Черный снег. Выстрел в будущее - Александр Конторович

— Ваш кофе превосходен! Не ожидал встретить здесь такого ценителя!

— Это подарок адмирала… Итак, герр оберст-лейтенант, перейдем к делу?

— Разумеется.

— Смотрите. — Хозяин кабинета развернул на большом столе карту. — Вот интересующий нас объект.

— Монастырь?

— Это прикрытие. Сам монастырь давно заброшен и пуст.

— Тогда что же?

— Где-то в нем имеются входы в подземные помещения. Я не знаю, где именно расположены сами подземелья. Может быть, в самом монастыре. Возможно, что и не в нем. Пока мы этого не знаем.

— Тогда отчего было выбрано наше подразделение? У нас, насколько вам известно, совсем другая специализация. Мы не занимаемся штурмом подземелий.

— Никакого штурма не будет, герр Нойман. Я еще не выжил из ума настолько, чтобы положить наших солдат перед их пулеметами.

— А они там есть?

— Есть. По тревоге красные занимают позиции вот тут и вот здесь — видите обозначения? Это пулеметные точки. В обычное время они пусты, и на стенах и башнях никого не видно. Красные могут очень быстро туда пройти, гораздо быстрее, чем это сделают ваши солдаты при штурме.

— То есть вы хотите, чтобы мы незаметно…

— Нет. Никто не сказал о том, что эти позиции — единственные. Наверняка есть и другие, в том числе и внизу. Более того, я уверен, что и сами подземелья приготовлены к взрыву на случай их захвата противником.

— Хм-м… Тогда… не будете ли вы так любезны разъяснить мне этот момент подробнее?

— Охотно, герр Нойман. Никаких столкновений мне не нужно, нам требуется весь этот бункер — целым и невредимым. Это и должно сделать ваше подразделение. И сделаем это мы таким образом…

Сидевший на завалинке дежурный полицай меланхолично проводил взглядом проехавшую мимо телегу. Опять хворост повезли? Быка они там, что ли, жарить собрались? Подойти и проверить? И что? Ездить за дровами комендант разрешил, так что поводов для придирки не имелось. Комендантский час еще не наступил, так что… хрен с ними! Пусть себе едут…

Отвлеченный наблюдением за телегой, он не заметил человека, проскользнувшего к полуразрушенному сараю. А тот, убедившись, что остался незамеченным, спрятал в карман пистолет и, держась вне поля зрения полицая, осторожно скользнул дальше.

Пройдя в глубь поселка, неизвестный перестал прятаться и повел себя более спокойно. Неторопливым шагом он пересек улочку и подошел к угловому дому. Огляделся по сторонам и постучал в окно. Прошло секунд тридцать, и на нем шевельнулась занавеска.

— Кто там?

— Водички попить не будет у вас?

— Так вон колодец на углу! Пей, хоть лопни!

— Кружки у меня нет… А из ведра несподручно.

— А что так?

— Рука болит.

— Ладно… заходи, дам тебе воды.

Завернув за угол, человек быстро вошел в приоткрытую дверь. Хозяин дома, невысокий кряжистый мужик, окинул его внимательным взглядом.

— Ну?

— Мне связь нужна.

— С кем именно?

— Доложить о прибытии и указания получить на предмет дальнейших действий.

— Что сообщить? Кто прибыл?

— «Земляк».

— Добро. — Мужик встал с лавки. — Здесь обожди, скоро уже комендантский час, так что на улицу — ни ногой! Прошел чисто?

— Да вроде бы тихо… Никто за спиною не маячил.

— Жди меня здесь. Огня не зажигай, один я живу, не ровен час увидит кто. Скоро вернусь.

— А комендантский час?

— У меня пропуск есть. Я в управе истопником работаю, так что ходить туда во всякое время должен.

Гауптману фон Кранцу

Докладываю Вам, что сегодня, в 20.15, в квадрате 23–40 был зафиксирован выход в эфир неустановленного радиопередатчика. Сеанс связи продолжался семь минут. Прибывшей на место дежурной группой комендатуры была произведена проверка местности и близлежащих построек, но ничего подозрительного обнаружено не было.

Начальник отдельной группы функабвера лейтенант Монге.

Утром ко мне заглянул майор. Настроение у него было слегка приподнятое, надо полагать, какую-то проблему решить ему удалось.

Поселили меня в отдельной комнатке, очень похожей на его обиталище. Так что стул здесь нашелся. На него майор и уселся, предложив мне присесть на еще не убранную койку.

— Хочу вас обрадовать, товарищ Котов!

Интересно, чем? К нам пробились свои? С какого еще бодуна? Не помню я подобных фокусов в истории.

Однако зовет он меня уважительно-нейтрально «товарищ Котов». Не по званию — документов-то моих он не видел, но и не «товарищем бойцом». И это уже плюс, хотя и небольшой еще.

— С удовольствием порадуюсь с вами вместе, товарищ майор. Если, конечно, скажете, чему именно я должен буду обрадоваться.

Осадчий качает головой:

— Экий вы человек сложный…

— Простой я человек. Если знать, под каким углом глядеть.

— Расскажете?

— Не проблема, товарищ майор. Только вот, увы, всего рассказать просто не могу. Права не имею.

— Ну да ладно, об этом мы после поговорим, — он пристально на меня смотрит. — Нам удалось установить связь со своими. За линией фронта.

И какой реакции он от меня ждет? Я должен от радости запрыгать? На руки встать? Лично мне от этого ни жарко ни холодно. Но разочаровывать его не станем…

— Это действительно хорошая новость, товарищ майор!

— Вам ничего передать не нужно?

Иными словами — подтвердите свои полномочия, дорогой товарищ.

— Боюсь, товарищ майор, что это будет прямым нарушением полученного мною приказа.

— Как хотите, — пожимает он плечами. — Мы получили приказ на прорыв. Вы идете с нами?

— Странный вопрос, товарищ майор. Разумеется, иду. Или, — тут уже я смотрю на него подозрительно, — у вас есть свои соображения на этот счет?

Осадчий смутился.

— Нет, конечно, нет. Мы все идем вместе. Только вот… — Он вопросительно на меня смотрит. — В каком качестве вы рассчитываете это делать?

И когда же тебе, майор, надоест в шпионов играть?

— В качестве командира…

Осадчий ощутимо напрягся.

— …отдельной разведгруппы. Как это и есть на сегодняшний день. Или у вас, товарищ майор, есть другие предложения?

— Но… как же ваше задание?

— Вы же не собираетесь оставить все найденные вещи и документы (знать бы еще — какие?!) в этом бункере? В этом случае мне действительно придется решать этот вопрос самому…