Обет Славы - Морган Райс

Второе солнце начало отбрасывать длинные тени в конце очередного дня непосильного труда. Кендрик наблюдал за сотней горожан, пока они носили огромные камни и достраивали древние стены. Кендрик и его люди указывали им на лучше места укрепления и защиты, советовали, где построить парапеты и как воздвигнуть каменные башни, которые служили бы смотровыми точками. До его приезда отверстия в укреплениях этого города были слишком широкими, в камнях не было ни одной щели для стрельбы из лука, а сами стены были всего несколько дюймов толщиной. Теперь же толщина стен составляла несколько футов, вход в город был всего один, а сам город был оформлен и построен таким образом, что изнутри он может хорошо охраняться всего несколькими мужчинами. Были построены новые парапеты, с которых горожане могут защищать город с помощью нескольких котлов смолы, и множество арок.

Кендрик был доволен. В этом новом месте несколько сотен хорошо подготовленных мужчин смогут отразить нападение нескольких тысяч. Эти люди отчаянно нуждались в надзоре и работе профессиональных воинов, и теперь их город был гораздо более безопасным.

Пока Кендрик стоял там, ощущая удовлетворение от дня тяжелой работы, от помощи его гражданам, тем не менее, что-то беспокоило его на подсознательном уровне. Он не был до конца уверен в том, что же именно. Ранее этим утром он мог бы поклясться в том, что заметил кружившего высоко в небе Эстофелеса, крик которого тревожил молодого человека. Это походило на предупреждение. А ночью и того хуже, Кендрик несколько часов не мог сомкнуть глаз, после того как ему приснились беспокойные сны об этом городе, объятом огнем, о том, что весь труд его рук стерт с лица земли. Этот сон повторился трижды, и после третьего сна он уже не смог уснуть – образы были слишком яркими для того, чтобы он смог вновь погрузиться в сон.

Кендрик не понимал, что все это означает. Ему не снились кошмары с самого детства, с той самой ночи, когда умер его дед. Он надеялся на то, что это не является предостережением о чем-то плохом.

«Милорд!» – раздался настойчивый голос.

Обернувшись, Кендрик увидел, что к нему бежит гонец – мальчик, которого он назначил на эту новую должность на смотровом пункте на недавно построенной сторожевой башне.

«Пойдемте быстрее! Я заметил что-то на горизонте. Я не понимаю, что это».

Кендрик развернулся и убежал вместе с гонцом, и за ними последовало несколько человек. Они срезали путь через извилистые улочки этого города, которые Кендрик выучил наизусть. Затем они побежали по узкой тропе, которая извивалась на небольшую высоту в дальнем конце города, уводя их на вершину холма, на котором они построили новую каменную башню. Это была самая высокая точка в городе и местом, в котором, по совету Кендрика, горожане должны нести постоянную вахту. Это был первый раз, когда смотровой заметил что-то, и Кендрик предположил, что это всего лишь ложная тревога от пугливого мальчишки.

Кендрик добрался до вершины и встал на узкой круглой платформе вместе с другими воинами, проследив за пальцем смотрового, которым он указал на горизонт. Это был ясный, желто-голубой день, на небе насколько хватало взгляда, не было ни облачка, что делало видимость прекрасной. Его взгляд охватил многие мили, когда Кендрик посмотрел на восток, на Хайлэндс, в сторону границы МакКлаудов. Несмотря на то, что в этот день они находились далеко, Кендрик смог увидеть слабые очертания Хайлэндс, окутанные туманом горные хребты, обозначающие горизонт.

Присмотревшись внимательнее, Кендрик, к своему удивлению, тоже что-то заметил.

«Там, милорд», – сказал смотровой, указывая вправо.

Сначала Кендрик не увидел точно то, о чем говорил мальчик, но, тщательно осматривая горизонт, он тоже начал это замечать – небольшое бледное облако очень далеко на горизонте, которое казалось немного плотнее остальных. Кроме того, оно казалось несколько ниже к земле. Пока Кендрик всматривался, ему показалось, что это облако становилось все более плотным и темным.

«Оно похоже на дым», – сказал мальчик. – «Это не имеет никакого смысла».

Кендрик кивнул. Мальчик был прав – это не имело никакого смысла. Почему на стороне Кольца, принадлежащей МакКлаудам, начался пожар? Насколько он знал, никто из его людей не отправился туда с рейдом.

«Возможно, это случайный огонь, разразившийся в одном из их городов», – предположил один из стоявших рядом людей Кендрика.

Кендрик кивнул, задумавшись. И хотя такая вероятность существовала, у него было предчувствие, что дело не в этом. Он чувствовал, что что-то не так, что происходит нечто большее. Что-то, чего он не понимал.

Кендрик стоял на вершине холма, задаваясь вопросами, думая о том, какой следующий шаг он должен предпринять. Молодой человек мысленно готовился к тому, чтобы покинуть эти пограничные земли, вернуться в королевский двор. Если отправить экспедицию для того, чтобы разузнать, что происходит, это займет почти целый день верхом в противоположном направлении, ближе к Хайлэндс. Вовсе не этим он хотел заняться, если на то не было уважительной причины.

Внезапно началась суматоха и, обернувшись, Кендрик увидел одинокого наездника, приближающегося к городу по длинной дороге, которая вела в направлении королевского двора. Сердце Кендрика воспарило, когда он немедленно узнал наездника – его конь и броня выдавали своего хозяина с головой. Это был человек, которого он знал и с которым сражался бок о бок с того самого дня, когда научился ходить. Его близкий друг по Серебру, Атмэ.

У Кендрика потеплело на сердце, когда он увидел друга. Но, глядя на рыцаря, несущегося галопом к городским воротам, Кендрик понял по этой срочности, по его расположению духа, что что-то было не в порядке. Это не был обычный визит. У Атмэ было неотложное дело, и Кендрик чувствовал, что он везет плохие новости.

Кендрик взял себя в руки, когда Атмэ въехал через городские ворота и, заметив его, подъехал к нему и спешился, пробегая по три каменные ступеньки за раз, приближаясь к Кендрику.

«Последний раз, когда я видел, что ты бежишь вот так, ты убегал от своих долгов», – сказал Кендрик с улыбкой на губах, когда появился его старый друг, жадно хватая ртом воздух, после чего они обнялись.

Вперед выбежал слуга, который протянул Атмэ ведро воды. Рыцарь сделал большой глоток, а затем вылил остатки воды себе на голову.

«Империя, Каньон», – Атмэ не хватало воздуха. – «Щит пал».

Сердце Кендрика замерло, когда он услышал эти слова. Если бы их произнес кто-то другой в иное время, он бы посчитал это шуткой. Но слова исходили от Атмэ, да и время для шуток было неподходящим.

Кендрик с трудом осознавал последствия. Щит пал. Но это невозможно, пока в королевском дворе находится Меч.

«А как насчет Меча Судьбы?» – спросил Кендрик.

Атмэ мрачно покачал головой.

«Его больше нет», – ответил он. – «Меч исчез. Он украден».

Кендрик перестал дышать.

«Украден», – выдохнул он. – «Как это возможно?»