Мастер големов - Михаил Михайлов

«Клятва! Ну, барон, удружил, нечего сказать!..» – успел подумать он.

Ударил ее сразу же, сверху наискосок, почти на инстинктах, целясь в голову, но противница успела прикрыться рукой. На этот раз никаких намеков от богини не было, не ощущался ее недовольный взгляд – ну да, взять в плен атакующую демоницу невозможно, тут только остается отбиваться, это не бить мечом по врагу, стоящему на коленях напротив. Заточенное лезвие легко прошло меховой рукав, плоть и кость создания Бездны, отрубив конечность чуть выше локтя. Оливера страшно вскрикнула, на миг отшатнулась назад, но потом толкнула плечом мага, заставив отступить на пару шагов назад, и побежала к мосту.

Преследовать не обремененного доспехами противника в латах – еще то достижение. Если бы Оливера не была ранена и поражена священным заклинанием, то легко бы ушла от землянина. Догнал он ее лишь у моста. Женщина сидела на снегу и тяжело дышала. С уголков губ тянулись вязкие нити розовой от крови слюны, лицо опухло еще больше, превратившись в уродливый кровоточащий шар. Кажется, она не видела ничего. Среагировала на шум чужих шагов, повернув голову в сторону приближающегося рыцаря, и что-то попыталась произнести. Но вместо слов раздался только хрип.

Попыталась подняться… упала… вновь повторила попытку, которая увенчалась успехом. В тех местах, где она касалась снега голой ладонью, остались пятна крови и гноя. Срез на культе был черен, как пригоревшая на сковороде отбивная.

Костя видел, как, слепо тыркаясь по сторонам, словно новорожденный щенок, демоница походкой зомби с переломанными ногами ступила на мост, как не смогла удержать равновесие и упала на низкий, чуть выше колена, выщербленный парапет и, не сумев сориентироваться сослепу, перегнулась через него, взмахнула единственной рукой, тщась зацепиться за что-то, и рухнула в пропасть.

– Вот и все… – прошептал Маркин, потом развернулся и направился обратно, к наемникам и егерю, надеясь, что кратковременное попадание под гипноз демоницы не повлияло на сознание и здоровье людей.

Когда оказался вновь на плацу, то до него донеслись непонятные стук и шум из-за домов.

– Да за что мне это? Кто там опять – тролли, демоны, драконы?! – почти простонал артефактор и полез в сумку за последней осколочной гранатой.

К счастью, страхи оказались напрасными, эти звуки издавали кони, отшские скакуны, удравшие подальше от горных чудовищ и вернувшиеся к своим хозяевам, как только все стихло. Настороженно косясь на хозяина, они позволили ему взять себя под уздцы и привязать к перевернутому фургону.

В себя пришел после оказания первой помощи только Ракст, а вот его брат и егерь, бледные, с закатившимися под лоб зрачками и едва дышащие, на растирания, похлопывания и резкий запах нюхательной соли (кристалликов нашатыря) не реагировали.

– Что с братом? – взволнованно спросил Ракст, видя, как бесцельно возится с Райдашем маг.

– Драконы знают что, – вздохнул землянин. – Его демоница взяла под контроль и заставила напасть на меня.

– А ты?!

– Да не ори ты так – не трогал я его, даже пальцем не коснулся. Он сознание потерял, когда демоница попала под священную магию. Ее раздуло всю, а брата и егеря оглушило. Да не волнуйся же ты, – попытался успокоить наемника рыцарь, – ничего плохого с ним не случилось! Очнется, куда денется… Да тебе самому покой нужен, сотрясение мозга у тебя точно есть, и вон как рука опухла – до самой шеи.

– Зато вторая рука целая и меч могу держать.

– Как знаешь, – пожал плечами артефактор. – Тогда помоги снять доспехи… хм, кирасу, пожалуй, оставлю, а вот все остальное долой, только мешаться будут.

Костя за два часа успел поставить фургон на колеса. Для этого пришлось использовать битюгов с големом и сделать сложную конструкцию из веревок, блоков, упоров. Полтора часа ушло на то, чтобы голем переполз и занял нужное место.

Вернув тент на уцелевшие дуги и наведя внутри порядок, маг затащил в фургон Райдаша и Ластера, потом активировал большой амулет-нагреватель и выбрался наружу.

– Тебе тоже нужно согреться внутри, – сказал он Раксту, – заодно за парнями приглядел бы.

– Лучше я на страже постою или тебе помогу.

– Если только на страже, мне-то точно ничем не поможешь.

– А…

– Магичить буду. Нужно срочно починить голема, теперь он наша единственная защита. Мало ли кто тут ночью бродит, кроме троллей, к тому же эти пять монстров могут оказаться не единственными. А нас, как ты заметил, считай, и не осталось совсем: ты ранен, я оружием владею чуть лучше дворового мальчишки-водоноса.

Время до темноты еще было, и терять его мастер големов не собирался. Первым делом с помощью молота и зубила окончательно доломал механический сустав, чтобы вывернутая нога не мешала голему сесть на пятую точку и более-менее пользоваться своим оружием. Потом восполнил запас пуль в пулемете. После чего, как некогда в пещерах, когда нашел своего первого голема, он превратил походный котелок в печь для плавки металла. В качестве материала использовал доспехи и оружие погибших стражников. Их разорванные тела Костя нашел на другой стороне моста, где людей поймали и убили тролли. Всего лишь троих, один исчез. То ли смог скрыться, то ли не удержался на узком мосту и сорвался в пропасть.

Уже в темноте к стоянке вышел один из тяжеловозов, что тащил фургон, второе животное где-то пропало. Ремонт и наложение чар рунный маг закончил далеко за полночь. Получилось грубо и от безупречного качества так же далеко, как от земли до неба. Но голем мог стоять, идти и при этом не падать. Скрип стоял жуткий, Первый сильно хромал, и скорость его передвижения, и до повреждения не самая большая, снизилась.

Закончив ремонт, землянин просидел еще полчаса над амулетом-нагревателем, наполняя его, почти опустевший, маной. И только после этого провалился в сон…

– Добрый день, ваша милость, – поприветствовал его Ракст, едва рыцарь открыл глаза.

– Добрый, – ответил на приветствие Костя, после чего потянулся и громко зевнул. – М-м-не-э… Как парни… а где они? – спохватился он, заметив отсутствие Ластера и Райдаша.

– На улице обед разогревают. Они пришли в себя утром, часа четыре назад. Говорят, голова у каждого сильно болит и слабость чувствуют, но в остальном все хорошо.

– Это хорошо, что хорошо, – согласился маг. – Сам как?

– Опухоль не спала, но зато и не увеличилась. Болеть только стала сильнее, еле заснул, ваша милость.

В этот момент край матерчатого полога слегка поднялся, и в появившемся проеме показалось лицо Райдаша, видимо слышавшего беседу брата со своим нанимателем.

– Доброго дня, ваша милость.

– И тебе того же. Как самочувствие?

– Все хорошо, голова немного болит и все, – заверил его наемник, потом виноватым тоном произнес: – Простите, ваша милость, что напал на вас. Это было как во сне: все понимаю, но руки и ноги чужие, вас то узнаю́, то за врага принимаю. И ничего сделать не могу.