Королевство плоти и огня - Дженнифер Ли Арментроут

Я… я хотела бы, чтобы эти чужаки приняли меня.

Я устремила взор вперед, позабыв о шрамах и о вопросе, примут ли меня эти люди.

Деревья с зеленой листвой росли вдоль широкой дороги, такой ровной, каких я не встречала в Солисе. Она вымощена каким-то темным камнем, словно сплавленным воедино. Деревья переходили в дремучий лес, а впереди…

Впереди, на холмах и долинах, раскинулся город – город вдвое больше Карсодонии. Белые и песочного цвета сооружения блестели на солнце, изящно следуя изгибам рельефа. Некоторые здания квадратные, другие – круглые. Некоторые возносились высоко в небо стройными башнями, другие были такой же ширины, как и высоты, а иные вовсе прижимались к земле. Здания напомнили храмы в Солисе, только эти предназначены отражать не ночь, а солнце, и славить его. Все крыши, насколько я могла видеть, были зелеными. На них росли деревья, по стенам вились лозы, буйство цвета со всех сторон бросалось в глаза.

В отличие от столицы Солиса, где царили камень и голая земля, здесь все дома окружает зелень. Как и в Пределе Спессы, дома не наползали друг на друга и не теснились до такой степени, чтобы едва помещаться. По крайней мере, насколько я смогла рассмотреть издалека.

За городом виднелись открытые пастбища, их усеивали белые точки, а еще дальше, за густым лесом, поднималась гора, исчезающая в облаках. На склоне этой горы проступали одиннадцать статуй высотой с масадонскую Библиотеку. Каждая держала в простертой руке пылающий факел, и огонь горел так же ярко, как заходящее солнце.

Это боги – все до единого. Они наблюдают за городом или стоят на страже.

Я даже помыслить не могла, каким образом возвели статуи таких размеров, да еще в горе. И как зажгли факелы и поддерживают огонь.

– Бухта Сэйона прекрасна, правда? – спросил Кастил.

Вопрос излишний. Я никогда не видела города прекраснее и могу только представить, какова же будет столица.

– Море отсюда не видно, но оно за деревьями, справа от нас, – добавил он.

При мысли о теплом песке и соленом воздухе у меня дрогнуло сердце. Проследив за взглядом Кастила, я увидела над деревьями вершины колонн.

– Что там?

– Покои Никтоса. Оттуда видно море Сэйона и острова Бель. Да, богиня охоты спит там.

– У меня столько вопросов.

– Чему никто не удивляется, – заметил Киеран.

Делано рассмеялся и поднял голову к небу, греясь в солнечных лучах.

Раздался удар колокола, и я вздрогнула. Зашелестела листва – с ближайших деревьев вспорхнула стая птиц с яркими зелеными и синими перьями. Колокол пробил еще пять раз.

Я насторожилась.

– Что-то случилось?

Я огляделась, но, похоже, никто не встревожился. Когда мне доводилось слышать колокольный звон, он служил сигналом о нападении или чьем-то приближении.

Джаспер улыбнулся и объяснил:

– Колокол всего лишь отбивает время. Сейчас шесть вечера. Он звонит каждый час до полуночи, а потом – начиная с восьми утра.

– О.

Это разумно.

Я увидела, что навстречу нам кто-то едет верхом.

Кастил замедлил шаг коня, а Джаспер произнес:

– Торжественная встреча из одного человека.

– Кто это? – спросила я.

– Аластир. Наверное, он нас ждал.

Советник короля и королевы подъехал через пару минут. Улыбка смягчала глубокий шрам на его лбу.

– Вы не поверите, как я рад вас видеть. Всех вас, – сказал Аластир, и произошло нечто странное.

По моей коже пробежала ледяная дрожь. Боги, он говорит почти как Виктер, но…

– Ты должен рассказать, что сталось с Пределом Спессы. – Аластир пустил свою лошадь рядом с нами и пожал руку Кастилу. – Но нужно тебя предупредить. – Он понизил голос. – Твои отец с матерью здесь, и ваше прибытие заметили. Они знают, что ты приехал домой.

Мое сердце ушло в пятки. Я и не помышляла встретиться с его родителями так скоро. Предполагалось, что они в столице.

Кастил думал так же.

– Что они здесь делают?

– Они приехали, как только узнали о проблемах в Пределе Спессы. Твой неугомонный отец собирался пересечь горы. Я заверил его, что наши силы…

Он осекся, заметив кольцо на левой руке Кастила. Аластир повернул его ладонь вверх и побледнел.

– Ты это сделал. – Он повернулся в седле и, посмотрев на мою левую руку, встретился со мной взглядом. – Ты правда это сделал.

– Мы сделали, – ответил Кастил. – Как и говорили тебе.

Я уловила от Аластира неверие и тревогу. Ничего удивительного. Он хотел, чтобы мы подождали, пока Кастил не поговорит с родителями.

– Ты пропустил свадьбу, – вмешался Джаспер. – К концу церемонии день превратился в ночь. Никтос ниспослал свое одобрение.

Аластир заморгал, словно не ожидал этого.

– Ну, это… это хорошие новости. Возможно, они помогут, когда король с королевой узнают, но, Кастил, мне нужно поговорить с тобой наедине.

– Что бы ты ни хотел сказать, можешь говорить при моей жене, – ответил Кастил, и у меня затрепетало сердце.

Жена.

Почему я так потрясена, услышав это? Хотя потрясение очень приятное.

– Разговор касается государственных дел. Не примите за оскорбление, но она еще не входит в число коронованных особ, – сказал Аластир. – И не допущена к такой информации.

Кастил застыл позади меня, и я поняла: он собирается возражать. Меньше всего мне хотелось, чтобы он спорил обо мне с Аластиром сейчас, когда вот-вот появятся его родители.

– Все хорошо. Я не обижаюсь, – сказала я, похлопав Кастила по руке. – Я все равно хотела немного размять ноги.

Он не обрадовался, но тут Беккет предложил:

– Я могу показать ей Покои Никтоса. Это недалеко. Если хочешь, конечно.

– Разумеется, – с готовностью согласилась я, ухватившись за это предложение как за спасательную веревку. – Именно этого мне бы и хотелось.

– Тогда этим и займись, – ответил Кастил.

Он спешился и помог мне спуститься. Мое сердце колотилось так сильно, что я бы не удивилась, если бы упала в обморок. Насколько это было бы неловко? Впервые лишиться чувств… у ног моих свекрови и свекра – того самого короля, который по-прежнему планирует использовать меня как послание.

Но это изменится. Должно измениться. Не только потому, что боги мне благоволят, но и потому что у нас с Кастилом все по-настоящему.

– Секунду!

Кастил махнул юному вольвену, к которому подошел Квентин, и увлек меня в сторону от остальных, в тень ближайшего дерева.

– Я прошу прощения, – произнес он. – Я понятия не имел, что они здесь. Хотел дать тебе немного времени перед тем, как представить им. Вот так было задумано.