Правило русского спецназа - Андрей Николаев

За время полета к Нойрадису три раза в сутки, точно по уставу, играли боевую тревогу, ежедневные проверки боеготовности всех помещений корабля от орудийных постов до гальюнов довели команду до тихого бешенства, вахты боялись больше, чем противника, поскольку контр-адмирал мог нагрянуть в рубку или на боевые посты в любую минуту. Рендал, опасаясь, что кто-то из команды сорвется, попытался переговорить с Хаксли, как офицер с офицером, однако получил очередное замечание по поводу неправильно пришитой эмблемы, плюнул и отступился. Оставалось только надеяться, что нападение гетайров не заставит себя ждать и операция, под названием «Королевский горностай», прозванная командами кораблей ударной группы «Е...й хорек», наконец закончится.

Сегодня Хаксли, ко всему прочему, обнаружил погрешность в наведении «баллист» — главного калибра «Тихуаны», превышающую стандартную на ноль целых сколько-то там тысячных и заставил Рендала начать корректировку орудий. Возражения кэптена, что в случае огневого контакта придется ограничиться стрельбой из средних орудий, в расчет приняты не были. Хаксли заявил, что он отвечает за все, но рапорт о низкой боеготовности крейсера будет подан в любом случае. Скрипя зубами Рендал начал корректировку.

Доклад оператора «москитов» прозвучал для кэптена как глас свыше.

— Контакт с группой неопознанных объектов. Поле отражения третьего класса, силовое поле — ноль пять, идут в походном ордере э-э… двумя колоннами. Время до огневого контакта — двадцать семь минут.

— Наконец-то! — воскликнул Рендал, считывая с дисплея данные. — Боевая тревога. Это по-вашему ордер две колонны? Куча-мала какая-то. Крис, как насчет бриджа?

— Ждем вас с Элионор в субботу, как обычно, — улыбнулся Макензи, кивнул и отключился.

Баззеры боевой тревоги прозвучали в отсеках небесной музыкой, означающей конец тоскливому ожиданию.

Сцепившиеся силовыми каркасами с терминалами крейсера были невидимы для постов обнаружения кораблей гетайров, что позволяло им подпустить противника на расстояние «пистолетного выстрела». Кэптен Рендал рассчитывал показать пиратам, что игра проиграна, первым же залпом отсекая гетайрам пути отхода. Флотилии фрегатов высадят на корабли пиратов призовые команды, после чего останется только отконвоировать пленных и получить заслуженные награды. В том, что наградами не обойдут никого, Рендал не сомневался. Конечно, больше всех поздравлений придется на долю Хаксли, но кэптена это не огорчало. Главное, чтобы контр-адмирал как можно быстрее оставил мостик «Тихуаны».

Хаксли, как выяснилось, имел на предстоящие события свою точку зрения. Появившись на мостике он первым делом занял место Рендала, заставив того пересесть в кресло первого помощника.

— Не слышу доклада, — проскрипел «сарыч», устраиваясь тощим задом в кресле командира крейсера.

Оператор повторил доклад, скорректировав время до контакта. Хаксли повернул лысую голову к Рендалу.

— Силовое поле ноль пять? Да они совсем обнаглели, — контр-адмирал выпятил нижнюю губу. — Ваши предложения, кэптен?

— Отсекающим огнем перекрыть пути отхода, после чего предъявить ультиматум. В случае сопротивления…

— Они не примут никаких условий, — отрубил Хаксли, — это же ясно, как божий день! Мы не должны подвергать наши корабли ни малейшей опасности, если есть такая возможность. Огонь на поражение, после чего подбираем оставшихся. — Контр-адмирал отвернулся, считая разговор исчерпанным.

— Но, сэр… мы еще не получили данных о типах кораблей. Наш главный калибр…

— А кстати, вы закончили корректировку «баллист»?

— Нет, по…

— Весьма прискорбно, однако это мало что меняет. Связь с «Форт Юкон», — приказал Хаксли.

Макензи, выслушав приказ, попытался возразить — план боя они с Рендалом разработали еще до подхода к Нойрадису.

— Я принял к сведению ваши возражения, кэптен Макензи, — сказал Хаксли. — Радуйтесь, что вся слава достанется вам — главный калибр «Тихуаны» не готов к бою, так, что мы будем работать по площадям. Класс кораблей определен?

— Если судить по размерам и интенсивности поля отражения, то не ниже эсминцев. Корабли однотипные.

— Семь эскадренных миноносцев! — воскликнул Хаксли. — И вы предлагаете начать с ними переговоры? А если они прорвутся на дистанцию применения ракет?

— Сэр, залп «баллист» превратит любой эсминец в пыль, — угрюмо сказал Макензи, — если мы хотим доставить в Нью-Вашингтон пленных, то нам следует пересмотреть план боя.

— Выполняйте приказ, — отрезал Хаксли. Макензи козырнул и исчез с экрана.

Медленно потекли минуты. Рендал не мог отделаться от впечатления, что где-то они сделали ошибку. Не могли испытанные уже не в одном бою гетайры вот так переть напролом. Без разведки, без флангового прикрытия, без тщательного прощупывания пространства вокруг Нейродиса.

— Сэр, — наконец решился кэптен, — я все-таки настоятельно рекомендую предложить противнику капитуляцию. Наша задача…

— Можете подать рапорт о несогласии в действиях с командующим группой, кэптен Рэндал, — сухо сказал Хаксли.

— Не премину это сделать.

Корабли противника вошли в пределы досягаемости «баллист», и счет пошел на секунды. Рендал беспомощно следил, как истекают последние мгновения перед залпом, по предпринять что-то было не в его силах.

Объединенные в одну системы управления огнем выдали приказ на открытие огня.

Дрогнул пол, сместившиеся на мгновение линии силового поля тряхнули «Тихуану». Свет на мостике мигнул — «баллисты» забирали при общем залпе семьдесят процентов энергии крейсера.

Гравитационные возмущения накрыли приближающиеся корабли. Рендал выпятил челюсть. Он бывал не в одном бою, но то, что происходило сейчас, нельзя было назвать схваткой. Это была бойня, избиение…

Жалкое силовое поле не могло оказать сопротивления выстрелам главного калибра крейсеров. Два корабля противника взорвались мгновенно, превращаясь вместе с экипажем в сгусток нестерпимо-яростного света. Еще три были отброшены и, распадаясь на части, беспомощно повисли в пустоте. Оставшиеся пытались выйти веером из-под удара, но второй залп «баллист» накрыл и их.

Экран расцветился множеством отметок.

— Ага! — торжествующе воскликнул Хаксли. — Они все-таки пытаются выбросить абордажные боты. Петерсону и Намиену — отразить нападение.

Сейчас контр-адмирал оправдывал свою кличку как никогда. Вытянув худую шею, вцепившись в поручни кресла, он навис над обзорным экраном, будто ждал, когда загнанная добыча прекратит сопротивление и можно будет без помех насладиться падалью.

Фрегаты окружили остатки группы гетайров. Заработали «единороги». Отметки ботов одна за другой исчезали с экранов. Внезапно фрегаты, один за другим прекратили огонь.

— В чем дело? — каркнул Хаксли. — Почему без приказа прекратили огонь?