Призвание — миньон! - Татьяна Коростышевская

— Это не главное, Бастиан, — пропел менестрель под струнный перебор. — Делай что должно и будь что будет…

Девиз Доремаров прекрасно ложился на музыку. Когда Станислас Шарль Доре наконец заснул, я выбралась из-под плаща и отправилась по своим делам. Дозор клевал носом у соседнего костерка. Места не считались опасными, поляна, где мы расположились на ночлег, была на обочине столичного тракта, который охранялся королевскими стражниками. То там, то здесь между деревьями мелькали огоньки костров, не только наш отряд двигался в сторону королевского замка. Я спустилась к какой-то речушке, берега которой густо поросли кустами, и, совершив необходимое, разулась и присела на мостки, опустив в воду босые ноги. В ночном небе ярко светила Алистер, серпик Нобу был едва заметен. До полнолуния дней двадцать, я успею придумать, каким образом смогу провести ночь без волшебного пояса. Пока все складывается наилучшим образом. У меня есть друг и соратник, кстати, нужно будет предложить менестрелю перейти на «ты». Насколько я поняла, наше с ним «выканье» выглядит в чужих глазах несколько архаично. Послезавтра важный день. Я увижу королеву, я познакомлюсь с ардерскими аристократами. Следующую ночь мы проведем уже в столице, чтобы утром отправиться ко двору.

За спиной хрустнула ветка, я дернулась, схватила меч, лежащий по правую руку.

— Простите, я не хотел вас напугать. — Молодой человек, спускающийся ко мне, поднял руки, демонстрируя дружественность намерений.

Алистер была почти в зените, ее света было достаточно, чтобы все рассмотреть.

Меч у пришельца, конечно, был, болтался в ножнах на поясе, но незнакомец его не обнажил. На эфесе я заметила гербовое тиснение — трилистник со стертой эмалью. Ленстер? Клиах?

— Еще раз простите… Меня зовут Патрик Уолес, четвертый сын князя Ленстера, к вашим услугам.

Я угадала. Захудалое княжество у подножия Ардерских гор — овцы, сыр и былое величие. Все как в Шерези, только без овец и сыра. Фамильный кристалл — изумруд, герб — мятный клевер, князь — выживший из ума скаред, наплодивший наследников без счета. Этот четвертый? Значит, после него еще человек десять претендентов на княжеский титул, это если только мальчиков считать. А ведь только их и считают, сколько у Ленстера дочерей, наверное, даже он не знает.

— Бастиан Мартере граф Шерези, — представилась я, продемонстрировав ленстерцу свой герб.

Мы чинно поклонились друг другу, сложив перед грудью руки, я даже привстала по такому случаю.

Еще не разогнувшись после поклона, мой новый знакомый быстро стянул сапоги и уселся на бережок.

— Уф… Сегодня лье шесть пешком прошел. — Когда босые ноги ленстерца опустились в воду, лицо осветилось блаженством. — Вы верхом?

— Конечно. — Я решила, что прерывать свою ножную ванну тоже не буду. — Четыреста лье иначе не преодолеть.

— Ну почему же. — Патрик поднял глаза к небу, они у него были зеленые, как мятный клевер, а волосы — днем, наверное, с рыжиной, но сейчас серебристые, как далекие звезды. — В среднем пешеход проходит в час около одного лье, следовательно, проходя в день по шесть часов, вы могли бы достигнуть столицы чуть больше чем за год.

Он бормотал уточнения, а я любовалась его лицом, освещенным луной. Таких красивых мужчин мне видеть еще не приходилось. Благородные черты, аккуратный прямой нос, тонкие брови вразлет, четкого рисунка губы с ямочкой над верхней. Вот именно таких красавцев, наверное, и будет вожделеть наше величество, вы, граф, можете быть спокойны. Но спокойствия я не ощущала, а накатило какое-то разочарование, что не смешливая Бастиана сидит сейчас на моем месте, уж она бы получила от разговора большее удовольствие, она бы стреляла глазами и улыбалась.

— Вы не против?

— Что? — Я вынырнула из грез, понимая, что промечтала довольно долго.

— Не возражает ли граф, если мы с наследником Виклунда присоединимся к вашему отряду?

Еще один дворянин, настолько бедный, что не может позволить себе скакуна?

— Сопровождение принадлежит Станисласу Шарлю Доре, наследнику Доремара, — объяснила я. — Но не думаю, что…

На этот раз ветка не хрустнула, я почувствовала за спиной движение, резко обернулась, опять схватившись за меч.

— Это Оливер, — сказал Патрик. — Он абсолютно безопасен.

По берегу спускался настоящий великан со сверкающими в свете луны коленками. Святые бубенчики! Он был в юбке!

Видимо заметив мое удивление, лорд Уолес продолжил:

— В горных кланах, наследником одного из которых является мой друг, принято одеваться именно так.

— А женщины там носят штаны?

— Тоже юбки, — со вздохом ответил Патрик. — Но гораздо длиннее.

Вздох был мне понятен. Любоваться женскими коленями, скорее всего, приятнее, чем мужскими, тем более что выше и ниже колен ноги наследника Виклунда поросли курчавыми волосами.

Великан приблизился, Патрик представил нас друг другу. Меча у него не было, но с такими физическими данными он был и не нужен. Кроме юбки на Виклунде было надето что-то вроде клетчатого плаща поверх сорочки и клетчатые же носки до середины голени, обут он был не в сапоги, а в кожаные туфли, плотно охватывающие стопу.

Впрочем, сразу после приветствий носки оказались на берегу вместе с туфлями. Ножные ванны этой ночью пользовались успехом у провинциальной аристократии.

— Ты не торопился, — попенял спутнику Патрик.

— Эти дела надо делать тщательно, — ответил великан густым басом. — Торопиться вредно, у меня от этого дядя умер.

Уолес страдальчески приподнял брови и прошептал в мою сторону:

— Семь дней пути, семь, Басти…

Я хихикнула.

У моих новых знакомых при себе был тугой бурдючок с вином и головка красного сыра, великан вытащил припасы из заплечного мешка, который, пока его не сняли, вовсе был незаметен на фоне его массивной фигуры.

Спать лорды не собирались, я, кажется, уже тоже. Мы разломали сыр и пили вино, оказавшееся, впрочем, простецким сидром, передавая бурдюк по кругу.

Патрик показал себя приятным собеседником, слегка излишне заумным, на мой непросвещенный вкус, но интересным. По призванию он скорее был ученым, чем царедворцем. Воспитывали четвертого сына Ленстера в монастыре Светлейшей Алистер, так что уже к пятнадцати годам его познания в языках, географии и математике были солиднее, чем совокупные знания всех подданных его отца. Затем подростку, у которого уже ломался голос и росла борода, пришлось покинуть женскую обитель во избежание кривотолков. И еще пять лет он провел в ученическом служении у географа Арриана, сосланного в провинцию его величеством Ригелем Безумным за какие-то прегрешения. Сейчас его учитель отошел к Спящему лорду, и Патрик решил отправиться в столицу — его влекла ардерская библиотека и возможность посещать лекции в университете. Указ королевы Авроры, присланный папеньке, оказался как нельзя более кстати. С добродушным увальнем Оливером Виклундом он познакомился в придорожном трактире семь дней назад, когда спина к спине отбивали нападение местных разбойников. Молодые люди решили продолжить путешествие вместе. Поглядывая искоса на Оливера, я думала, что тоже не отказалась бы от такого охранника.