(не) идеальная пара - Анастасия Пырченкова

А она реально сладкая. Я пробую её на вкус снова и снова, не могу насытиться. Мне нужно больше. Больше стонов. Больше криков. Больше дрожи. Я буквально улетаю на волнах её наслаждения. Мне не нужно видеть, я и так чувствую её удовольствие. Осязаю его на кончике языка и пальцев, что скользят по влажной плоти, лишь слегка погружаясь в мягкое тепло тела.

— Бог мой…

От неё доносится очередной тихий стон, ноготки оставляют глубокие росчерки от длинных ногтей на моих плечах, подводя меня к той грани, где уже не важно, кто, что, когда и как. Весь мир сузился до одной единственной, центра моей личной Вселенной.

Мои пальцы в ней двигаются быстрее, язык сильнее нажимает на кончик клитора, облизывает по кругу, отчего чёрная волчица кричит ещё громче и почти выворачивается в моих руках от силы эмоций. Руки крепче сжимают тонкую талию, вынуждая оставаться на месте. Она требует остановиться, прекратить и в то же время продолжения. Не отказываю. Ни ей, ни себе. И вот уже второй раз за сутки едва не кончаю в штаны от одного лишь её вида на пике оргазма.

Совершенная!

— С ума сойти… — хрипло пробормотала Алексия, как мысли мои прочитала, выдохнув с неприкрытым блаженством.

Секундная пауза, а в следующую девичьи пальчики забрались в мои волосы, потянув на себя и чуть в сторону.

— Надо ещё… — добавила скомкано, крепко прижимаясь коленями, обнимая меня и ногами и руками, утягивая в воду.

Не позволил. Шумно выдохнул, заставляя себя пребывать на месте. Хотя, видит Лунная, очень хотелось наплевать на всё и поддаться тому, что сжигало нас обоих в полной мере.

— Твоя рана… — произнес сдавленным голосом, крепко зажмурившись.

А я ведь и правда почти забыл об этом. Что сказать… Херовая из меня пара.

— Забудь, — отозвалась, а шаловливые пальчики сместились от шеи по плечу и ниже, вдоль груди, к поясу штанов. — Пусть я и не полноценный оборотень сейчас, но всё-таки не человек, — закончила скомкано и нетерпеливо, скользнув ладошкой под ткань, нагло стаскивая с меня.

Сама же впилась в мои губы жадным поцелуем.

Вот как тут быть сдержанным и правильным?

Только-только собранный в кучу мозг повторно разжижился и стёк обратно в знакомые нижние пенаты.

Её губы были мягкими, податливыми и сладкими и окончательно лишали силы воли. Особенно, когда избавившись от мешающей одежды, она обхватила пальчиками мой член. Меня аж тряхнуло. Подкинуло и обратно к Земле придавило. Сразу нескольким десятком бетонных плит. И, наверное, я чересчур сильно навалился на неё, отвечая на поцелуй, потому что от неё послышался протестующий писк, но вопреки ему она только крепче обняла меня в ответ. Да и поцелуем это назвать можно было с великой натяжкой. Я пожирал её губы своими, как ненормальный. Как усталый путник пустыни, добравшийся наконец до оазиса с пресной водой, не в силах перестать пить. Вот и я также — пил её: её дыхание, стоны, всхлипы, в очередной раз позабыв обо всём на свете. А уж когда она приподняла бёдра и почти сама насадилась на стоящий колом член…

— Ррр, — всё, что смог воспроизвести.

Замер, наслаждаясь тем, какой влажной, горячей, узкой и тугой она ощущалась. Идеальной, мать вашу!

Первый толчок отозвался болезненным спазмом внизу живота и электрическим разрядом вдоль всего позвоночника. Меня буквально скрутило от пронзительного наслаждения.

Блядь!

Это что-то невообразимое — быть в ней, видеть, как всё ярче разгорается желание в изумрудных глазах, чувствовать её сердцебиение, двигаясь ему в такт. Снова и снова. Грубее, глубже, быстрее. До разноцветных искр перед глазами. И насмешливого:

— Смотрю, я вовремя.

Мутное сознание едва успело проанализировать сказанное, а инстинкты уже взметнулись, меняя восприятие с человеческого на звериное. Я даже не рассмотрел того, кто нам помешал, бросившись в его сторону, оборачиваясь прямо в прыжке, целясь сразу в шею. Но видимо чего-то такого незваный гость и ожидал, потому что увернулся почти играючи.

— Не впечатлило, — продолжил насмешничать. — Может, ещё попробуешь?

Вот теперь я к нему присмотрелся. На его лице была маска, не позволившая рассмотреть внешность, но исходящая от него аура силы не дала усомниться в том, что передо мной находился альфа. И не самый слабый. Едва ли уступал мне по силе. А по тому, как он легко увернулся от моей атаки, ещё и отличный воин.

— Ты ещё кто такой? — не удержался от вопроса, обернувшись обратно в человека.

— Я? Да так… мимо проходил, услышал стоны, думаю, дай зайду, посмотрю, а тут вы… кроликов изображаете.

Новую волну жгучей ярости пришлось проглотить.

— Посмотрел? Можешь дальше идти, — предложил пока ещё миролюбиво, но с предупреждающими нотками.

Краем глаз заметил шевеление Лекси, которая замерла на прежнем месте, прижимая к груди футболку. Такая маленькая, хрупкая, беззащитная, она с ужасом взирала на моего противника, вызывая во мне закономерную ярость. Никто не смеет пугать мою пару! Это и стало моей ошибкой. Слишком отвлёкся.

Мгновенная боль и моё сердце в плену чужой руки, что вынуждает дышать через раз. Так мы и застыли, глядя друг другу в глаза. И если в моих отражалась ненависть, то в его — веселье и ещё что-то мне непонятное. Понятно было одно — он получал от происходящего жуткое удовольствие.

Да кто он такой?!

— Советую отработать ловкость и скорость, — дал мне совет.

Хотел ещё что-то сказать, но его перебил громкий возглас моей пары. Обернулись мы с ним одновременно. Точнее, незнакомец обернулся, а я лишь глаза скосил, парализованный чужой хваткой.

Лекси по-прежнему находилась возле кромки воды, но теперь уже стоя, с ужасом взирая на происходящее. Да, то ещё, наверное, со стороны зрелище.

— Да ладно тебе, чёрненькая, зато ты теперь точно знаешь, что у него есть сердце, — издевательски произнёс незнакомый альфа, заставляя задуматься о том, откуда ему известно, к какому клану принадлежит волчица.

Спросил бы, да хватка пальцев на внутреннем органе не позволяла даже дышать нормально, не говоря уже о разговорах.

— В отличие от тебя, — отозвалась напряжённо Алексия, сжимая кулачки. — У тебя его, по-всей видимости, точно нет.

— Неправда! — деланно оскорбился тот. — Между прочим, не будь у меня сердца, твой любовник уже был бы мёртв, а не просто обездвижен.

Слово «любовник» резануло слух, заставив окончательно позабыть о дыхании, и в голове запекло так, что показалось мозг сейчас уж точно расплавится.

— Раз уж ты такой благодушный сегодня, — скривилась девушка, — может, заодно подскажешь, что нужно сделать, чтобы он и впредь оставался живым? — поинтересовалась совсем тихо.

Оборотень сделал вид, что призадумался.

— Бежать прямо сейчас? — предположил с усмешкой. — А то такие приятные ароматы у вас тут витают, так и тянет присоединиться. И не только меня… — одарил мою пару горящим взором багряного заката.