Когда-нибудь никогда - Анастасия Зарецкая

Пожалуй, не такой уж хорошей была моя идея.

Но, с другой стороны, должно же и во мне остаться что-то человеческое? Если я вновь уеду на неизвестный срок, так и не увидевшись с Пашкой, разве это будет красивым поступком? Меня оставляли, даже не обняв напоследок, так что я знаю, каково это. Пашке должно повезти больше. А непутевую сестру никак нельзя считать везением. Так что хотя бы сестрой я попытаюсь быть хорошей.

Задумавшись, я пропустила тот момент нашего прибытия. Очнулась только тогда, когда из машины вышел Виктор, громко захлопнув за собой дверь. Помнится, отец всегда ругался, что я слишком громко хлопаю дверьми…

Я вышла на улицу, не став дожидаться особого приглашения.

Мороз приятно покалывал лицо.

Передо мной простиралась новенькая девятиэтажка с большими белыми балконами – балконы нравились мне в ней больше всего.

Пискнул замок входной двери.

Нужная квартира располагалась на четвертом этаже. Виктор предложил воспользоваться лифтом, но я предпочла прогуляться по лестнице.

Подъезд был уютным. В отличие от того же подъезда дома, где жил Влад, чересчур современного. Или моего, абсолютно обычно. Даже свет был не безжизненно-белым, а солнечным, желтоватым. На широких подоконниках стояли горшки с раскидистыми пальмами. Пахло цветами.

Открыла нам Наталья, моя тетя.

Я вновь училась называть ее тетей. Хотя после того, как она меня предала (всего один раз, и все же!), делать это было сложно.

Она стояла по ту сторону, одетая в свободное бежевое платье. Кудри темных волос почти доставали до ключиц. Тетя увидела меня и улыбнулась:

– Здравствуй, Яна. Проходи и чувствуй себя как дома. – И уже в коридор: – Паша! Скорее иди смотреть, кто приехал!..

Не то чтобы я в самом деле могла чувствовать себя гармонично в этой квартире. Если где я и могла расслабиться, так это в старом доме тети, где стоял мой родной диванчик и в шаговой доступности цвела клубника. Он в какой-то мере заменил мне деревенский дом бабушки и дедушки, но это я совсем недавно поняла. В их доме и старом доме тети хранились частички моего детства и подросткового возраста, мои летние деньки. Помнится, я очень расстроилась, когда тетя продала свое прежнее жилище. Не столько из-за самих стен, сколько из-за связанных с ними воспоминаний. А ещё я думала, как ни стыдно это признавать, – ведь в той деревне осталась бабушка Яра, значит, и Яр там должен появиться рано или поздно. Расстроится ли он, когда не найдет меня? И будет ли искать?..

Одна из дверей открылась, и я увидела Пашку.

Совсем уже солидного мальчика. Первоклассника, пережившего целое полугодие. Как человек, переживший одиннадцать лет школьной жизни, я могу справедливо заявить, что это настоящий подвиг.

Я шагнула внутрь квартиры.

Пашка сразу меня заметил.

Его лицо из нахмуренного (наверняка отвлекли ребенка от чего-то важного) мгновенно стало радостным, и внутри что-то больно кольнуло.

– Яна! – воскликнул он и бросился ко мне. Я крепко его обняла, и Пашка поморщился: – Яна, у тебя куртка холодная.

Я не выдержала и рассмеялась.

– Привет, Паша. Куртку сейчас сниму, не переживай. Как дела, первоклассник?

Пашка по-взрослому махнул рукой, и я фыркнула.

Если что-то во мне осталось, подумалось вдруг, то это в основном именно Пашкина заслуга.

Куртку я повесила на крючок, поправила свитер – в последнее время постоянно ходила в свитерах. Достав шоколадку из кармана – клубника и вафельные шарики, неужели Милане такое нравится? – протянула ее Пашке:

– Это тебе, с прошедшим семилетием. Мне очень жаль, что я не смогла приехать. Твоя мама рассказывала, что вы приглашали гостей.

Пашка сцапал шоколадку и покивал:

– Мама говорила, что ты живешь очень далеко. Но папа, – это слово прозвучало непривычно для моего уха, – пообещал, что когда-нибудь мы к тебе съездим, правда-правда. – И тут же, без лишних переходов: – У меня много друзей. Мы учимся в одном классе! Вот Андрей, ему недавно подарили…

Тетя обняла меня осторожно, почти не касаясь.

Я отвернулась, чтобы не встретиться с ней взглядом. Мы обе прекрасно помнили тот переломный момент, что отдалил нас друг от друга. И забывать не собирались. По крайней мере, у меня ничего подобного в планах точно не было.

Когда-нибудь я расстанусь со всем тем грузом обид, что несу на себе. Или никогда – здесь как получится.

Мы перешли на кухню, пить чай. В холодильнике обнаружились заготовленные заранее пирожные. Пашка болтал без умолку, изредка уточняя что-то у родителей. «А на новый год мы купили огромные золотые шары и украсили елку, да, мам?». «А на прошлой неделе был такой сильный мороз, что у папы еле заработала машина, да, пап? Яна, представляешь, мы чуть не опоздали на урок!». Мне нужно было лишь ужасаться и восторгаться в нужных местах. Впрочем, я в самом деле слушала Пашку с удовольствием. Он с такой искренностью пытался поведать мне обо всем, что произошло за полгода, и это не могло оставить меня равнодушной.

Мне бы хотелось тоже что-нибудь ему рассказать.

Но неожиданно даже для себя обнаружила, что за эти полгода не произошло ничего такого, чем бы хотелось поделиться. Мелкие бытовые проблемы? Засыпание во время пар?

Даже Влад – и тот отчислился из универа. Уже и не скажешь, что учится строить самолеты. Может быть, он ещё и мотоцикл продал. Кто его знает.

Чай истончал запах мяты и мелиссы – традиционное для тети сочетание. Она всегда выращивала эти травы у себя в огороде, и мне, помню, нравилось срывать листки и растирать их в пальцах, вдыхая свежие ароматы. А что же теперь? Покупает в супермаркетах? Разве так интересно?..

Впрочем, не мне судить.

– А еще я решил, кем стану в будущем, – заявил в итоге Пашка. До этого речь шла о зоопарке, который они всей семьей посетили в сентябре, и я снова не заметила переход. Пашка всегда был таким – начинал рассказывать одно, перескакивал на другое и третье, возвращался в начало… Но мне это даже нравилось. Совсем скоро он станет по-настоящему взрослым (до сих пор кажется, что братец совсем недавно появился на свет). И речь его будет ровной и связной. А ещё – непродолжительной. Подростки предпочитают молчать, нежели говорить – знаю по себе. Он перестанет радоваться каждому моему появлению – в один момент окажется, что двоюродная сестрица не такая уж великая и всемогущая, а ещё скучная. Так что пусть хотя бы сейчас я побуду для него кем-то важным.

– И кем же? – поинтересовалась я. Пашка выжидательно смотрел на меня.

– Химиком! Как ты! – заявил братец. Даже немного подпрыгнул. – У Леры мама – химик! Она говорит, они там все взрывают. Я тоже хочу все взрывать! Я ей сказал – ты тоже скоро будешь химиком. Лера бы хотела с тобой познакомиться.

– Вдруг повезет и познакомится, – я чуть улыбнулась. – Взрываем – это да. Хотя вообще-то не всегда положено. Химия – красивая вещь. Если она в самом деле тебе понравится, то почему бы и нет? А ты что думаешь, тетя?