Человек с мешком - Александр Романов

Причем Капка это тут же подтвердил.

– Я готов служить вашей милости, сударь! – деревянным голосом сообщил он. Каково-то ему досталось так изъясняться! – Каждый будет готов выполнить волю Великого Неба! Но… – Он слегка растерянно запнулся. – Почему вы сразу не… не показали всем?

А, чтоб тебя! Сообразил быстро! Как говорится, всегда умен был! Я торопливо бросил взгляд окрест. Хвала Небу, нас еще никто не обнаружил! Просто аномалия какая-то по здешним местам, честное слово! Но сейчас такой оборот меня вполне устраивал. Я быстро засунул перстень, закончив прикуривать, обратно в небытие – где он и был. Затем затянулся и посмотрел на Капку, уже успевшего прийти в себя и даже начавшего что-то соображать.

Чего б ему такого сказать-то, чтоб не особо выбивало из колеи?

– Благодарю вас, сударь, – чопорно сообщил я все еще малость контуженному магистру Остравы, – за ваше приглашение. Я с удовольствием приму его, если у меня выпадет такая возможность.

– Как будет угодно Посланнику Высокого Неба, – пробормотал Капка, низко кланяясь. Но, похоже, теперь перспектива близкого знакомства с настоящим джинном его, кажется, не очень радовала. – Могу ли я теперь оставить благородного джинна, если мне это будет позволено? – продолжал между тем изощряться Великий магистр, явно при дворах собаку съевший. И не одну.

– Можете. – Я не стал его задерживать. Сказал лишь напоследок: – Только не распространяйтесь, пожалуйста, милейший, о том, что я такой уж Посланник. Хорошо? – Не хватало мне, действительно, чтоб этот вопрос опять дебатировать начали. На фиг.

– Как будет угодно Посла… благородному господину джинну, – с готовностью признал Капка и, не разгибаясь, упятился задом, явно чувствуя облегчение оттого, что уходит.

Ох, похоже, не все так просто с Верховным магистром, как мне казалось. Ох непросто!

Но сколько можно разбираться во всех этих историях, в которых я и половины смысла не понимаю! В самом-то деле! Ну ушел он и ушел! И дело с концом!

А мне и вправду самое время пива выпить. Лезть в мешок, может быть, и преждевременно, но взять тайм-аут от этой беготни – очень даже в самый раз. Хватит, погеройствовали.

Я докурил свою многострадальную сигарету, бросил ее в траву. Растоптал. И отправился к себе в палатку.