Драконья мята - Татьяна Абиссин

Глен усмехнулся, заставив хозяйку дома насторожиться:

– И не только с этим, леди Мередит. Благодаря счастливой случайности мне удалось избежать тяжелой болезни… или даже смерти.

Мередит отвела глаза в сторону, не в силах выдержать его взгляда.

– Вы говорите загадками, лорд. Впрочем, не сомневаюсь, что, получив силу Огня, вы приобрели множество недоброжелателей…

–… и одна из них – леди Тэнгу, верно?

Мередит резко выпрямилась:

– Вы забываетесь, лорд! Даже племяннику консорта не позволено оскорблять леди в её же доме!

Её полный ярости взгляд пропал даром – Глен, повернувшись к окну, любовался цветущими розами.

– С каких пор, говорить правду стало оскорблением? Вы пытались меня убить, леди. Тем более, что у меня есть доказательства, – он вытащил из кармана завернутый в платок небольшой камень и показал его леди Тэнгу. – Узнаете?

Мередит прижала руку к груди, словно ей внезапно стало не хватать воздуха.

– Я не понимаю… – выдавила она из себя, – какой-то камешек…

Улыбка исчезла с лица Глена, взгляд стал холодным и жестким. Мередит даже подумала, что настоящий дракон так мог бы смотреть на насекомое, пытающееся его укусить.

– Из-за этого «камешка», как вы сказали, заболел мой слуга. К счастью, я нашел его раньше, чем случилось непоправимое. Я понимаю, за что вы ненавидите меня, – я разрушил ваши честолюбивые мечты о браке дочери с сыном консорта. Но вы даже не подумали о людях, которые могут пострадать!

– Я не имею к этому никакого отношения, – собравшись с силами, ответила Мередит. – Амулеты, вызывающие болезнь, не такая уж редкость. Хоть и стоят недешево.

– Вы правы. Но у меня в руках – обычный камень, который изменился только благодаря магии Тэнгу. Это – действительно редкость. И еще одно. У меня отличное обоняние, а камень пахнет теми же цветочными духами, что вы сегодня использовали, леди.

Повисло молчание. Глен неторопливо подбрасывал на ладони камешек, словно забыв о том, как он опасен, Мередит неподвижно замерла в своем кресле.

Она никогда не чувствовала себя такой беспомощной. Даже живя при дворе, среди постоянных интриг, когда трудно определить, где друзья, где враги, или после смерти мужа, оставшись практически без средств, Мередит всегда успешно отстаивала интересы семьи. Сам консорт, столкнувшись с леди Тэнгу пару раз, отдавал ей должное.

И сейчас, в этой простейшей игре, её обошел мальчишка?! Не только избежал болезни, но еще и сумел обернуть силу Тэнгу против неё же!

«Кажется, я начинаю понимать консорта. От него нужно избавиться, и как можно скорее!»

Из письма правителя она знала, что жрецы признали Посвящение Глена настоящим. А, значит, парень действительно получил силу Огня, пусть пока еще и не умеет ей пользоваться: «Ты все еще человек, Глен… Я не позволю тебе стать драконом!»

– Допустим, – начала Мередит, вкрадчиво улыбнувшись, – только допустим, что вы правы, Глен. И этот камень послала я. Обращаю ваше внимание, что это – не признание. Но кое-что вы не учли. Судьи консорта – обычные люди. Они не способны ощутить магию Тэнгу, и сочтут этот камень обычным булыжником, коих тысячи. Если вы выступите с обвинением, вас поднимут на смех. Тем более, что вы до сих пор находитесь в добром здравии, несмотря на то, что таскаете его с собой.

Глен убрал камень.

– Вы – достойный противник, леди Мередит, – с некоторым уважением отозвался он, – сражаетесь до последнего. Что ж, отвечу по порядку. Этот камешек слишком маленький, чтобы навредить дракону.

Мередит отодвинула кресло подальше от него. Такой суеверный страх позабавил Глена.

– И второе. Я и не собирался идти в суд. Но есть один человек, которого мы оба знаем, и он подтвердит мои слова.

Мередит похолодела, не сомневаясь в том, что сейчас услышит.

– Я прошу вас пригласить сюда леди Элинор Тэнгу, – безжалостно закончил Глен.

Впервые за долгое время женщина обрадовалась тому, что Элинор часто приходится работать за пределами замка. Хоть в чем-то ей повезло.

– Мне очень жаль, лорд Глен, но моя дочь уехала. И вы зря надеетесь на её особое к вам отношение. Если вы возьметесь настаивать на своих бредовых обвинениях, я уверена, что Элинор поддержит мать, а не чужого ей человека, – с горячностью заявила Мередит. Потом решительно поднялась, – была рада повидаться с вами, лорд Глен. Надеюсь, ваше дальнейшее путешествие окажется приятным.

Ей хотелось, как можно быстрее избавиться от незваного гостя, чтобы хорошенько подумать, что делать дальше. Но тот даже бровью не повел:

– Если честно, я надеялся на ваше гостеприимство, леди Мередит. Уже темнеет, а поблизости нет никакого жилья.

– Вы испытываете мое терпение, лорд, – женщина протянула руку к колокольчику, чтобы вызвать слуг. Но её остановил неожиданный вопрос:

– Скажите, Элинор будет приятно узнать, что вы едва не убили человека? Или лжесвидетельствовать, если дело все же дойдет до суда?

Леди Тэнгу медленно опустила руку, и повернулась к нему. Сейчас она ничем не напоминала благородную и утонченную даму, будущую родственницу консорта. Глен увидел перед собой тигрицу, готовую защищать себя и своих детенышей до последнего.

– Вы ничего ей не скажете, – свистящим шепотом ответила Мередит.

Глен быстро поднялся и отступил за кресло, следя за каждым движением женщины. От неё сейчас можно ждать чего угодно.

– Это зависит от вас, леди Мередит. Выпейте воды и успокойтесь немного.

Как ни странно, но эти слова привели леди Тэнгу в чувство. Она несколько раз глубоко вздохнула, словно отгоняя мрачные видения, потом огляделась вокруг и вдруг вспомнила о своих обязанностях хозяйки дома. Она не предложила гостю даже стакана вина.

– Простите, лорд, я совсем потеряла голову. Впрочем, кто остался бы спокойным, в таких обстоятельствах? Несправедливые обвинения выведут из себя даже святого! – она позвонила в колокольчик, и приказала горничной накрывать на стол.

Пока слуги готовили стол к ужину, хозяйка дома и Глен сидели молча. Каждый думал о своем, не отвлекаясь на обычную светскую болтовню. Оба понимали, что это – всего лишь короткая передышка.

Мередит размышляла о том, как сложно теперь выполнить просьбу консорта, Глен же пытался представить, как добиться цели, не вызвав еще большей ненависти у матери Элинор.

«Хотя, куда уж, большей, – грустно улыбнулся он, наблюдая краем глаза за хозяйкой дома, – надеюсь, яда у неё под рукой нет… Раз уж камешек Тэнгу не подействовал. Какие они все-таки разные с Элинор. Та никогда бы так не поступила».

Мысли о девушке согрели его сердце. Он чувствовал её незримое присутствие в этом доме. Элинор проходила этим коридором, распахивала окно в сад, расставляла букеты в вазах и делала многое другое. Обычная жизнь, но, то, что эти действия совершала именно Элинор, несло глубокий смысл для Глена.