением при помощи современных оптико-электронных прицелов.

Правое сиденье оператора огневой установки было убрано – автоматика здесь заменила человека, сканируя пространство холодными зрачками дневного и ночного прицелов и лазерного дальномера. Над спаренными стволами, увенчанными толстыми набалдашниками пламегасителей, располагались два транспортно-пусковых контейнера зенитных управляемых ракет.

Наводчик-оператор дал очередь из пушки, а потом перебросил переключатель «арт. – ракета» в режим применения «Иглы» и, развернув штурвалом установку, нажал на гашетки.

Пороховой стартовый заряд выбросил обе реактивные бестии в небо. Включились маршевые двигатели, чуткие инфракрасные головки навелись на источник тепла – им оказались выхлопы турбовальных двигателей ТВЗ-117ВМА. Генератор помех системы «Адрос» попытался сбить с толку головку самонаведения ракеты, но было уже слишком поздно. В замешательстве пилоты начали отстреливать тепловые «ловушки», и что не удивительно, это помогло больше. Одна зенитная управляемая ракета взорвалась возле пылающего магниевого факела.

Зато вторая «Игла» с полупрозрачной «нитью» отработанных газов реактивного двигателя прошила фюзеляж замыкающего украинского вертолета. Тяжелый «Ми-24ПУ» швырнуло вперед, он просел на хвост, из разорванных трубопроводов маслосистемы выплеснулось пламя. Окутанный дымом и пламенем «ґелікоптер» завалился набок и рухнул на окраине Райгородка.

Экипаж второго вертолета огневой поддержки украинской армии решил не испытывать судьбу и «нызенько-нызенько» свалил с поля боя, оставив «правосеков» без поддержки с воздуха.

* * *

Бронетранспортеры Народного ополчения Донбасса «перерабатывали на консервы» вояк Нацгвардии Украины и «Правого сектора». Танки Украинской армии не спешили продвигаться вперед и собирать все «подарки» в виде реактивных гранат и управляемых противотанковых ракет, которых у повстанцев было в достатке! Вместо скоординированного наступления танкисты ограничились лишь обстрелом окрестностей небольшого поселка с населением менее четырех тысяч жителей.

Медицинские джипы затормозили возле баррикады на одном из перекрестков поселка. Здесь держали оборону полтора десятка местных ополченцев. Неожиданно пришел вызов по рации.

– Змей, прием! Медицина, прием! Слышите меня?!

– Кто вызывает? – Константин Новиков зажал клавишу рации, другой рукой придерживая пистолет-пулемет.

– Командир местного ополчения, позывной Атаман. Нужно вывезти беженцев, они в церкви.

– Понял тебя, Атаман, сейчас уточним у местных, где это, и выдвигаемся.

Оказалось, церковь находилась на оккупированной украинскими войсками части поселка.