Баронесса, которой не было - Олеся Стаховская

– Все, Дар, достаточно. – Бран перехватил руку главного.

Тот без особого удовольствия отступил. Бран тем временем разрезал веревки, державшие девушку. Как только он освободил ее, она запахнула то, что некогда было рубашкой. Бран опустил ладони на ее плечи, успокаивая и ободряя.

– Как тебя зовут? – мягко спросил он.

– Ууууу.

Его голос, такой теплый и человечный, с ласковыми интонациями, столь неожиданными в этом страшном месте, где ее, без сомнений, ждала мучительная смерть, пробил плотину едва сдерживаемых эмоций. Девушка судорожно всхлипнула, а после и вовсе разрыдалась, прижавшись к незнакомому мужчине, белоярскому варвару, как к родному. Тот же обнял ее и ждал, пока она успокоится.

Сбиваясь, захлебываясь слезами, девушка пыталась рассказать, как очутилась на дороге один на один с вооруженным человеком, желавшим уничтожить ее. Мужчины обменивались растерянными взглядами, не понимая в этом икании и заикании ни слова.

Когда истерика схлынула, Бран помог Тали подняться и подойти к столу. Баронесса упала бы, не поддержи он ее. Пленницу усадили на топчан у стены. Дар поставил перед ней кружку с водой. Руки девушки так тряслись, что кружка ходила ходуном, а вода выплескивалась, заливая одежду и стол. Бран держал ее ладони, пока Тали пила. Она вновь попыталась заговорить, но вместо слов вырывались всхлипы.

На смену кружке пришла фляга, которую Дар пристроил к губам девушки, вынуждая сделать глоток. Он едва ли не силой вливал в нее горькую зловонную жидкость, удерживая Тали за плечи, пока она плевалась и откашливалась. Отвратительный на вкус напиток обжег горло, зато по телу растеклось приятное тепло, смывая напряжение.

– Можешь говорить? – поинтересовался Дар у осоловевшей пленницы. – Успокойся. Никто тебя не обидит. Призналась бы сразу, что девчонка, я не стал бы с тобой так… – в его голосе слышались сожаление и досада.

Мужчина поставил стул напротив Тали. Сел и продолжил допрос.

– Как тебя зовут?

– Тали, – пролепетала девушка.

– Полное имя, – не удовлетворился ответом Дар.

– Талиэн Валерия д’Варро. Баронесса д’Варро, – громко, с вызовом глядя в его глаза, ответила она.

Бран присвистнул. Дар замер, обдумывая услышанное. Обдумал. Решил задать следующий вопрос.

– И почему же граф д’Оррет хотел убить тебя, баронесса д’Варро?

– Потому что замуж за него не хотела, – ляпнула Тали первое, что пришло в голову.

Мужчины переглянулись и захохотали.

– Имперские выродки не умеют принимать отказы? – спросил Дар.

– Потому имперские дамы учатся владеть оружием, – поддержал Бран.

За этим последовал очередной взрыв хохота.

Отсмеявшись, Дар бросил снисходительно:

– Будешь хорошей девочкой, расскажешь все, что тебе известно, и мы вернем тебя папочке. Слово офицера.

– Мне назад нельзя, – замотала головой Тали. – А все, что знаю, я вам и так расскажу. Только известно мне немного. Зря вы графа убили, он наверняка был в курсе планов генерала.

Тали подозревала, что Виллем успел сообщить герцогу д’Ирву, кем на самом деле является его вестовой. Исчезновение графа не останется незамеченным, не такая он фигура, и ее возвращение к отцу может навлечь беду на них обоих. В том, что герцог велит повесить ее на первом же суку, девушка ни секунды не сомневалась. Так же, как и в том, что барону вряд ли удастся второй раз избежать трибунала. Если, конечно, он вступится за названую дочь, а не примется самолично узлы на веревке вязать. Тали ясно сознавала, что назад дороги нет.

Руководствуясь этими доводами, девушка решила подробно пересказать события последних дней и доверить свою судьбу белоярским воинам.

В том, что ей сохранят жизнь, она больше не сомневалась. Тали заметила, как доброжелательно глядит на нее Бран. Помнила, как заботливо накрыл он ее плечи своим мундиром. Очевидно, что этот юноша – дворянин. Простые вояки не носят такие мундиры и не ведут себя столь благородно, вступаясь за честь незнакомых дам. Безусловно, благороден и… да, хорош собой. Он не даст ее в обиду. Возможно даже, возьмет в жены. После всего, что здесь произошло, он как благородный человек просто обязан на ней жениться. В голове промелькнула мысль, что жениться на ней по-хорошему должен менее благородный, на ее взгляд, Дар, который скомпрометировал ее. Скомпрометировал же? Но девушка отмахнулась от подобного вздора. Ну нет. Он дикарь. Самый настоящий зверь. Порывистый, непредсказуемый. И потом, Бран же присутствовал на допросе? Присутствовал. Следовательно, тоже ее скомпрометировал. Значит, Бран. Решено.

Ресницы девушки трепетали, пока она, доверчиво глядя Брану в глаза, делилась своими горестями, попутно выкладывая сведения о настроениях в ставке герцога д’Ирва, его планах и численности войска. Дар ловко задавал наводящие вопросы, выуживая необходимую информацию и с трудом пряча улыбку. Его забавлял неумелый флирт пленницы, адресованный Брану, равно как и заинтересованный блеск в глазах юноши.

– Относительно той истории трехлетней давности, не знаю, поверишь или нет, могу сказать наверняка: наших людей на границе не было, – сообщил Дар, после того как допрос подошел к концу. – Полагаю, так имперцы в очередной раз пытались развязать войну. Кого-то из ваших не устраивает шаткий мир между нашими государствами. Те диверсии, скорее всего, были спланированы кем-то из имперских дворян. Не исключаю, что графы д’Орреты, и старый, и молодой, замешаны в том деле, это объясняет стремление твоего жениха избавиться от тебя как от последнего свидетеля. Тем более что империя готовится начать войну. И для ее развязывания используют уже опробованные методы. Не о благе империи беспокоился твой жених, а о том, чтобы не всплыло его участие в той грязной авантюре. Видишь ли, никто из солдат, участвовавших в той операции, не выжил. Пленных не брали, а если кто и сдался, с ними расправились на месте. В результате допрашивать было некого. Мертвые тела в форме белоярской армии – самые красноречивые свидетели. Очень удобно, не правда ли? Задание изначально было задумано с таким исходом. Вопрос лишь в том, с какой целью тебя послали вместе с ними. Полагаю, в такие отряды набирали отъявленных мерзавцев. Сколько тебе тогда было?

– Четырнадцать, наверное, – пожала плечами Тали. – Я ведь уже объяснила, что ничего не помню.

– Странно, зачем избавляться от ребенка, да еще таким способом?

Мужчины какое-то время обсуждали, как с ней поступить. В результате Дар принял решение:

– Остаешься у нас. Своим людям велю, чтобы тебя не трогали, но учти: попытаешься бежать – убьют на месте.

Тали закивала, всем своим видом демонстрируя, что сбегать не намерена.

– Бран, устрой ее. А парням скажи: начнут приставать – разговор с ними будет короткий.

Бран взял девушку под локоть и вывел из дома.

Белоярцы разбили лагерь на лесной поляне. Бревенчатая изба, в которой допрашивали Тали, была единственным основательным строением, остальное пространство занимали палатки. Лагерь оказался небольшим, в ночной темноте девушка с трудом различила пять палаток. В одну из них Бран завел ее. Зажег свечу. Язычок пламени заплясал, разгоняя тьму по углам.