День Вампира - Олег Дивов

– Значит, так, Регуляторы, – сказал он хрипло. – Есть проблема, которую нужно было решить еще сто лет назад. Но все занимались другим. Теперь придется глупости отложить. Объявляю чрезвычайое положение. Кони, пони и остальные лошади Пржевальского как-нибудь пару дней в загоне перебьются. Сена пожуют. Я сейчас, подождите минуту.

Гош ушел в дом и действительно через минуту вернулся. В руках у него оказалась пачка ученических тетрадей и несколько шариковых ручек. Пока его не было, никто у крыльца не проронил ни слова.

– Олег, тебя это тоже касается, – заметил Гош, протягивая ему тетрадь и ручку. – В твоих же интересах.

– Я понял, – кивнул Олег, принимая дар. – Мне только раньше не приходило в голову…

– А я не понял, – пожаловался Костя.

– Это очень просто, – заверил его Гош. – Даже у тебя получится, хотя ты и неграмотный. Или ты был тот самый милиционер, который умеет читать?

Костя хохотнул.

– Я знал дорогу домой, – сказал он.

– Это вы о чем? – спросил Олег заинтересованно.

– Анекдот времен Олимпиады, – объяснил Костя. – Почему менты ходят в Москве по трое? Потому что один умеет читать, другой считать, а третий знает дорогу домой. Гошка, ты хочешь заставить нас писать отчеты?

– Умница, – кивнул Гош. – И прямо сейчас. Каждый садится, где ему удобно, и записывает все, что помнит. Всю историю своих злоключений с того дня, как проснулся. Начните с фактической части – координаты всяких полезных мест, ареал распространения тупых и так далее. А потом советую нажимать на эмоции. Что почувствовал, как себя вел… Про нездоровую агрессивность и прочие опасные тенденции не забудьте. Но, разумеется, во первых строках – имена, адреса, явки, пароли.

– Догадались, – фыркнул Костя.

– Про то, как реагировать на тупых, – детально. Во избежание новых эксцессов. Записи упаковать герметично и держать при себе. Женечка, бери.

Женя молча взяла тетрадь. Глаза у нее были мокрые. Гош воткнул ей ручку в карман и раздраженно клацнул зубами.

– Не падай ухом, солнышко, – посоветовал он. – Может, еще обойдется. Вдруг, Большой не выйдет из комы, а просто тихо помрет. Тогда и нам писанина не понадобится. Можно будет спокойно взять по ящику водки на лицо, отправиться к Москве и запузырить последнюю мину в Кремль. Если, конечно, мы не заснем прямо сегодня.

Костя зевнул.

– Я тебе! – пригрозил Гош, показывая кулак.

– Да это шутка, капитан.

– Шутки кончились, – сказал Гош очень твердо, как в прежние времена, когда Регуляторы были войском, а не просто группой товарищей.

– А вдруг мы проснемся с полным объемом памяти? Или вообще не заснем? – предположил Олег. – Может, с Большим – какой-то частный случай?

– Знаешь, почему Регуляторы графства Линкольн так долго продержались? – усмехнулся Костя. – Они понимали, что рано или поздно им конец. Были готовы к худшему. Думаешь, мы из пижонства обозвали себя Регуляторами? Как же! Это нам твои дружки-тупые устроили такую веселую жизнь. Научили уму-разуму. Так что, дорогуша, если приказано готовиться к худшему – будь готов!

– Наплюй ты на тупых, – посоветовал Гош. – Это не они, это Олежка из нас банду сделал. И его пахан Главный. Тупые – хороший, благодарный человеческий материал. Что хочешь, то и лепишь. Мы сами были не особенно острые, когда нас Сан Сеич подобрал.

Олег насупился и раздраженно хлопнул себя тетрадью по бедру.

– Если твой прогноз не сбудется, – пробормотал он, – я тебе за эту нервотрепку по шее надаю. Подумать страшно – неужели опять…

Гош тоскливо посмотрел в затянутое облаками небо.

– Дрянь погода, – сказал он. – И дело тоже дрянь!

* * *

Гош сидел в административном здании, на коммутаторе. Сюда был протянут из Твери армейский полевой телефон. Аккумуляторы мобильных раций неумолимо вырабатывали ресурс, загибались батарейки кварцевых часов, и оставалось только ждать, что же случится раньше – то ли машины придется «с толкача» заводить, то ли бензин окончательно выдохнется. И, значит, машины накроются, а с ними и радиосвязь.

У подоконника Цыган старательно выводил в тетради слова. Даже язык высунул от усердия.

– Ты по-каковски пишешь? – встрепенулся Гош. – Ты же наверняка опять цыганом проснешься. Если проснешься, конечно…

– Да что ж я, полный идиот? По-русски пишу. Отстань.

– Какая потрясающая жареная рыба продавалась в Несебре! – вспомнил Гош. – Крошечные такие рыбешки, на один укус. Как жаль, что я был маленький и не пил еще пива! Боже, а до чего хорошо было в Албене!

Цыган раздраженно засопел.

– Нет, вот ты мне скажи! – не унимался Гош. – Почему, если ты болгарин, или, скажем, какой-нибудь итальяшка, или даже француз, то обязательно живешь в благодатном теплом краю? А если русский, то у тебя на родине больше половины года холодно, кругом грязища, тоска и дураки?

– Можем съездить в Болгарию, – предложил Цыган. – Дороги у нас были ничего, а дураки, я надеюсь, вымерли.

– Далеко. Огромный крюк получится вокруг моря.

– Поехали через Одессу. Пароходик какой-нибудь раскочегарим. До Варны плыть меньше суток.

– Я не умею на пароходике. Утонем еще.

– Справимся.

– А ты на самом деле хочешь?

Цыган замялся. Похоже, ему было все равно. Гош подумал, что болгарин из него так и не получился, а русским быть Цыгану скучно. Поэтому, наверное, и Цыган. Перекати-поле. Rolling Stone.

Коммутатор щелкнул. Гош машинально вернул на место заглушку с надписью «Федя», передернул тумблер и воткнул штекер в гнездо.

– Танки в городе!!! – проорал Дядя Федор звонко и радостно.

– Ты сколько выпил сегодня? – спросил Гош с завистью.

– Танки!!! – крикул Федор еще веселее.

Гош взял со стола второй наушник и, не глядя, бросил им в Цыгана. Тот поймал наушник на лету и прислушался.

– Какие еще танки? – спросил Гош.

– Большие! Зеленые!

– Откуда? – Гош почувствовал, как замирает сердце.

– Из Москвы!

– И?..

– И бэтээры!

– А чего им надо? Много их?

– Куча! Вагон! Человек пятьсот! Армия! Город уже в кольце, дороги перекрыты. А начальники ихние стоят в центре, всех ловят и допрашивают!

– Никого еще не расстреляли? – осведомился Цыган как бы невзначай.

– Никого еще не шлепнули? – крикнул Гош.

– Пока нет!

– Так чего им надо?

– Расспрашивают о подозрительных личностях!

– Ой-ей-ей… – пробормотал Гош. Сердце уже не замирало, оно медленно съезжало в пятки. Если экспедиция московская (а какая еще?) – дело швах. Московская Оборона не станет шутить с Регуляторами. А с космонавтами?