Ты - мое притяжение - Ольга Шерстобитова

Еще несколько мгновений тишины и покоя, а потом корабль пошел на посадку, делая вираж и разыскивая нужное плато для приземления. Едва затихли двигатели, в голове зашумело, дышать вдруг стало тяжело.

— Леондир! — крикнул Дисар-ри, отстегиваясь и оказываясь рядом со мной так неожиданно, что я задрожала.

— Все хорошо, — глядя прямо в глаза, тихо сказал капитан и прижал к моему лицу платок.

Оказывается, у меня шла кровь из носа, а я даже этого не заметила.

— Защиту с корабля пришлось снять почти всю, чтобы гравитационное поле пропустило «Звездного странника», да и близость черной дыры сыграла роль.

Леондир присоединил к моему плечу какой-то датчик.

— Что? — уточнил Дисар-ри, не давая мне шевелиться и не спуская взгляда с целителя.

— Все показатели в норме. Видимо, особенность организма какая-то, — пожал тот плечами, вкалывая мне зачем-то обезболивающее и восстанавливающее.

Эх! Знал бы капитан тейринского корабля, какая тут особенность, наверное, в открытый космос выкинул бы без раздумий.

Дисар-ри тем временем отстегнул мои ремни безопасности и уточнил:

— Голова не кружится?

— А ничего, что тут я целитель? — проворчал Леондир.

Я улыбнулась и поблагодарила за заботу. Правда, когда попробовала встать, выяснилось, что ноги и руки занемели. И опомниться не успела, как руки капитана оказались на мне, растирая бережно, осторожно, заставляя кровь бежать по венам быстрее, щеки — алеть от двусмысленной ситуации, в которой я оказалась. Все же увидеть Дисар-ри на корточках — та еще картина.

Леондир лишь покачал головой и отошел, убирая аптечку, а команда, делавшая вид, что ничего не замечает, занялась проверкой приборов.

— Идите в каюту, адиса, отдыхайте. И чтобы до обеда ее не покидали!

Как? Тут неизведанная планета, а я лежать? Ну уж нет!

Дисар-ри поймал мой взгляд, нахмурился, явно понимая, что я собираюсь спорить. К слову сказать, такое по отношению к капитану, согласно корабельному уставу, строго запрещено и наказывается, и поэтому я просто попросила, глядя в эти невозможно прекрасные глаза:

— Пожалуйста, не заставляйте меня оставаться на корабле. Я чувствую себя гораздо лучше.

— До обеда вы пробудете в каюте, адиса Рина! — припечатал он и поднялся.

— Джан, проводи и возвращайся. Ты отправишься со мной на разведку местности вместе с Дортом и Рингиром.

Настроение у меня стремительно упало, и даже Джан, который пытался по-дружески утешить, не помог. Когда уже выходила из пульт-гостиной, Лар-ина наклонилась к моему лицу и тихо, так, чтобы услышала только я, прошипела:

— Как видишь, жертву из себя нужно уметь изображать. Если что, за пару сотен ирков я могу дать несколько дельных уроков.

— Обойдусь, — выпалила в ответ, скрываясь в коридоре.

Возле дверей каюты Джан меня оставил, и я от души выругалась и села на кровать, поглядывая в иллюминатор. За ним под лучами сразу двух звезд, у которых не было названия, только номера, лежал неизведанный мир.

Пока я добиралась до Академии, побывала на нескольких планетах, совершая пересадки, но они не шли ни в какое сравнение со Снежным Цветком. Тот, кто обнаружил ее, явно был поэтом и романтиком, раз дал такое название.

Чтобы не травить душу и утешая себя тем, что все равно выберусь наружу, легла отдохнуть и даже незаметно для себя задремала. Обедать, впрочем, пошла, хотя есть не хотелось. Стоя в очереди, прислушивалась к впечатлениям тейринцев, которые побывали на поверхности, и горестно вздыхала.

— Что, лилаби не радует? — усмехнулся Трасирий, ставя тарелку на мой поднос.

Его волосы снова торчали во все стороны, выбиваясь из-под повязанного поварского платка, и от этого тейринец казался забавным.

— Вы чудесно готовите.

— Давай на ты, — предложил кок, подмигивая ярко-голубыми глазами.

— Давай. Просто есть не хочется.

Он чуть наклонился и тихо заметил:

— Не расстраивайся так, мы тут точно на пару дней задержимся.

Я поблагодарила за заботу, отошла к дальнему столику, вяло поковырялась вилкой в тарелке.

— Пока все не съедите, адиса, я вас с корабля не выпущу.

Я обернулась и уставилась на Дисар-ри, который невозмутимо усаживался за мой столик.

Нет, он что, еще и намерен проследить, как выполняется его указ?

— У вас карр, кстати, есть?

— Нет.

Устройство, при помощи которого можно было направить луч из нескольких сплетенных энергий на растения и мгновенно узнать не только его название, но и общие характеристики, стоило немыслимых ирков. Его даже в нашей Академии Риндара не имелось. А как он устроен, мы изучали по голограммам.

— Одолжу, — заявил этот невозможный тип, и я выронила вилку, уставившись на него.

Вспыхнула, поймав удивленный взгляд серебристых глаз, нырнула под стол, стукнулась макушкой, ойкнула и только тогда вернулась на место.

— Вы дадите мне попользоваться карром? — все же неверяще уточнила я.

— Да. Адиса Рина, ешьте уже, остывает. А потом собирайтесь, мы отправляемся на скворфе на северо-запад планеты на побережье озера Урхун-тан. Полагаю, разочарованы вы не будете.

Дисар-ри

Игра увлекательнее, когда ты знаешь не просто правила, но и чуточку больше. Лар-ина о выведанной мной информации не догадывалась, изощрялась как могла и никак не трогала, вызывая едва ли не брезгливость. Уже и тысячу раз пожалел бы, что взял ее на «Звездный странник», но я намеревался следовать выверенному плану. «Стрижи» — особый, элитный разведывательный отряд тейринцев — всегда давали точную информацию.

Выпроводил инарку, заметив, как в каюту неуверенно входит моя тезаринка.

Почему же они — инарка и землянка — такие разные? Одна — чиста, как хрусталь в тейринских озерах, а вторая — настолько же пропитана ядом. На моей планете все с уважением относятся к женщинам, оберегают, заботятся, ценят на вес звездного серебра… И это нормально. Я бы сказал — правильно. Но как относиться к той, что внешне красива, а душой черна? Не привык спасать гадюк.

Я оторвался от своих мыслей, повернулся к тезаринке. Рина пришла давно, смотрела на меня, стараясь не показывать интереса. Получалось это у нее с трудом. Взгляд не просто изучал, а гладил, ласкал и говорил слишком о многом. И я почему-то снова поймал себя на мысли, что легко не будет. Придется сдерживаться до последнего, чтобы не спугнуть и не поставить под удар.

Сколько же в Рине любопытства! Придется помочь ей разобраться в навигации, найти на это время.

Правила, впрочем, она выучила, другого и не ожидал, но я чувствовал, что ее что-то тревожит. И все же она спросила не о том, о чем хотела. Я точно знал. Прочел в этих невозможных красивых глазах, напоминающих сейчас айридию — сверкающий драгоценный камень Тейрины, встречающийся безумно редко и стоящий как парочка малых планет в любой галактике.