ПТУ для гоблинов. Понтийский тактический университет - Наталья Косухина

Открыв глаза, я взглянула на Ревана.

– Неужели перестали меня бояться?

– Гоблины никого не боятся.

– Нет? Опасаются? Подозревают?

Реван на секунду поджал губы, потом спросил:

– Вы поможете?

– Помогу.

Хоть они и неблагодарные чушки, но раз решились обратиться за помощью ко мне, значит, все действительно плохо.

Осмотрев пострадавших, я поняла, что оказалась права.

– Обычно вылечить раны помогает трансформация, но сейчас становится только хуже, – просветил старший группы, стоявший у меня за спиной.

Мрачно на него взглянув, я сообщила:

– И не получится. На оружии был яд, этого не должно было быть в испытании. У них часа четыре, прежде чем он убьет их.

– Помочь можно? – хрипло спросил Надар.

– Можно, только вопрос в другом: буду ли я вам помогать?

Пристально на меня посмотрев, Реван вдруг опустился передо мной на колени, тем самым немало меня напугав.

– Вы чего это?..

– Уговариваю, – сообщил старший группы, слегка наступая на меня и чуть улыбаясь.

– Нет, вы издеваетесь! Встаньте немедленно!

Я бросилась к своей сумке и взяла небольшой мешочек.

– Вы согласны, – сказал Реван, поднимаясь.

– А то вы сомневались в моем ответе. Скажите, есть ли здесь белые кристаллы?

– Пойдемте, провожу. – И уже тише: – Не могу отпустить даму сердца одну.

– Отравлю, – процедила сквозь зубы я.

– Врете, – тихо ответил гоблин, совершенно уверенный в своих словах. – Не знаю почему, но чем больше я вас узнаю, тем больше убеждаюсь – у вас верное сердце.

Я лишь вскинула голову и зашагала прямо.

– Нам в другую сторону.

Вот Всенижний!

Развернувшись, я собралась обойти Ревана и пойти дальше, но он подхватил меня на руки.

– Прекратите немедленно…

– Нужно бежать, время дорого, а здесь опасно. Вы без меня не сможете.

Мне ничего не оставалось, кроме как прислониться щекой к мужской груди.

Мы бежали по тусклым коридорам, освещенным намного хуже, чем два часа назад, и я, не удержавшись, спросила, почему так.

– Сейчас ночь. Днем магия солнца заряжает их, проникая во все уголки нашего мира, от луны подпитка хуже.

– Значит, уже темно…

– Да, и ночью в лабиринте становится во много раз опаснее, чем днем.

– Очень оптимистично.

– Не переживайте! Не думаю, что нам дадут умереть.

– Вам или нам? – хмыкнула я.

В ответ Реван промолчал и лишь внимательно посмотрел на меня.

Как ни удивительно, но наш поход за кристаллами прошел без происшествий.

По возвращении я незамедлительно бросилась к котелку и бросила кристаллы в кипящую воду. В аптечке были необходимые растворы, которые помогли мне сделать состав, а потом, когда все отвернулись, я добавила своей магии.

Мужчины встали вокруг пострадавших товарищей и озабоченно смотрели на меня.

– Все готово, – сказала я, подходя к больным. – Ну что, допустите меня к умирающим или все еще сомневаетесь?

– Зачем вы нас дразните? – глухо спросил Реван.

Взглянув ему прямо в глаза, я произнесла:

– Отвечу на этот вопрос сразу, как только вы честно мне расскажете, что в последнее время предпринимали в отношении меня и с какой целью.

Некоторое время мы со старшим группы сверлили друг друга глазами, но потом я попросила всех разойтись и начала поить раненых. Влив в них прилично настойки, я позвала к себе шестерых гоблинов.

– Нужно протереть им тела вот этим составом, но у вас всего десять минут, потом эликсир начнет выжигать яд из организма, они начнут метаться и могут себе навредить. Нужно удержать их и не позволить это сделать.

Удостоверившись, что меня поняли, я вернулась к костру – на этот раз погреться. Становилось прохладно, и огонь манил к себе теплом и уютом, насколько тепло и уют вообще были возможны в каменном лабиринте, полном опасностей.

Постепенно рядом собрались все гоблины, чтобы поужинать и лечь спать. Мне протянули мою долю.

– В этот раз есть можно или снова что-то подмешали? – поинтересовалась я, беря сухой паек и кружку с чаем.

– Мы хотели извиниться, – нахмурился Реван. – Но вы не все знаете, у нас были причины.

Я мрачно посмотрела в ответ:

– Это вы ничего не знаете и не понимаете. Думаете, я не в курсе, что вашим жизням грозит опасность?

Едва я произнесла эти слова, как все гоблины напряглись и насторожились.

– Меня именно поэтому и пригласили в университет. И здесь я встретила странное отношение и самоуверенное обращение. Вы серьезно думали, что с вашими знаниями сможете опоить алхимика?

– Надеялись, – хмыкнул Надар.

Я обвела взглядом гоблинов – все были в курсе. Участвовала только верхушка, но знали все.

– Ну-ну… Если желаете продолжить разговор, я вам мешать не буду. Мне нужно пробыть в университете всего год, обойдусь и без вашего доверия.

Гоблины переглянулась, словно глухонемые, жестами между собой о чем-то пообщались, и наконец Реван заговорил:

– Еще в конце прошлого учебного года мы узнали о назревающем заговоре в империи. А в начале этого года нас «обрадовали» известием – нас собираются устранить. В университете же появилось лишь четыре новых человека, и вы нам показались самым вероятным кандидатом на роль злодея.

Я покивала своим мыслям, все так, как и предполагала. Бабушка была не права: гоблины тупые!

– Нет, как раз самый маловероятный, и вы на него купились. Самое слабое место практически неуязвимого воина – это яды. Нельзя одолеть снаружи, можно изнутри. А значит, нужно отправить на дело профессионала. К сожалению, не все алхимики зарабатывают достойно.

– Вы хотите сказать… – начал Андар.

– Да, я самый очевидный кандидат, но и самый маловероятный. Убийца прячется среди вновь прибывших. И у него есть план…

– Какой? – подался вперед Реван.

– Нет, – покачала я головой, встретив его взгляд. – Сначала вы ответите на мои вопросы. Что означает ваше странное поведение?

Посмотрев на ребят, Реван сел ко мне поближе, и аура, которая исходила от его огромной фигуры, мгновенно окутала меня.

– Когда мы заподозрили нового преподавателя, то решили расправиться с ним довольно быстро, чтобы он собрал чемоданы и уехал, в лучшем случае. Но преподавателем оказалась женщина, и это осложнило нашу задачу. Но когда вы сделали неприличное предложение, казалось, удача улыбнулась нам …