Эрагон. Наследие - Кристофер Паолини

«Если бы нам удалось как-то взорвать этот скальный навес, мы могли бы сокрушить цитадель и большую часть города, — думал Роран, но это казалось ему нереальным, поскольку нависавший выступ был слишком мощным. — Также можно попытаться взять стену, что высится на холме, а потом оттуда забросать камнями и залить кипящим маслом тех, кто внизу… Хотя это, пожалуй, нелегко сделать. Сражение придется вести, поднимаясь по склону, и потом еще эти стены… Возможно, эльфы смогут. Или куллы. Куллам эта идея, наверно, даже по душе придется…»

Река Рамр протекала в нескольких милях к северу от Урубаена — слишком далеко, чтобы помочь варденам. Сапфира смогла бы, конечно, прорыть достаточно глубокий канал и отвести воды реки, но даже ей на это потребовалась бы не одна неделя, а варденам, не имевшим достаточного запаса провизии, несколько недель здесь было не продержаться. В лучшем случае несколько дней. А потом пришлось бы голодать или распустить войско.

Таким образом, единственная возможность — это нанести удар первыми, не дожидаясь удара Империи. Хотя Роран вовсе не был уверен, что Гальбаторикс действительно ударит первым. Пока что он, как ни странно, позволил варденам подойти к его столице почти вплотную. «С какой стати ему рисковать собственной головой? Чем дольше он выжидает, тем слабее становимся мы», — думал Роран.

А это означало фронтальный штурм — безумную, наглую атаку на открытом пространстве, и это при наличии таких мощных стен, которые ничем не пробьешь, которые слишком высоки, чтобы с легкостью на них взобраться — особенно когда в твоих воинов непрерывно стреляют из луков и различных боевых машин. Когда Роран себе это представил, холодный пот выступил у него на лбу. Ведь вардены просто полягут там, точно стадо скота! Роран выругался: «Нас тут будут разносить в клочья, а Гальбаторикс будет сидеть на троне да посмеиваться! Если бы мы сумели подобраться к стенам достаточно близко, тогда солдатам на них невозможно было бы в нас стрелять, но тогда они запросто могли бы поливать нас кипящим маслом и осыпать градом камней».

Даже если бы варденам и удалось проломить стены и ворваться в город, там предстояли бы кровопролитные сражения с немалой армией Гальбаторикса. А кто его знает, каких воинов он сумел себе создать с помощью своей магии? И какова стойкость обычных солдат из его войска? Станут ли они сражаться до последнего вздоха? Или их можно чем-то испугать? Устоят ли они, или побегут с поля боя, если наступление варденов окажется слишком мощным? И главное, какие магические средства использует Гальбаторикс?

Согласно сообщениям шпионов, во главе армии Урубаена Гальбаторикс поставил какого-то графа Барста. Роран никогда прежде об этом лорде Барсте не слышал, а вот Джормундур после рассказов шпионов сильно встревожился, да и люди в полку порассказали Рорану немало всяких историй, которые убедили его, что это настоящий злодей. Говорили, что лорд Барст владел обширным поместьем неподалеку от Гилида, но вторгшиеся туда эльфы заставили его это поместье оставить. Говорили также, что вассалы Барста всегда испытывали перед ним смертельный ужас, поскольку он вмешивался в любые споры, жестоко наказывая спорящих, а преступников или тех, кого считал в чем-то неправыми, предпочитал попросту казнить без суда и следствия. Правда, ничего особенного в этом не было; многие лорды в Империи пользовались репутацией жестокосердных злодеев. Но Барст, похоже, был не только безжалостен, но и впечатляюще силен, а также невероятно хитер. Судя по тому, что Роран успел о нем услышать, он отличался незаурядным умом, хотя и был явно полным мерзавцем. Было ясно: недооценивать такого врага недопустимо. Кроме того, вряд ли Гальбаторикс поставил во главе своего войска слабака или тупицу.

И потом, нельзя было забывать о том, что в Урубаене имеются еще Муртаг с Торном. Гальбаториксу, возможно, и выходить из своей крепости не придется, ведь город наверняка будут защищать красный дракон и его Всадник.

«Эрагону и Сапфире придется выманить их и увлечь за собой, иначе нам Урубаен ни за что не взять». — Роран нахмурился. Это будет действительно проблема. Муртаг сейчас сильнее Эрагона, а значит, Эрагону непременно понадобится помощь эльфов…

И снова горькое чувство досады и гнева охватило Рорана. До чего же противно было вечно зависеть от тех, кто способен использовать магию! Когда речь идет о силе и хитрости, соперники могут восполнить нехватку одного за счет другого. Но если тебе не дано пользоваться магией, а твой противник это умеет, тут уж ничего не поделаешь.

В отчаянии Роран поднял с земли камешек и, как учил его Эрагон, сказал: «Стенр риза», требуя, чтобы камень поднялся в воздух, но камень так и остался лежать у него на ладони.

В его руках камешек всегда оставался неподвижен.

Роран фыркнул и отшвырнул камешек на обочину дороги.

Его жена и будущий ребенок находились сейчас в лагере, им грозила нешуточная опасность, а он ничего не мог поделать. Не мог же он убить Муртага или Гальбаторикса! Роран стиснул кулаки и представил себе, что ломает своим врагам кости.

«Может, нам лучше сбежать отсюда, пока не поздно? — впервые в голову ему пришла подобная мысль. Он знал, что на востоке есть земли, куда Гальбаториксу не дотянуться — плодородные равнины, где обитают только кочевые племена. Если бы и другие жители Карвахолла пошли с ними вместе, можно было бы все начать сначала и быть свободными от власти Империи и Гальбаторикса. Роран отогнал эти мысли, чувствуя себя отвратительным предателем. Неужели он покинет Эрагона, свой полк, людей, которые ему верят, землю, которую считает своей родиной? — Нет! Я не позволю, чтобы мой ребенок родился и жил в таком мире, где правит Гальбаторикс. Лучше уж умереть, чем вечно жить в страхе!»

Это, разумеется, по-прежнему не решало вопроса о том, как варденам взять Урубаен. Во всех прежних случаях Рорану всегда удавалось отыскать некое слабое звено в обороне неприятеля, и эту слабину он с успехом использовал. В Карвахолле неудачная атака раззаков позволила ему убедить односельчан, что и они могут успешно сражаться. В сражении с ургалом Ярбогом таким слабым местом оказались страшные рога этого чудовища. В Ароузе им помогли каналы. Но здесь, в Урубаене, Роран не видел ни одного слабого места, ничего такого, где можно было бы обратить мощь противника против него же самого.

«Если бы у нас было больше провизии, я бы просто подождал и уморил их голодом. Это было бы лучше всего. Все остальное — чистое безумие. — Но, как и сам уже прекрасно понимал Роран, любая война по сути дела — это бесконечная череда безумств. — Магия — вот единственный способ, — в итоге решил он. — Магия и Сапфира — только это может спасти нас. Если нам удастся убить Муртага, тогда либо Сапфире, либо эльфам с их магией придется помочь варденам пробиться внутрь этой цитадели».

Роран сердито сдвинул брови, чувствуя во рту противный, кислый привкус, и ускорил шаг. Чем скорей они разобьют лагерь, тем лучше. Он сильно натер себе ноги, постоянно идя пешком, и если уж ему суждено умереть во время бессмысленного штурма этой твердыни, то, по крайней мере, перед этим он хотел бы получить горячий обед и хорошенько выспаться.