Повелитель гномов - Маркус Хайц

Она попрощалась со всеми, заключив друзей в объятия, всех, кроме Родарио. Надувшись, он отошел в сторону, но тут же повернулся и помахал Андокай рукой.

— Уходите, восхитительная колдунья. Как вы и сказали, я буду выбирать себе женщин, которые меня ценят. И знали бы вы, как они меня ценят!

Андокай ушла, и Джерун, как всегда, последовал за ней. Остальные смотрели им вслед, погрузившись в свои мысли. Наконец Балендилин откашлялся:

— Я тоже пойду, друзья мои. Нужно подготовить следующее собрание гномьих племен, которое пройдет в ближайшем будущем. — Он кивнул Гандогару. — После того как ты вышел из-под дурной опеки Бислипура, нет никаких сомнений в том, кто будет избран следующим Верховным королем. Ты проявил себя, и станешь достойным преемником Гундрабура.

— Даже я бы за него проголосовал, — ухмыльнулся Тунгдил, протягивая королю Четвертых руку, которую тот энергично пожал. — И помните о том, что каждое племя должно прислать к нам, в королевство Пятых, по сотне своих лучших воинов и ремесленников, чтобы нам с Балиндис было не так одиноко и мы могли запечатать Каменные Врата. Серые горы должны быть заселены, — сказал он им, вспоминая просьбу Гизельбарта. — Залы замка больше не будут пусты. Посмотрим, захотят ли с нами говорить те гномы, которые живут в туннелях. Возможно, им захочется переселиться из штолен в более удобное жилище.

— Как бы то ни было, мы им это предложим, — согласился с ним Гандогар.

— Вот так создаются новые племена. И Враккасу не приходится заниматься этим самому. А что мы будем делать с племенем Третьих? — спросил Балендилин.

Тунгдил взглянул на восток, где возвышались Черные горы. Там находилось королевство потомков Лоримбура.

— Наверняка я не единственный из тех, в чьем сердце нет ненависти к остальным, — тихо ответил он. — Когда мы наведем порядок в королевстве Пятых, я побываю у Третьих и побеседую с ними. — Он обвел взглядом королей. — Когда я говорил о мире, я имел в виду и Третьих тоже.

Улыбнувшись, Балиндис взяла его за руку, и он сжал ее пальцы.

Люди, эльфы и гномы постепенно расходились. Балиндис с Тунгдилом остались полюбоваться закатом. Над Потаенной Страной зажигались звезды, а воздух становился холоднее. Вокруг все еще царила зима.

Они по-прежнему держались за руки, и Тунгдил ни за что на свете не отпустил бы сейчас гномку.

Звездочка, скатившись с неба, прочертила яркую полосу с востока на запад. Ее след из белого постепенно переходил в алый. Полыхнув напоследок, она исчезла, оставив в небе бордовые отблески, напомнившие Тунгдилу капли крови.

— Это добрый знак или дурной? — обеспокоенно спросила Балиндис.

Пожав плечами, Тунгдил обнял ее за талию, встав у нее за спиной.

— Добрый, — ответил он наконец и погладил пух на ее щеках.

— Откуда ты знаешь?

Он засмотрелся на темный горизонт, наблюдая за тем, как загораются огоньки деревень. Гном радовался тишине, которую принес мир, и ожидал весны, когда Потаенная Страна впервые за столько лет зазеленеет и расцветет.

«Впервые за тысячи солнечных циклов».

— Мы пережили столько всего плохого, что сейчас знаки могут быть только добрыми, — шепнул он ей. — След был красным, а это цвет любви. Не волнуйся. Пойдем к остальным. Наконец-то мне вновь хочется праздновать.

Взявшись за руки, они побежали по склону горы Черное Ярмо, которую гномы перестали бояться.

Спускаясь по ступенькам, они не заметили, что по небу покатилась вторая звезда.

С шипением комета устремилась на запад и, не сгорая, стала снижаться, пронзая облака. Оставив за собой бордовый след, она скрылась за горизонтом за горами Первых. Когда она упала на землю, по всей Потаенной Стране прокатился глухой удар. Зашаталась и гора Черное Ярмо.

А затем все стихло…