Укрощение дракона - Александра Петровская

– Понятия не имею, как она называется – признался Холмсон. – Но по первому впечатлению, это натуральный сумасшедший дом.

* * *

– Инструктор, можно, я посажу самолёт? – попросила Линда.

– Нет, девочка, нельзя. Я ещё некоторое время пожить хочу. Одно дело управлять самолётом в небе, и совсем другое – посадка. Именно на посадке происходит больше половины всех аварий.

– Инструктор, мне кажется, я смогу нормально посадить дракончика.

– Я не собираюсь рисковать жизнью только потому, что тебе кажется то или это.

«Дакота» благополучно приземлилась.

– Иди, помоги выйти пассажиру, – распорядился пилот, как только самолёт остановился. – Отдельной стюардессы у нас нет, если ты до сих пор этого не заметила.

Все трое вышли из самолёта. К ним тут же подкатил джип, за рулём которого сидел молодой парень в военной форме без опознавательных знаков.

– Здравствуйте, мистер Смит, – поздоровался шофёр с прибывшим пассажиром, остальным только небрежно кивнул. – Садитесь, отвезу!

– Где мы? – поинтересовалась Линда.

– Это тренировочная база тех самых диверсионных групп, о которых мы с вами говорили, – пояснил Смит и добавил для пилота: – Утром, в восемь часов по Гринвичу, отвезёте меня в Лондон, и оттуда возвращайтесь в свою академию.

– Полковник, так я могу…

– Конечно, – утвердительно кивнул полковник. – Только чтобы завтра в восемь самолёт был готов к вылету. У меня сейчас нет ни другого первого пилота, ни другого самолёта.

– Не сомневайтесь, полковник! К восьми будем готовы, и я, и самолёт! – инструктор побежал к стоящему неподалёку ангару.

– Полковник, а куда он помчался? – поинтересовалась Линда. Она решила называть этого человека полковником, по примеру пилота, потому что с его фамилией у неё возникла путаница.

– В этом ангаре стоят мотоциклы. А в деревне, расположенной неподалёку, живёт его невеста, если можно так её назвать. В общем, он при первой возможности ночует у этой женщины.

– Я из окна кабины видела, что тут территория огорожена и на въездах стоит охрана. Не думаю, что эта охрана пропустит кого попало.

– Вы очень наблюдательны, мисс Линда. Конечно, охрана пропускает только своих. Но дело в том, что он – свой. Раньше был пилотом у нас. Когда мы организовали академию, его направили работать туда. Но право входа и выхода на базу за ним сохранилось. В общем, не переживайте за него. Скажите лучше, как вы намерены провести время до вечера. Шататься по базе без присмотра я вам, разумеется, позволить не могу. Выбор у вас такой. Можете сопровождать меня, куда бы я ни направился, а можете пойти в комнату для гостей, и вас там запрут до утра. В той комнате есть всё необходимое, включая еду и туалет. Сразу хочу вас предупредить – замок изнутри открыть невозможно. Мне известно ваше умение обращаться с замками, но этот даже вам не поддастся. Можете и не пытаться.

– Тогда, полковник, я бы хотела сопровождать вас.

– Чудесно. Я и сам предпочитаю, чтобы возле меня был живой человек, с которым можно парой слов перекинуться. С непосредственными подчинёнными же толком не поговоришь. Они почему-то всегда и во всём со мной заранее согласны. Значит, сейчас мы направимся в комнату для допросов. Джонсы схватили какого-то парня, который следил за домом одного из них.

– Простите, полковник, кто схватил?

– Мисс Линда, что ж я так всё позабыл? Вы же не ознакомлены со структурой нашей конторы! Я сейчас быстро исправлю это упущение. Значит, тут вот какую штуку я придумал. Да, да, именно я лично придумал! Каждый в конторе во время исполнения должностных обязанностей пользуется фамилией, которая соответствует его должности. Причём не той должности, которую он занимает постоянно, а той, обязанности которой исполняет в данный момент.

– Простите, но я ничего не поняла, – Линда вспомнила, что Баньши говорила о чём-то подобном, но эти воспоминания решила оставить при себе.

– Сейчас я приведу пример, и вы сразу всё поймёте. Вы же очень сообразительная девушка. Так вот, все наши боевики – Джонсы. Все агенты-оперативники – Пумпердайки. Руководители среднего эшелона – Брауны. Высшее руководство – Смиты. Поэтому я то Смит, то Браун, то Пумпердайк. Вот только Джонсом мне, увы, уже не бывать. Стар я стал для этого, к сожалению.

– Вовсе вы не старый, мистер Смит! – Линде его стало жалко. Полковник при желании легко мог вызвать у неискушённого собеседника жалость, как, впрочем, и любую другую эмоцию.

– И не нужно меня утешать. Я уже большой и сам справляюсь со своими проблемами, включая надвигающуюся старость. Ну вот, мисс Линда. Теперь вам должно быть понятно, почему у нас так много Пумпердайков, и почему один и тот же человек иногда использует разные фамилии.

– А зачем это нужно?

– Может, и незачем. Может, это просто стариковская игрушка. Но мне казалось, что это даёт нашим людям некоторую анонимность. Специфика нашей работы такова, что мы постоянно наживаем себе массу врагов. А так Джонс затеряется среди других Джонсов, Браун – среди других Браунов. Только Смиту тяжело затеряться, в конторе всего три Смита. Но высшее руководство редко наживает себе личных врагов. По крайней мере, таких, которых можно ввести в заблуждение липовой фамилией.

– А разве ваши люди на задании не используют фальшивые фамилии?

– Используют, конечно, как же без этого? Но это вводит в заблуждение только врагов. Тех, которые там. А очень много агентов проваливаются уже здесь. Удивлены? Напрасно. Каждая разведка стремится заиметь своего человека в разведке противника. Такой агент называется «крот». Так вот, из-за кротов гибнут очень многие. К сожалению, и наша контора вовсе не гарантирована от вражеского проникновения. Так что если все эти одинаковые псевдонимы хоть на чуточку повышают для наших ребят шансы выжить, значит, все неудобства, с этим связанные – не более, чем досадная мелочь.

– Зато когда какой-то человек представляется Пумпердайком, всем сразу ясно, что он из вашей конторы.

– Вовсе нет. Мы ведь не афишируем эту систему. Но, разумеется, долго в секрете её не удержать. Ну и что с того? Пока ею пользуемся, а когда она станет общеизвестной, разом сменим все фамилии.

– Мистер Смит, а ничего, что вы мне всё это выкладываете так запросто?

– Мисс Линда, поверьте, я отлично разбираюсь, кому и что можно говорить, кому и в чём можно доверять, и всё такое прочее. Контора у нас очень специфическая, и обычные правила секретности здесь не действуют. Вполне хватает необычных.

– А что будет, если я не оправдаю вашего доверия?

– Я же всё вам объяснил ещё в самолёте. В этом случае кому-нибудь из наших людей удастся обзавестись опытом убийства.

– Я почему-то именно так сразу и подумала.

– Мисс Линда, я уверен, что в вашем случае до этого дело не дойдёт. А моя уверенность чего-то, да стоит. Я ведь ясновидец, хотя и небольшой силы.