Трезубец Нептуна - Александр Прозоров

— Вот что значит «ходить на рогах», — удовлетворенно прокомментировал толстяк и захлопнул дверь.

— У-у-ур, — утробно мурлыкнула космонавточка, пробираясь между пультов поближе к Атлантиде.

Дверь начала содрогаться от ударов — похоже, полученным уроком беломордый не удовлетворился.

— Ур-ур. — Олимка надвигалась, жеманно покачивая бедрами и поводя плечами. — Ур-ур. — Она резко развернулась и выставила попочку. Под вскинутым хвостом соблазнительно белело светлое пятно.

— Чего это она, сэр? — удивился Вайт.

— Да они тут все свихнулись, сэр Теплер, — отмахнулся Платон.

— Ур-ур. — Олимка замахала своим коротким хвостиком, привлекая внимание к светлому пятнышку.

Первый из поверженных космонавтов зашевелился под капитанским креслом, жалобно постанывая. Примерно такой же стон послышался из-под мониторов.

— Ур-р! — уже более требовательно заурчала олимка, и по рубке пополз резкий запах мускуса.

— Ах вот оно что! — наконец-то сообразил Атлантида. — Да у них просто гон начался!

— Какой еще гон, сэр? — не понял миллионер.

— Потом объясню, сэр Теплер, — заторопился Рассольников. — А то сейчас эти двое оклемаются и опять нам корриду устроят. Открывайте дверь!

— Как знаете, сэр, — пожал плечами Вайт, отступая в сторону.

— У-у!!! — торжествующе взвыл беломордый и ринулся в помещение. Тут толстяк не удержался и дал ему подножку. Космонавт запнулся на самой высокой ноте и во весь рост растянулся на полу. Атлантида тут же воспользовался моментом и наступил ему на рога.

— Давайте, сэр Теплер, выбирайтесь отсюда и двигайтесь к каюте. Я следом за вами.

— У-у! — послышался от мониторов не очень уверенный вой и легкое постукивание.

— У, — вякнул в ответ извивающийся под ногой археолога олим.

Рассольников отпустил рога, подхватил свою трость и стремительно выскочил из рубки.

— Вы целы, сэр Платон? — Толстяк сидел на полу, прижавшись спиной к стенке.

— Спасибо, да, сэр Теплер. — Атлантида с облегчением опустился рядом. Разумеется, он мог пойти и в свою каюту, но в сложившейся обстановке одному в четырех стенах было бы весьма неуютно.

— Вы упоминали про какой-то «гон», сэр, — вежливо напомнил Вайт.

— Как бы это сказать попроще, сэр… Вы когда-нибудь занимались сексом с женщиной?

— Да что вы себе позволяете, сэр Платон?! — моментально возмутился миллионер. — У меня, если хотите знать, уже третья жена! И пять более-менее постоянных любовниц, не считая случайных встреч!

— Вот именно, сэр Теплер, вот именно! — согласно кивнул археолог. — Вы можете наслаждаться этим приятным хобби круглые сутки весь год напролет. А вы помните, что есть виды, у которых возможность заняться сексом случается всего раз в год и всего лишь на протяжении нескольких дней? Зато уж и отрываются они в эти дни на полную катушку! Кидаются на все, что шевелится, ничего не соображают и не понимают, и понимать не хотят, дерутся за самок до одурения, снося все на своем пути. Вот мы с вами в самый центр этакой кутерьмы и попали.

— Вы это серьезно, сэр? — не до конца поверил археологу толстяк.

— Еще как серьезно, сэр. Вы знаете, на Земле есть несколько видов, которые, желая того, чем вы постоянно с секретаршей занимаетесь, настолько свихиваются, что им охотники голыми руками шеи сворачивают, а они ничего не замечают.

— Понятно, сэр. — Миллионер почему-то не заявил, что он с секретаршей занимается работой. — Массовый сексуальный психоз. У всего экипажа.

— Примерно так, сэр, — согласился Атлантида.

— Если они все свихнулись, сэр, — деловито предложил Вайт, — то почему бы нам не сходить в медотсек и не забрать оттуда хлеб, раз уж всем этим рогачам сейчас не до кредитов?

— А вы уверены, сэр, что медицинской частью заведует не женщина? Там сейчас наверняка такая свалка творится… — Археолог погладил свою грудь. — Уж лучше я пару дней на воде пересижу.

В ответ Теплер Вайт жизнерадостно захохотал.

— Что с вами, сэр? — покосился на напарника Платон.

— Так получается, сэр, — сквозь смех напомнил миллионер, — что, победив беломордого, вы, как честный человек, должны были эту олимку… того, этого. А вы самым бесчестным образом…

— Ничего смешного, сэр!

— Главное, что и сам не пользует, и другим не дает! Как вы этого мордатого рогами к полу… Почему только леди вас не забодала, ума не приложу!

Атлантида попробовал взглянуть на ситуацию со стороны и тоже рассмеялся.

По зрелом размышлении все оказалось не столь уж и плохо. Раз олимы готовились к своей сексуальной оргии заранее — стало быть, о периодах буйного потемнения рассудка имели достаточно внятные представления. А раз имели — наверняка рассчитали время полета так, чтобы успеть перейти в нормальное состояние еще до посадки. В принципе, учитывая количество самок на корабле, а также то, что олимы ничего не едят, дня за четыре «праздник свободной любви» должен закончиться. Вполне успеют космонавточки за три-четыре дня выбрать себе по жениху и получить под хвост несколько часов страсти. За четыре дня от голода еще никто не умирал, а вода под краном имелась. Не кипяченая, но в замкнутых биосистемах типа космических кораблей инфекция в водопроводе обычно не встречается. Можно на несколько дней отбросить тысячелетние предрассудки и пить то, что течет из крана.

Однако что хорошо в теории, нередко оказывается трудновыполнимым на практике. Где-то после полудня путешественники начали испытывать муки голода, во второй половине дня — сильные муки голода, а ко времени ужина у них появилось ощущение, что они вот-вот попадают в обморок.

— А в медотсеке хлеб беспризорный лежит, — первым не выдержал Вайт. — Никому не нужный, позаброшенный… С левой стороны от дверей, в верхних ящиках.

— Кстати, медичка ведь могла и в своей каюте утром находиться, — так же, ни к кому не обращаясь, предположил Атлантида. — Или еще куда пойти.

— Так, может, проверим, сэр? — Толстяк, не дожидаясь ответа, начал подниматься на ноги.

— Почему бы и нет, сэр? — пожал плечами Рассольников. — Все равно делать нечего.

На этот раз путешественники спустились прямо на главную палубу и уверенно пошли в противоположную от рубки сторону, с нервозностью прислушиваясь к далеким завываниям и стукам. Внезапно послышался дробный топот — из-за поворота выскочил космонавт, удивительно похожий на Пюпи, затравленно промчался мимо. Следом появился высокий альбинос с ветвистыми рогами. При виде людей он затормозил, замер на несколько секунд, задумчиво осматривая их черными бездонными глазами, а потом вскинул морду к потолку:

— Уау!!! — Вой сопровождался ожесточенными ударами передних копыт по стенам.

— Ну вот еще один, — покачал головой миллионер и стал подкрадываться к космонавту. Как только тот опустил голову, толстяк размахнулся и со всей силы врезал ребром ладони промеж рогов… Болезненно взвыл и запрыгал на одном месте, размахивая отшибленной рукой. Олим же, казалось, не почувствовал и вовсе ничего. Альбинос сделал решительный выпад и поддал Вайту рогами под зад. Бизнесмен взвыл еще громче.